Читаем без скачивания Святополк Окаянный - Александр Майборода

Святополк, не вставая с кресла, выпрямился и заговорил негромко, но сильно:

— Други мои, лучшие мужи Вышгорода, я созвал вас спешно для того, чтобы посоветоваться по очень важному делу. Киевское войско ушло в поход на печенегов, а Киев Владимир поручить охранять мне. Но разговаривая с Владимиром, я увидел, что он при смерти. Поэтому я хочу спросить вас, что мне делать, если Владимир умрет? Должен ли я занять киевский стол, принадлежащий по праву мне?

Проговорив это, Святополк замолчал. Но через несколько секунд добавил:

— Как скажете, я так и сделаю.

После этого он расслабленно откинулся на спинку.

Марина смотрела на бояр с высокомерной гордостью. А сами бояре замерли, им требовалось время, чтобы осознать смысл t казанных князем слов.

Поэтому, как только Святополк закончил говорить, снова заговорил Свенельд. Он напомнил:

— Владимир, чтобы отобрать власть у законного наследника Великого воина Ярослава, предательски убил отца Святополка Прополка. А жену взял в наложницы, чем наложил позорное пятно на весь род Рюриков. Так мог поступить только раб, ненавидевший своего хозяина. Своим поступком Владимир нарушил установленный прадедами порядок наследования и тем самым положил начало братоубийственным войнам.

Свенельд говорил долго и закончил свою речь словами:

— Поэтому говорите, готовы ли вы восстановить на Руси законного правителя?

Бояре сначала зашептались, как лес под ветром. Очевидно, мнения разделились, так как пара бояр вцепились друг другу в бороды и волосы и начали их выдирать. Но затем послышались громкие выкрики:

— Надо идти в Киев и сажать Святополка!

Это кричали дружинники. Святополк других слов от своих дружинников и не думал услышать, — дружинники прекрасно понимали, что если их вождь сядет в Киеве, то на них свалятся многие блага, о которых они сейчас боятся даже мечтать. А вот вышгородские старшины пока помалкивали.

Святополк встревожился — одной дружиной всей Руси не удержать. Даже Киева не удержать. Но Святополк и Свенельд, перед тем как собрать бояр и старшин, обговаривали действия на подобный случай.

Поэтому Святополк подал знак Свенельду и тот объявил:

— Мнение бояр нам ясно. Но вот что думают городские старшины?

Старшины пошептались, и поднялся Настас. Начал он туманно:

— Владимир многие нанес нам обиды. Его дружинники разбойничали, девкам и женкам проходу не было, чуть появится на улице — хватали и тащили к развратному князю. И сейчас в Вышгороде проживает триста наложниц, а их сыто кормить надо, хорошо одевать. Мы, князь, давали тебе клятву, что будем на твоей стороне... Мы преданы тебе сердцем. Только боимся, что сыновья Владимира воевать с тобой будут. Большое разорение придет...

Настас потупился.

Свенельд недовольно проговорил:

— Если в Киеве сядет Ярослав, то Святополка он прогонит, а Вышгороду от нового князя все равно грозит разорение.

Настас задумчиво промолвил:

— Так-то оно так...

Святополк подал незаметный знак.

Двери в горницу распахнулись, и в них показались несколько отроков. Они что-то катили.

Присутствующие повернули головы в сторону отроков и с нобоиытством стали ожидать дальнейших событий. Некоторые, чтобы лучше рассмотреть происходящее, даже привстали со своих мест.

Через минуту все рассмотрели, что отроки катят бочку, — для вина бочка была слишком тяжела, и интерес присутствующих еще больше возрос.

Отроки вкатили бочку на возвышение перед Святополком, и, с трудом поставив ее на попа, сделали шаг в стороны.

Некоторые старшины, не в силах сдерживать любопытство, тачали подходить к бочке. За ними потянулись и другие, которым стало плохо видно бочку. Вскоре около бочки сгрудились все старшины.

Вот теперь к бочке подошел Свенельд с топором в руке, и ударом топора вышиб дно бочки. Горницу озарило нестерпимое сияние. Послышался дружный выдох:

— Золото!

Бочка действительно была полна мелких золотых монет.

Святополк, показывая на золото, проговорил:

— Дарю это золото городским старшинам за их верность.

Немедленно послышались восторженные крики старшин:

— Родной наш князь! Да мы за тебя жизнь положим и твоих врагов погубим! Головы свои за тебя сложим!

Настас, жадным взглядом кося на золото, тем не менее с достоинством поклонился:

— Князь Святополк, вот наше решение — иди и бери Киев! А будут противиться твои враги, мы их убьем.

Свенельд хрипло засмеялся, скаля желтые зубы:

— Мужи, а сядем на Руси, будет еще больше золота. Цените, лучше, своего князя! Ну где вы еще найдете себе такого щедрого и доброго князя?

Гордый епископ Реннберг, желчно проронил в сторону Марины:

— Золото — самый верный ключ к душам людей. Металл дьявола!

Та, показывая, что слышит его, чуть заметно презрительно опустила уголки красных губ.

Услышал Реннберга и Святополк.

— Не суди и не судим будешь, — проронил он. — Ты обещаешь им райскую жизнь после смерти, а они хотят хорошо жить при жизни. Разве можно их за это осуждать? Кто сам без греха, пусть кинет в них камень.

Реннберг хотел что-то ответить, но видя, что Святополк его уже не слушает, промолчал. И правильно сделал, — теперь у князя не было времени на пустые споры.

Глава 17

На четвертый день Микула отправился на великокняжеский двор рано утром. Он намеревался встретиться со своими знакомыми, которые его информировали о состоянии здоровья Владимира. Но ему даже не понадобилось встречаться с ними, чтобы понять, что дела князя очень плохи, и он вот-вот может умереть. Заодно он заметил, что около конюшни стояло несколько оседланных коней, готовых к дальнему путешествию. Рядом с ними, в тени конюшни, сидели двое вооруженных людей, также готовых в дальний путь.

— Гонцы к Ярославу, — догадался Микула.

Микуле, так как он не присутствовал на собрании бояр и старшин в Вышгороде, не были известны планы Святополка, зато он понимал, что события вступили в решающую фазу, и по логике этих событий Святополк не может не ввязаться в борьбу за власть над Русью. Отказ бороться за власть для Святополка означал верную и скорую смерть. Ярослав не мог оставить в живых соперника, имевшего больше прав на власть над Русью, чем он сам, так как это, в свою очередь, грозило гибелью ему самому.

Поэтому, заметив гонцов, готовых отправиться в дальний путь, Микула круто развернулся и отправился домой. Об этом следовало срочно сообщить Святополку.

Через полчаса Микула выехал из городских ворот, при этом также отметив, что Предслава не догадалась усилить охрану ворот. Между тем в подобных случаях такая полезная мера безопасности непременно принимается. Через час Микула был в Вышгороде. Ему не терпелось заехать на свой двор, чтобы встретиться с Яриной. Однако в этот раз на свидание времени не было, поэтому Микула сразу направился на княжеский двор.

Заехав на княжеский двор, Микула весьма удивился, увидев выстроившуюся на княжеском дворе дружину в полном снаряжении. Князь Святополк с воеводами ездил между рядами и осматривая снаряжение воинов.

Микула с удовлетворением отметил, что Святополк, в ожидании смерти Владимира, активно готовился к борьбе за власть. И так как вести Микулы были срочные, он подъехал прямо на коне к Свенельду, стоявшему с краю. Он разговаривая с одним из дружинников. Подъехав к нему, Микула, не слезая с коня, коротко сообщил о событиях происходящих на княжеском дворе.

Свенельд сообщенным вестям не особенно удивился, но тут же направился к Святополку. Подъехав к нему, он что-то негромко проговорил ему, и Святополк также сказал что-то стоящим рядом воеводам, и те поскакали к своим отрядам. А Свенельд подал знак Микуле, чтобы тот подошел к ним.

Микула тут же подошел, и Святополк поинтересовался, уверен ли он, что Владимир сегодня помрет.

— Уверен, — твердо ответил Микула и уточнил сообщение тем, что у крыльца княжеского терема стоят оседланные кони для гонцов, которые рядом ждут распоряжения отправиться в путь, и что, по его мнению, эти гонцы намерены ехать в Новгород.

Святополк вздохнул, перекрестился, глядя на небо, и проговорил:

— В таком случае через час выходим в Киев. Мы должны первые занять Киев.

Повеселевший Свенельд напомнил:

— Надо бы гонцов задержать...

Святополк бросил взгляд на Микулу и деловито проговорил:

— Пусть этим займутся Варяжко и Рахдай. Они сильные воины. Тем более что Рахдаю дальше нет необходимости следить за Владимиром.

Он обратился к Свенельду:

— Выдели им воинов покрепче. Пусть они сегодня же засядут па дорогах и перехватывают всех гонцов. Кроме тех, которых пошлю я — для них будет условный знак. Особенно пусть ловят гонцов, которые побегут на север, к Ярославу.