Читаем без скачивания 2007 № 09 - Журнал «Если»

Актеры пахали, как проклятые. Боб и Боб (прозвище дуэта режиссера Земекиса и сценариста и продюсера Гейла) подбирали идеи под ногами и хватали их из воздуха. Исполнительный продюсер Спилберг отбивался от начальства и все обеспечивал. Так сложились столпы, на которых держится трилогия. Адекватная команда за кадром и в кадре. Удачный образ машины времени. Отличная музыка. Город Хилл Вэлли, единый в пяти лицах. Сто раз переписанные сценарии. И под занавес — фантастический вестерн!

Они это сделали. Какой ценой? Может показаться, что им сильно везло. На самом деле, они просто не упустили ни единого шанса.

Однажды Боб Гейл разбирал старые бумаги и вдруг узнал, что его отец был «президентом класса» в школе. Гейл сказал Роберту Земекису, с которым они уже сделали два фильма: «Интересно, если попасть в прошлое и оказаться ровесником своих родителей — стали бы мы с ними друзьями или нет?»

Сложился план молодежной комедии: типичный парнишка проваливается на тридцать лет назад. Кто построил машину времени? Стандартный НФ-персонаж, «безумный ученый». Где все происходит? В типичном маленьком городке. Так на свет родились Марти Макфлай (папа — лузер, мама пьет), доктор Эмметт Браун («раньше наша фамилия была фон Браун») и главный герой картины — город Хилл Вэлли.

Сценарий начали писать в сентябре 1980 года. Первым, кто его увидел был Стивен Спилберг. Увы, предыдущие их с Земекисом работы не снискали громкой славы. Фильмы Земекиса всегда очень хвалили на предпросмотрах, а дальше их ждали полупустые залы и скудная касса.

Вдобавок запустить картину мешал жанровый ярлык. Типичная молодежная комедия начала 1980-х была из разряда «детям до 16». «Назад в будущее», где комедийный эффект достигался более тонкими средствами, пришлось бы сильно опошлить, чтобы загнать в формат, под который давала деньги студия Columbia.

Земекис не хотел рисковать: еще один провал — и прощай, режиссура. Спилберг деликатно сказал: «Возможно, ты прав». Сценарий припрятали до лучших времен. Прошло три года, и Майкл Дуглас пригласил Земекиса снять «Роман с камнем». Фильм наделал такого шума, что «Назад в будущее» понадобился сразу всем-всем-всем. Но Земекис обратился к Спилбергу, оценившему идею с самого начала.

Майкл Джей Фокс (будущий Марти Макфлай) был телевизионным актером, восходящей звездой сериала «Семейные узы». В сериале возникла пауза, и Фокс решил сыграть в «Волчонке»,[19] сомнительной картине про юного оборотня («Понятия не имею, зачем я это сделал!»). Работали в одном из кварталов Пасадены, где вообще много снимают. Мимо проходили люди, искавшие натуру для нового фильма. Фокс услышал название «Назад в будущее», узнал, что там занят его знакомый Криспин Гловер, а продюсер — Спилберг, и подумал: вот же некоторым везет!

А ведь Фокс был главным кандидатом на роль Марти, только ему об этом не говорили, чтобы зря не расстраивать. Наступал новый сезон «Семейных уз». Актер не смог бы трудиться на два фронта, для этого в сутках не хватало верной дюжины часов.

Тем временем Земекис несколько раз откладывал съемки. Ему нужны были «правильные актеры». Криспин Гловер (Джордж Макфлай) и Ли Томпсон (Лоррейн) вжились в свои роли превосходно. Кристофер Ллойд был принят вообще с порога. Он еще не успел и слова произнести, а Земекис уже понял, что это Док Браун. Кстати, Ллойд скопировал своего героя со знаменитого дирижера Леопольда Стоковски. Он и движется в кадре так, будто дирижирует невидимым оркестром. Ассоциация с Эйнштейном возникла позже, и она совершенно ошибочна.

А «правильного» Марти не могли найти. На кастинге побывало множество актеров; история сохранила два имени — Си Томас Хауэлл и Эрик Стольц.

Си Томас на фотопробах очень похож на привычного нам Марти. Но директор студии Universal настаивал на кандидатуре Стольца. «Он сказал, — вспоминает Гейл, — если что-то не заладится, нам дадут переснять фильм с самого начала. Директор, конечно, не думал, что такое случится…»

Стольц, по словам Земекиса, хорошо работал, но режиссер не видел в нем ни того типажа, ни «того типа юмора», которые требовались. Судя по фотографиям Стольца в роли Марти, актер старательно изображал штампованного комедийного балбеса. А ведь Марти по сценарию начисто лишен придурковатости, это совершенно нормальный парень. Типаж «героя поневоле». Эта роль словно написана под Майкла Джей Фокса.

Наконец Земекис не выдержал и принял болезненное для всех решение — остановил съемки. А продюсер «Семейных уз» пришел к Фоксу со сценарием «Назад в будущее» и словами: «Ты должен понять, почему я не говорил тебе об этом раньше. Теперь решай сам».

Боб и Боб понимали, что даже если Фокс захочет играть у них, он не сможет этого физически. И все-таки на что-то надеялись. А Фокс прочел сценарий и влюбился в него. «Не буду спать. Делайте, что хотите, но я буду сниматься». Ему еще не исполнилось двадцати трех лет, и он очень хотел в кино.

Через две недели Фокс уже стоял среди ночи, в жуткий холод, на автостоянке у торгового центра и «работал вместе с Крисом Ллойдом и «ДеЛорианом».

График у Фокса сложился нечеловеческий. Днем актер снимался в телесериале, потом ехал на площадку к Земекису, там работал, когда до трех, а когда и до пяти утра, затем шофер привозил его домой, «…относил меня на руках в кровать, а через несколько часов приходили люди, включали мне душ, делали кофе — и так шесть дней в неделю. Большую часть времени я слабо понимал, где нахожусь. Либо сплю, либо работаю».

Это должно было кончиться плохо — и кончилось. Однажды Фокс, ожидая своего выхода в «Семейных узах», вдруг бросился к столу с реквизитом и начал яростно копаться в вещах. Он искал свою видеокамеру — и никак не мог ее найти! Прошло несколько минут, прежде чем актер сообразил, что тут совсем другой фильм.

Не тот, где он до одури бегает, прыгает, падает, терзает электрогитару и ездит на красивой, но неудобной машине.

Сначала Боб и Боб представляли машину времени «как некую камеру» и хотели сделать ее из старого холодильника. Позже Земекис небрежно бросил: мол, от этой идеи отказались из боязни — вдруг дети начнут закрываться в холодильниках. На его слова по сей день ссылаются. А ведь это такая же шутка, как заявление: «Ховерборды[20] на самом деле существуют, просто родители против их массового производства, но мы достали несколько опытных моделей и сняли в фильме».

Не надо слепо верить интервью, которые Земекис дает по ходу работы. На площадке он фонтанирует идеями, носится как угорелый, всех заряжает энергией и кричит: «По местам, я делаю свое кино!» Когда Фокс засыпал на ходу, режиссеру достаточно было сказать: «Ну, парень, делаем мое кино!», и тот оживал… А в официальной обстановке Земекис даже не улыбается.