Читаем без скачивания 2007 № 09 - Журнал «Если»

Размоловка с актером поставила «Назад в будущее-2» с ног на голову. Или наоборот?…

Гейл: «Сама мысль об альтернативном 1985-м пришла к нам, когда мы узнали, что у нас нет Криспина Гловера. Чтобы вычеркнуть его, нам пришлось выдумать этот странный мир, в котором от Джорджа Макфлая осталось только надгробие. Его [Гловера] отказ подстегнул нашу фантазию».

Гейл «вычеркнул из жизни» старшего Макфлая и продолжил работу над темой 1967 года, куда отправляется Марти и где Бифф получает спортивный альманах. Про 1955-й пока еще речи нет. Просто не приходило в голову.

Земекис: «И тут нас осенило, что мы в уникальной ситуации — можем вернуться в пространство первого фильма и показать все события с другой точки зрения».

Блестящая идея потянула за собой «другую точку зрения» во всех смыслах, включая съемку старых эпизодов с новых точек. И опять большая нагрузка легла на актеров. Рекордсмен фильма — Том Уилсон: четыре роли. Включая две в одном кадре.

Вроде бы старый трюк, но Земекис хотел снимать его движущейся камерой. Для доцифровой эпохи это было на грани возможного. ILM создала роботизированную камеру Vista Glide, и Земекис выжал из оптических технологий максимум.

Фоксу снова пришлось попотеть. Раньше ему, в отличие от коллег, не приходилось по четыре часа сидеть в кресле гримера. Теперь поблажку сделали Ллойду — придумали сцену с омоложением, и он больше не гримировался под пожилого. Зато на Фокса свалилось аж три роли, да еще в одном кадре.

«Семейный ужин» снимали два дня подряд. Фокс играл постаревшего Марти и его детей — сына и дочь. Чтобы случайно не сдвинуть с места реквизит, нашли простое решение: посуду к столу приклеили! В перерыве случилось небольшое землетрясение, но, к счастью, стол устоял и клей выдержал.

Боб и Боб замахнулись сразу на два сиквела, поэтому работа пошла «внахлест»: Гейл в Северной Калифорнии уже вплотную занялся вестерном, а Земекис, на котором висели монтаж и озвучание второго фильма, ежедневно мотался туда-сюда самолетом. Почти как Фокс четыре года назад, но если актер справился, то режиссер остался собой недоволен. По его словам, «Назад в будущее-2» мог бы выйти лучше, просто сил не хватило.

Пока снимали сиквелы, у Фокса родился сын и умер отец. Жизнь шла своим чередом — а кино?… Два фильма сняты под знаком Марти Макфлая, к третьему надо было что-то менять, и Гейл придумал, что же это будет. Иногда за ярким антуражем это теряется. Но когда пересматриваешь «Назад в будущее-3», видишь, насколько все там иначе.

После первого фильма участников спросили: куда бы вы отправились, будь «ДеЛориан» настоящей машиной времени? Практичный Спилберг нацелился в будущее — посмотреть, хорошо ли зрители приняли картину. А Фокс, не задумываясь, сказал: эпоха вестернов, Дикий Запад. Боб-и-Боб запомнили это.

И опять им повезло.

«Тогда снимали мало вестернов, — вспоминает Гейл, — поэтому у нас отбоя не было от лучших каскадеров Голливуда, мечтавших попасть в картину. Эти парни готовы убить за возможность проскакать на лошади или пробежаться по крыше поезда! Все они были великолепными наездниками и с удовольствием учили актеров держаться в седле.

Великолепные наездники иногда падали из седла, что индейцами, что бандитами, это видно в неудачных дублях. Ну, и актерам снова досталось.

«Я вовсе не мачо, даже наоборот!» — это Том Уилсон с легим ужасом вспоминает, как сел на коня. Тем не менее он упорно тренировался, и проезд с раскруткой лассо выглядит в его исполнении убедительно.

Для Мэри Стинберджен (Клара Клэйтон), которая «весь фильм чувствовала себя Индианой Джонсом в юбке», самой трудной оказалась не сцена на паровозе, а танец с Доком. Репетируя, она порвала связки на ноге. «Но когда скомандовали «Мотор!», я забыла обо всем и плясала, как никогда в жизни. И только после команды «Снято!» ощутила сильную режущую боль».

Это был первый фильм, где Кристоферу Ллойду довелось целоваться в кадре. «Трудно, наверное, подумать, что Док Браун может быть романтическим героем, — говорит Мэри, — но все девушки из съемочной группы вздыхали по Крису. Он такой обаяшка!»

Обаяшка Крис наконец-то вышел на первый план. Раньше его задачей было «проговаривать» в кадре то, что нельзя показать: объяснять зрителю подоплеку действия. Фокс восхищался тем, как Ллойд из такой «скучной» роли сделал шедевр. Теперь Ллойду досталась нескучная роль — Док Браун выдвинулся в центр интриги. Все в третьем фильме происходит из-за него и ради него. Именно этого добивался Гейл. Такой сюжетный поворот освежил сериал и показал, как вырос Марти, на долю которого выпадают уже не просто серьезные, а тяжелейшие решения.

Но эти решения не могли ужесточать атмосферу фильма. Изначально Бьюфорда Таннена должны были арестовать за убийство маршала[21] Стрикленда. Эпизод с выстрелом в спину отсняли, получилась мрачная сцена. Последние слова маршала: «Запомни, сынок, главное в жизни — дисциплина», — как-то не веселят. И бандит Таннен превращается из комедийного злодея в реального. Стало ясно: за такую гнусность он не отделается падением в навоз. Ради адекватного возмездия Марти пришлось бы застрелить Таннена. А это уже было чересчур. Сцену убийства вырезали, эпизод ареста пересняли.

И хорошо вышло. Три фильма подряд многие получали по шее, некоторые по морде, тем не менее никто в кадре не погиб, а зло рано или поздно оказывалось в дерьме. Вот и в жизни бы так.

Умирала в кадре только техника. Правда, ронять со скалы антикварный паровоз никто бы не позволил, и ILM сделала модель сорока сантиметров в высоту. «Даже обидно: мы два месяца ее строили, а сейчас она за две секунды — вдребезги…»

Зато красавец «ДеЛориан» погиб на самом деле. Пришлось схитрить, ведь когда тепловоз реально таранит автомобиль, он сминает его и отбрасывает с путей. Чтобы машина времени рассыпалась на запчасти, ее в нескольких местах подпилили и начинили взрывчаткой.

Бабах! Жалко машинку, она такая славная… Но боль прошла, а кино осталось.

Остался добрый и человечный фильм в трех равнозначных частях, где сиквел и триквел, как минимум, не слабее начала. И главный герой не статичен, а растет от простых мечтаний прославиться и разбогатеть («Но я богатый, Док?») до понимания, что бывают вещи куда важнее.

Хорошо, что такой фильм есть.

И здорово, что они передумали делать машину времени из старого холодильника, правда?

ВЕХИ

ЗВЕЗДНЫЙ СЕЯТЕЛЬ

Вл. ГАКОВ

То, что полувековой юбилей запуска первого спутника (4 октября) с разницей меньше месяца совпадает с полуторавековым юбилеем Циолковского (13 сентября), конечно, не случайность. Спутник «гнали» к юбилейной дате, потому что такой подарок к собственному столетию основоположник космонавтики заслужил как никто другой. Но ведь и в отечественной фантастике Циолковский тоже один из столпов и предтеч. Хотя, чем больше времени проходит, тем очевиднее, что многие хорошо понимали еще в наполненные космической романтикой шестидесятые. Не писал Константин Эдуардович научную фантастику — в смысле художественную литературу. И сам отдавал себе отчет, что сочиняет что-то совсем иное…