и, покачиваясь, побрел в сторону сугроба, оставшегося от лавины.
– Ушел твой приятель, – Павел с торжествующим видом проговорил вслед скрывшемуся за снежной кучей дракону. – Правду в глаза никто не хочет слышать, и проигрывать никто не любит.
– Он не проиграл… – Вика чуть слышно пробормотала себе под нос.
– Пусть идет на все четыре стороны, – Мингир вытер вспотевший лоб. – Так даже лучше. Дорогу мы теперь знаем, идти тут осталось недолго.
В ответ Павел с сомнением покосился на укрытую облаками вершину:
– Горы часто обманывают в расстоянии, и то, что кажется близким, на самом деле довольно далеко.
– Даже если и так, – лучник недовольно хмурился. – Цель видна, и даже если придется поплутать по ущельям, с дороги мы не собьемся.
В ответ Паши лишь пожал плечами.
– А как же Антарас? – Вика спросила негромко, страдальчески нахмурив брови и посмотрев на сугроб, за которым исчез чародей.
– Забудь о нем, – Мингир неожиданно строго посмотрел на Викторию. –Яобещал довести тебя до твоей цели, иЯэто сделаю, а не огнедышащий монстр, который уже лишил жизни одного из нас и который угрожал нам и обманывал с самой первой встречи.
С этими словами Мингир подхватил свою сумку, собрал в нее вещи, что рассыпались по снегу во время поединка, и протянул руку в сторону ведьмочки:
– Лира, ты идешь?
Девчушка вздрогнула, словно очнувшись, и поспешила за стрелком:
– Да, конечно, бегу.
– Малах… – Мингир запнулся и первый раз окликнул парнишку по имени, – Павел?
Тот бросил на Вику сочувствующий взгляд, пожал плечами и молча потопал по снегу следом за парой полукровок.
Вика осталась в одиночестве. Она никак не могла поверить в то, что дракон солгал ей, а еще больше в то, что он так запросто ее бросил. Ведь что-то же ей почудилось в нем, какая-то неведомая связь между ними. Антарас вызывал доверие и симпатию и вот теперь так цинично это доверие обманул. Девушка обиженно фыркнула: опять она все себе напридумывала. Мало ей было лучника-полуэльфа, так еще и к дракону-чародею угораздило привязаться. Медленно она побрела следом за товарищами.
И тут что-то заставило ее остановиться рядом с сугробом, словно укол под сердце, словно дуновение холодного горного ветра:
– Ви-и-и!
Вика вздрогнула. Бросила быстрый взгляд на удаляющихся спутников: они шли не очень быстро, Павел то и дело оглядывался на отставшую подругу. И решительно двинулась в сторону оставленного лавиной сугроба. Она должна была спросить у дракона ответа. Если еще, конечно, есть, у кого спрашивать…
Девушка обошла вокруг снежной горы и похолодела от представшей ее глазам картины. Позади кучи снега, спрятавшись за ней от команды путешественников, на коленях стоял Антарас. Он тяжело опирался на руки, из носа, изо рта его текла кровь, его рвало кровью. Снежный покров вокруг него был не белым, а ярко-алым от обилия драконьей крови.
Ви застыла, в первый момент не зная, что ей делать. Потом в голове щелкнул переключатель профессионального долга, и она бросилась дракону на помощь, не понимая, однако, чем сможет ему помочь.
– Стой на месте, – голос Антраса прозвучал глухо, но настолько властно, что Вика споткнулась и замерла, ожидая его дальнейших приказов. Сердце гулко стучало где-то в области горла. Ви понимала, что стала невольной свидетельницей недопустимой слабости драконьего чародея. Верно, это зрелище не предназначалось для ее глаз. Ни для чьих глаз не предназначалось.
С трудом переведя дыхание, Антарас сел на землю. Схватил пригоршню кровавого снега и принялся вытирать им грязь с лица, тем самым размазывая ее еще больше. Испачканный в крови дракон выглядел жутко, и Вика с трудом подавила приступ страха. Она сгребла в охапку чистый снег у своих ног и осторожно приблизилась к Антрасу, опустившись рядом с ним.
– Возьми чистый, – она проговорила, с трудом проталкивая слова через пересохшее горло.
Дракон молча протянул руку и, взяв чистый снег, умыл им лицо. Затем съел пригоршню снега и поднял на Вику тяжелый взгляд. И вновь Вика почувствовала, что он бесцеремонно копается в ее мыслях, но воспротивиться этому сейчас у нее не хватило смелости.
– Иди за ним, – дракон проговорил хрипло. Слова давались ему с трудом. – Из стрелка получился лучший проводник, чем из меня. Надежный и безопасный, – Антрас болезненно скривился.
– Но как…
– Иди за ним! – Антрас повысил голос, и от этого у него перехватило дыхание, а тело скрутило новым спазмом.
Когда судорога отпустила, дракон снова вытер рот снегом и проговорил уже спокойнее:
– Иди смело, здесь осталось недалеко. Путь безопасный, Гор следит за своими горами, – дракон болезненно усмехнулся. – Разве только подъем крутой, но ты справишься.
И он посмотрел на Вику с такой теплотой, что она невольно покраснела и потупилась, хотя момент для флирта был более, чем не подходящий.
– На, вот… – Антрас сдернул с волос черную ленточку и протянул ее Вике, – чтобы у вас не было проблем с преодолением облачной завесы… – Чуть помолчал, переводя дыхание, – Гор узнает эту вещь.
Вика с трепетом взяла в руки заветную материю. От нее больше не пахло горными травами, от нее пахло кровью…
– Мы еще увидимся? – девушка спросила, хотя не была уверена, что хочет знать ответ.
– Зачем задаешь вопрос, если не хочешь получить ответ? – дракон ответил вопросом на вопрос, явно вновь прочитав мысли собеседницы.
Это оказалось последней каплей. Вика с силой сжала зубы: опять он хозяйничает у нее в голове! Рывком поднялась на ноги и посмотрела на дракона со смесью злости и обиды. Открыла было рот, чтобы сказать ему что-нибудь на прощание, но, ничего не придумав, молча отвернулась и бросилась догонять своих товарищей.
Эпилог
Антрас долго смотрел вслед ушедшей девушке. А когда она скрылась в снегах, следил за ней через магические Потоки, внимательно проверяя безопасность ее пути. Он не ошибся, путь был свободен. Если не будут лениться, и стрелок не станет потакать капризам ведьмочки и мальчишки-нытика, то к завтрашнему вечеру они доберутся до Облачной Академии. Гор не откажет им в помощи…
Дракон крепко зажмурился, затем резко открыл глаза и рывком поднялся на ноги. Чуть покачнулся, но быстро вернул контроль над своим телом. Скривился: похоже, что ему самому тоже не помешает помощь Горгорона. Он так боялся этой встречи, оттягивал ее, насколько мог, но ждать дальше не имело смысла.
Чародей уже привычным движением сжал левую руку в кулак. Уже который день его левую ладонь нестерпимо жгло, но то была желанная и сладкая боль. Он так долго ждал свою истинную, каждый день мечтая ощутить на коже эту
