— Самое ужасное то, что ему на самом деле лучше будет с ней, — сказала она, впервые полностью осознав это. — Ты прав, что суть вся в различии культур. С Мелиной у него не было бы таких проблем. Я думаю, Ари жалеет, что женился на мне. К тому же Мелина могла бы подарить ему ребенка, женщины на Корфу рожают без проблем. — В ее голосе не было отчаяния, лишь одна грусть.
— Понимаю, — сказал он, — ты не преувеличивала, когда говорила, что несчастлива, не та ли?
Она потянулась к кофе, успевшему остыть:
— Теперь расскажи мне о себе. Я хочу, чтобы ты тоже открылся мне.
— Я? Мне нечего рассказывать.
— Я уверена, что это не так.
— Хорошо.
Он рассказал ей о Джуди, которая разрушила его жизнь.
— Гордость мужчины — его ахиллесова пята, — заключил он.
— Ты думаешь, если б Роза завела себе любовника, не у каждого на твоем месте пострадала бы гордость?
— Я начинаю думать, что да.
Рассказывая о себе, они становились ближе друг к другу, намного ближе, чем раньше, когда ощущали только физическое влечение.
— Еще кофе? — спросил Майк некоторое время спустя.
— Лучше не надо, а то я сегодня не засну. Вряд ли у тебя вдруг окажется «Перье»?
— Извини. Боюсь, я не из тех людей, которые могут позволить себе пить «Перье».
Она улыбнулась. Это было настолько очевидно! В Майке Мэгги привлекала именно его простота. Стив мог закупать шампанское ящиками, но элементарной помощи от него ждать не приходилось.
Она поднялась:
— Я думаю, мне действительно пора.
— Ты хочешь уйти? — его голос понизился. Она поняла, что он имел в виду. Раньше, ничего не зная о ней, он боялся разрушить ее счастливый брак, но теперь, столько узнав, он готов был начать все сначала. На Мэгги же их разговор повлиял иным образом. У нее уже сменилось настроение: эта беседа напомнила ей об ее обязанностях. Когда Майк обнимал и целовал ее, не было времени осмысливать происходящее. Теперь же она была способна контролировать ситуацию, и разум напоминал ей, что она жена Ари, а Майк принадлежит Розе.
— Да, — ответила она, — сегодня, думаю, да.
— Хорошо. — Он взял ее плащ и помог одеться. Когда его руки коснулись ее плеч, она чуть не потеряла контроль над собой, столь велико было ее желание, но в конце концов сумела взять себя в руки. Может быть… может быть, когда все это кончится, все будет по-другому? Может быть, если она прямо скажет Розе, что она, Мэгги, любит ее парня, если она оставит Ари, справится со всем этим, то придет другой день, когда Майк попросит ее остаться, и она не откажется. Но не сегодня. Не будет же это все продолжаться вечно…
Они спустились к машине. Ночь была прекрасная, звездная. Майк открыл дверцу, и она проскользнула на пассажирское кресло. Они ехали из города, и звук сирен постепенно затихал в ночном небе. Мэгги показалось, что она увидела вспышки голубого света где-то над городом, но она была настолько погружена в свои мысли, что не придала этому никакого значения.
Глава 14
Шина Росс, корреспондент местной ежедневной газеты, зашла к Брендану около трех часов дня.
Это была молодая и целеустремленная особа, которая, застряв в провинции, стремилась во что бы то ни стало поближе познакомиться с кем-нибудь из местных жителей. После разговора с Майком и Мэгги она налила себе кофе, зажгла сигарету и, сидя в огромном пустом кабинете, обдумывала услышанное. У нее было чутье на различные газетные сенсации. Сегодня ей выпал шанс: во-первых, была суббота и она одна подбирала новости для выпуска, к тому же в этот день, как ни странно, не было ни пожаров, ни других происшествий. Ничто не могло ей помешать. Шина изучила свои записи и кое-что переписала начисто, чтобы не забыть. Из истории о пропавшей женщине могло не получиться ничего, а могла выйти сенсация. За исчезновением, возможно, скрывалось убийство. С одной стороны, расследование Шины имело гуманную цель, а с другой — история могла принести ей успех. И работать над этим было чрезвычайно интересно, ибо жертва имела высокооплачиваемую работу в преуспевающем доме моделей «Вандина», ее приятель был известным школьным учителем, а сестра жила на Корфу. Кроме того, Роза Ньюман раньше была замужем за одним из дикторов местного радио Бренданом Ньюманом. В общем, в истории было достаточно пикантностей, чтобы она не сходила с первой полосы газеты по крайней мере несколько дней подряд. Шина погасила сигарету и решила посмотреть в редакционном архиве все, что там найдется про Брендана Ньюмана.
Телефон звонил несколько раз, пока она перебирала папки с газетными вырезками, и каждый раз она кляла его на чем свет стоит. Ни одна новость, которую ей сообщали, не представляла ни малейшего интереса: секретарь театральной труппы интересовался освещением в газете их нового спектакля, кто-то просил сообщить, что скончался председатель футбольного клуба. Шина старалась побыстрее отделаться от звонивших и вернуться к заинтересовавшему ее происшествию.
Наскоро перекусывая, она пробегала глазами содержимое папок с газетными вырезкам. Покинув офис, она отправилась на поиски Брендана Ньюмана, которого считала центральной фигурой в этой истории. «Что случилось с Бренданом Ньюманом?» — думала она, перефразируя известное «Что случилось с крошкой Джейн?» Это было единственное, чего не рассказал архив. Но именно это она и собиралась выяснить.
Как обычно, у Брендана было похмелье. Он проснулся около полудня и проглотил привычную таблетку «алка-зельтцера». За ней следовали две чашки черного кофе и сигарета. От сигарет голова его становилась еще тяжелее, но он продолжал курить. Когда в дверь позвонили, он смотрел телевизор. Погасив сигарету и при этом чуть не опрокинув пепельницу, он пошел открывать.
— Кто там?
— Я констебль из полицейского участка Редланд.
Брендан выругался. Во что он вляпался прошлой ночью? Как обычно, он не помнил ничего.
— Что вам надо?
— Я по поводу вашей жены.
— Моей жены? Вы имеете в виду Розу?
— Да, сэр.
— Она не моя жена. Мы разведены.
— Это все равно. Мне надо с вами поговорить.
Брендан колебался. Он не хотел говорить о Розе с кем бы то ни было, особенно с полицейским. Его уже тошнило от людей, интересующихся Розой. Он хотел забыть ее и боль, которую она ему причинила. Кроме того, упоминание о ней опять пробудило в нем неприятные чувства, чуть ли не страх. Но послать к черту полицию значило бы нарваться на неприятности. Брендан открыл дверь.
Он узнал полицейского — тот уже приходил к нему.
— Ну, какого черта на этот раз?
— Это касается исчезновения вашей жены, бывшей жены. Вы ничего о ней не слышали с тех пор, как мы с вами виделись в прошлый раз?
