Читаем без скачивания Выбор шатеры - Яна Ясинская

До сих пор при воспоминании о полуобнажённой Мэд, лежащей в постели Эвана, меня разбирает злоба, обида, ревность.

Да. Именно ревность.

От бессилия закрываю лицо руками. Господи! Как же я его ревную! К Мэд! К Айрис! Да к любой, которая бросает заигрывающий взгляд на моего мальчишку-альтаирца. При воспоминании о том, что именно из-за ревности я не отважилась даже подойти поздороваться с Эваном в доме посла Ромеро (хотя безумно хотела это сделать) меня разбирает злоба на саму себя. Сделай я это тогда, и моя жизнь бы круто изменилась. Я бы просто осталась рядом с ним и не вернулась в Руар. И всё было бы хорошо! Я ни во что бы не вляпалась! Но нет! Я всё сделала по-своему! Всё сама же и испортила!

Ну и как долго я этим неадекватным поведением буду портить жизнь окружающим и себе? Нет! С этим балаганом пора завязывать!

Встаю, подхожу к зеркалу. Пытаюсь привести себя хоть немного в порядок. Хороша! Ничего не скажешь! Волосы выбились из причёски, щёки раскраснелись, глаза горят. Поправляю косу, споласкиваю лицо холодной водой. Так вроде бы получше! Вдыхаю полной грудью, считаю про себя до трёх, после чего иду в спальню.

Эван стоит у окна. Вид у него отстранённо-задумчивый.

— Ада, не бери в голову слова Мэд… — он начинает разговор быстрее, чем я успеваю открыть рот. — Если хочешь, я переночую в комнате Грэгори, чтобы тебя не смущать.

— Эван, я… — ох и не привыкла же я просить прощение. — Ты меня прости. Я не должна была так себя вести. Устраивать тебе всю эту сцену. Я не имею никакого права предъявлять тебе претензии…

— Имеешь. Ты моя жена.

В спальни так тихо, что я даже боюсь дышать.

— Ты альтаирец, — едва слышно шепчу я. Слова застревают в горле.

— А ты дарийка.

Схожу с ума от едва слышной хрипотцы в его голосе.

— Ты женился на мне, чтобы дать мне свободу. Спасти…

— Я женился, потому что…

Эван подходит ко мне. Смущение, неуверенность, робость, — всё это я читаю в его взгляде, и вместе с тем…

… любовь.

Чувствую его тёплые губы на своих губах. Нечто пьянящее окутывает меня с ног до головы. Эта волна удовольствия парализует меня, но Эван трактует по-своему мою неподвижность.

Отстраняется.

— Прости. Я не должен был…

И по мере того, как расстроенный Эван отходит от меня, мне становится нестерпимо больно. Как будто я теряю часть себя. Лучшую свою часть, без которой не представляю жизни.

Не умею я говорить красиво, поэтому… На одних инстинктах и эмоциях, сама, толком не понимая, что делаю, приподнимаюсь на цыпочки и осторожно неумело целую Эвана в губы.

Он отвечает не сразу. В какой-то момент я даже пугаюсь, что сморозила глупость. И лишь затем до меня доходит: мальчишка-альтаирец просто не сразу смог поверить в то, что я вот таким незамысловатым способом сказала ему «да». А дальше… Чувствую такой желанный жар его объятий, его поцелуев. Мою душу переполняет радость и покой. Мы оба теряем от счастья голову.

— Я люблю тебя, Ада, люблю…

— Я люблю тебя, — шепчу в ответ.

Не знаю, как долго длятся наши поцелуи. Мы целуемся вперемешку со счастливым смехом. Мне уже не важно, что я дарийка, а он альтаирец, и что наш брак заведомо обречён на неприятие обществом. Что у нас никогда не будет детей. Неважно всё. Главное: здесь и сейчас Эван со мной. И больше мне ничего от жизни не нужно.

Но счастливый миг, увы, длится недолго. Жизнь, с присущей ей беспардонностью, врывается в наш мирок в виде мрачного запыхавшегося Анигая.

— Извиняюсь, конечно, что прервал ваши брачные игрища, но у нас, похоже, серьёзные проблемы.

Эван нехотя отстраняется от меня.

Смотрю на его бледное суровое лицо и чувствую, как внутри всё холодеет. Я слишком хорошо знаю Анигая, чтобы отчётливо понимать: новости, которые он принёс, явно не из приятных.

— Что-то с Бэром?

— Хуже. Дэмонион узнал, что кристалл подменили. И все указывает на то, что к этому причастны альтаирцы.

В комнате зависает гнетущая тишина. Ну вот и всё! Это и есть злополучное начало конца.

Часть четвёртая

Тайна дэбэра

Глава 1. Ва-Банк

Эван ушёл, оставив меня на попечение Дэрэка. Строго настрого запретил выходить из комнаты.

— Бред! Бред! Бред! — толстяк-земляник, словно заведённый, нервно описывает круги по комнате. — Кто мог стащить кристалл с Жезла Власти?! Это же физически невозможно сделать! Причём здесь альтаирцы? Наверняка, его спрятал сам Дэмонион! Больше некому! Он просто хочет устроить международный скандал!

— Лично меня больше интересует, как о подмене узнал Дэмонион, — признаюсь я, направляясь в шкафу.

Надо переодеться во что-то более удобное, чем альтаирское бальное платье. Вряд ли оно, в случае плачевного расклада событий, гармонично впишется в интерьер императорской тюрьмы Дэбэр.

Видимо, Катар всё-таки и есть моя настоящая судьба. Правильно, видать, там говорили: где родился — там и помрёшь.

Эван возвращается ближе к утру. Вымотанный, встревоженный.

С порога бросаюсь к нему.

— Ну что там?

— Ничего хорошего. Думаю, про кристалл Дэмониону намекнул Ромеро. Больше некому. К тому же ему выгоден международный скандал. Стравив снова Альтаир с Дарием, он получит шанс снова развязать войну. Земной Альянс спит и видит это.

— Опять война?! — испуганно выдыхаю я.

На свою беду, я слишком хорошо помню годы в Катаре до перемирия. Жуткое было времечко. Куча военнопленных. Горы трупов, которые свозили с рудников в обрыв Смертников, раскинувшийся неподалёку от нашей хижины. Потом ещё была чума из-за того, что весна выдалась на редкость жаркой и трупы не успели сжечь. Плач вдов, матерей, у которых забирали сыновей на службу.

Страшно. Было так страшно.

А потом вдруг настала тишина.

Перемирии.

И даже Отаром забытый Катар вздохнул с облегчением.

Неужели весь этот ад начнётся заново?

Не хочу! Как же я не хочу возобновления войны.

— Успокойся, — уставший Эван садится рядом со мной на диванчик, приобнимает меня. — Всё будет хорошо. Обещаю. По крайней мере пока официальных обвинений не выдвинуто. Нет оснований, только подозрения. Но, думаю, скоро начнутся обыски. Я не хочу, чтобы ты при этом присутствовала. Поэтому… — Эван оборачивается к другу, — Дэрэк, увези, пожалуйста, Аду в подземный город. Здесь ей больше делать нечего.

— А ты?! — не на шутку пугаюсь я.

— Я останусь. Я должен быть рядом с отцом и братьями.

— Но при чём здесь они?! — мои и без того напряжённые нервы окончательно сдают. — У вас здесь принц имеется! Вот пусть он всё и разруливает! Почему ты должен расхлёбывать всё это?

Но Эван оставляет мой вопрос без ответа. Терпеть не могу эту его дурацкую привычку игнорировать меня в самый ответственный момент.

— Дэрэк, позаботься, пожалуйста, о моей жене.

Толстяк удивлённо присвистывает.

— Не понял. Какой ещё жене? Ей? Вы когда успели?! Почему я всё всегда узнаю последним?!

Похоже, последний вопрос его волнует больше всего.

— Я никуда не поеду! — хмурюсь, отступаю к окну. — Я не оставлю тебя здесь одного!

Это просто не честно! Только у нас с Эваном всё стало хорошо и на тебе! Пожалуйста! Да пропади он пропадом этот Дэмонион со своим кристаллом! Я просто хочу быть счастливой рядом со своим мужем! Я не хочу жить, вечно чувствуя опасность, нависшую над моей семьёй!

О! Как бы дорого я отдала, чтобы Верховная ведунья оказалась сейчас рядом со мной! Она обязательно нашла бы выход! Сумела незаметно вернуть кристалл на место. Ведь выкрасть же его у неё получилось! Как же не вовремя старуха улетела на Наоки!

Эван притягивает меня к себе. Обнимает. Чувствую стук его сердца.

— Пожалуйста, Ада… Сделай, как я прошу. Обещаю, как только я решу проблему, сразу приду к тебе. Но сейчас… Мне надо, чтобы ты была как можно дальше от Аскорэора. Иначе я буду постоянно беспокоиться за тебя и не смогу спокойно мыслить, а мне, как никогда, нужен холодный ум.

И хотя в душе бушует паника, и дурное предчувствие сковывает горло, не давая говорить, я киваю. Муж прав. Не надо создавать ему больше проблем, чем я уже насоздавала.

— Прости, я должен вернуться к отцу. Я люблю тебя…

— Я тоже тебя люблю…

Прощальный поцелуй, и Эван снова исчезает.

Заторможенная, перепуганная, я продолжаю, словно статуя, стоять посередине комнаты. И кажется мне, что нечто гнетущее, тёмное, подползает ко мне со всех сторон, окутывая меня, сдавливает горло, застилает глаза.

Дурное… Очень дурное предчувствие — вот истинная причина моей паники. Да, за свою короткую жизнь я выбиралась из многих передряг, но на этот раз я ни в чём не уверена… Абсолютно ни в чём. Потому что на кону стоит не только моя жизнь, но и жизнь дорогого мне человека. Моего мальчишки-альтаирца.