ещё неделя… — тихим голосом, попытался побороться за своё право жильца Герольд.
— Чего? — переспросил второй мужик.
— Говорит неделя ещё оплачена…
— Насрать, что там оплачено, он сдохнет в ближайший час-два, забирайте его, выносите… Только подальше немного, куда-нибудь… Да к Жанне несите, под порог. — распорядилась судьбой Знахаря сотрудница местного трактира.
— Может того? — с сочувствием спросил первый мужик.
— Не, живым тащите, пусть там помирает, обосрётся ещё…
— Так кажется уже…
— Тебе сказано, что делать, Гвоздь, не беси меня — поставила точку в разговоре о времени дожития женщина, после чего деловито обшмоналаодежду, в большей мере оставленную поодаль, и прихватив все, на её взгляд ценное, вместе с рюкзаком и оружием покинула комнату. При этом громко кого-то подзывая, вероятно для скорой очистки номера, для последующих заселений…
— Ещё один Гвоздь… — одними губами произнёс высохший, до ужасающего состояния Гер. Ранее, он непременно посмеялся бы, над комичностью момента… Ныне, это сделать было невозможно.
Последний путь Знахарь проделал лицом вниз, что было несколько прискорбно, так как Герольд, при всех своих недостатках, был не чужд эстетическим наслаждениям. В частности, созерцание местного неба, было для него практически единственной отдушиной. Не считая прекрасных миров с Дарами Улья, конечно. Лишённый возможности изучать живопись, посещать спектакли либо концерты симфонической музыки, Герольд утолял жажду иными материями, и в том числе небом. А в этом мире было не так много вещей сравнимых по красоте с ним… Но судьба, в виде двух крепких мужиков, распорядилась так, что и данного чуда он был лишён. Авось, когда донесут, бросят лицом вверх…
Не бросили.
Не очень аккуратно положив, Гера под козырёк незнакомого здания, скорее всего с задней стороны, которая не использовалась местными как парадная. Так как присутствие людей тут не ощущалось. Иммунные намеревались покинуть его компанию. Однако спустя несколько секунд, один из них всё же вернулся.
— Слышь мужик, я не знаю, чем ты так себя доконал. Дрянь наверняка та ещё. Но я сам с Кавказа. И… В Общем не принята у нас мужчине так умирать. Неправильно это. Найди в себе силы, ну… в общем сам все понимаешь. А средство я тебе оставлю… Вот.
На этих словах мужчина, во внешности которого не было, впрочем, ничего выдающего в нём Кавказца, протянул Герольду небольшой нож. После пары секунд раздумий, в которые он не дождался, чтобы Знахарь ответил взаимностью и принял подарок, он вложил нож в руку, и словно для того, чтобы Герольд точно его не отпустил, засунул руку Гера за пазуху.
— Видно не судьба у тебя, брат, уйти достойно, так хоть с оружием помрёшь. Всё лучше, чем ничего… Прощай в общем.
После чего, спустя несколько секунд, Гер остался в полном одиночестве…
* * *
Завывание ветра, лёгкий скрип, то ли флюгера, то ли части забора, (о происхождении источника звука Герольд рассуждал последние двадцать минут). Далёкий гул мотора и вполне близкий звук работающего генератора. Конечно, не такую тризну, хотел бы себе заказать умирающий Знахарь. Но иной по его душу как-то не представилось. Посему он пытался из всей этой какофонии вычленить некую закономерность, чтобы представить, что это некая музыка… Получалось скверно.
Мысли о смерти посещали Герольда довольно часто в прежнем мире. Помимо банального любопытства, о том, что находится за той стороной грани, были и мысли вполне практического толка. Он думал о похоронах, и их влиянии на память о человеке. О тех или иных ритуалах при погребении либо кремации… Множество разных мыслей посещали его. Однако никогда он не примерял этот «наряд» на себя. Пожалуй, впервые он задумался, а как бы хотел, чтобы распорядилась его телом в посмертии? Как ни странно, применив ситуацию на себя, он вдруг осознал, что вариант с исчезновением в искрящемся молниями тумане, ему представлялся наиболее привлекательным. Сам мир, стирал тела своих жертв в пучине бледного савана. Чтобы после, на том же месте дать пусть страшную, но новую жизнь… Невероятно красивый виток колеса Сансары…
— … не несём за это, никакой ответственности…
— Вы не понимаете, это не орган теневого управления Улья. Кто вообще в здравом уме будет воспринимать это так?
— Как мне кажется, Ты мой друг заблуждаешься… Постой…
— Что-то…
— Тссс…
Два голоса, двое мужчин. Бесцеремонно ворвались в плавный ход мыслей Гера. Уловить то, о чём они вели диалог, Герольд не смог. Слишком поверхностно он успел ознакомится с теми звуками, что потревожили его текучий спуск в царство забвения.
Спустя какое-то время, его кажется потрогали, а после деликатно перевернули лицом вверх. В глаза ударил резкий и болезненный свет.
— Жив… ох…
— Это что ж его так…
— Чернота? Хотя вряд ли. Его как будто изнутри что-то сожрало, видишь впадины. Да и… Ох бля…
В этот момент державший доселе его человек, резко отпустил лицо Гера, и вероятно отпрыгнул.
— Что это? — нервно спросил вероятно более молодой мужчина.
— Хм… Кажется я знаю, что за недуг схарчил нашего незнакомца. — ответил более взрослый голос.
— Вы такое уже видели? — удивлённо спросил более молодой.
— Да, но не такую запущенную… Это Клякса. — уверенно поставил диагноз более зрелый мужчина.
— Да ладно… Она не разрастается до таких размеров, я же помню курс по ментальным паразитам. Она за сорок-пятьдесят секунд съедает человека, оставляя лишь чёрную оболочку. А эта словно…
— Спит. — подытожил более зрелый мужчина.
— Но как? Нет, я помню, что одна из граней как раз даёт такую возможность, но тогда этот мужик должен был…
— Похоже на то. Он терпел. Он вытерпел полное выжигание семидесяти процентов нервных окончаний.
— Ни одного зафиксированного случая, до этого момента. И он жив, жив!
— Интересный экземпляр. Степа, а не забрать ли нам его с собой?
— А дотянет? Да и сколько мы проведём дней там… Ну там…
— До Института нет, переход через границу региона… в общем нет. Я предлагаю забрать его на Совет.
— Август Павлович, а как же ограничение, не более двух представителей же…
— Не тупи, пока едем, будем изучать. Если ему повезёт, и он доберётся с нами до места, живым, проведём эксперимент. Когда ещё представишься такая возможность?
— Вы думаете там кто-то с Кляксой будет?
— Старая карга… Удивлюсь если у неё за те века, что она топчет этот мир не появился этот навык…
* * *
Ход времени, ход мыслей, ход мировой энергии… Где он, кто он, порой что-то мелькало поблизости, но это было столь зыбко и эфемерно, что зацепиться никак не удавалось.
Чувства были сравнимы с полетом в вакууме. Вроде бы тело, ну или что-то, что ощущалось как тело,
