— Совершенно верно, малыш.
Ааз нагнулся и хлопнул Фрумпеля по плечу.
— Поздравляю, Фрумпель! — воскликнул он. — Должен признаться, я не думал, что тебе удастся это проделать.
— Что? — моргнул девол.
— Я лишь рад, что это зачеркивает наш долг тебе, — продолжал, не останавливаясь Ааз. — Ты ведь не попытаешься его эндоссировать, не так ли?
— Фрумпель! — голос Иштвана потемнел от угрозы. — Ты устроил нам это?
— Я… я… — стал заикаться девол.
— Валяй, Фрумпель! Злорадствуй! — поощрил его Ааз. — Он теперь ничего не может с тобой сделать. Кроме того, ты можешь в любое время, когда захочешь, телепортироваться отсюда.
— Нет, не сможет! — зарычал Хиггенс и молниеносно выбросил руку вперед.
Я мельком уловил пролетевший в воздухе шарик, прежде чем тот взорвался у лба Фрумпеля облаком пурпурной пыли.
— Но… — начал девол, но было уже слишком поздно.
Не кончив жеста, его конечности окоченели, а лицо замерзло. У нас в руках оказалась еще одна статуя.
— Хороший ход, Хиггенс, — зааплодировал Ааз.
— Если это не будут чересчур трудно, Ааз, — перебил его Иштван, — ты не мог бы объяснить, что здесь происходит?
— А-а! — сказал Ааз. — Это целая история.
— Это звучит знакомо, — пробурчал Квигли.
Я ткнул его локтем под ребра. Мы еще не выкрутились из этого дела.
— Кажется, Фрумпель узнал о твоих планах от Трокводла. Он явно боялся, что, если ты преуспеешь в захвате власти над измерениями, то будешь осуществлять контроль за ценами, выбросив таким образом его как купца из бизнеса. Ты же знаешь, каковы эти деволы.
Бесы фыркнули, Иштван задумчиво кивнул.
— Так или иначе, он решил попытаться остановить тебя. Чтобы достичь этого, он заставил с помощью шантажа нашу четверку помогать ему. Мы должны были отвлечь внимание, пока он осуществлял действительную атаку.
— Ну, и что же он сделал? — поторопил его Хиггенс.
— Он отравил вино, — объяснил Ааз. — Разве вы не помните?
— Когда? — спросил Брокхерст.
— Когда уронил свой липовый кристалл в кувшин, помните?
— Он же сам пил из кувшина! — воскликнул Хиггенс.
— Совершенно верно, но он заранее принял противоядие, — закончил изящным росчерком Ааз.
— Так значит, мы застряли здесь! — с отвращением сплюнул Брокхерст.
— Знаешь, Ааз, — медленно произнес Иштван, — мне приходит в голову, что если даже все произошло именно так, как ты описал, то ты с твоими друзьями сыграл в этом заговоре довольно большую роль.
— Ты прав, Иштван, — признал Ааз. — Но я готов предложить тебе сделку.
— Какую сделку? — подозрительно спросил Иштван.
— Она состоит из двух частей. Во-первых, для очищения Танды и себя от вины в противодействии тебе в твоем последнем покушении на власть я могу тебе и твоим союзникам предложить транспортировку из этого измерения.
— Хмм… — произнес Иштван. — А вторая часть?
— В качестве второй части я могу дать тебе способ предельно отомстить Фрумпелю. В обмен на это я хочу получить твое обещание, что ты не будешь иметь зуб против нашей четверки за нашу роль в сегодняшнем несчастье.
— Простить четверых в обмен за месть одному? — хмыкнул Иштван. — Сделка эта не кажется очень-то выгодной.
— Я думаю, ты кое-что проглядел, Иштван, — предостерег его Ааз.
— Что именно?
— Ты потерял свои способности. Поэтому получается, что нас тут четверо против вас троих.
— Посмотри на своих четверых, — презрительно фыркнул Брокхерст. — Женщина, полунатасканный ученик, сломленный охотник на демонов и извращенец.
— Сломленный? — нахмурился Квигли.
— Спокойно, Квигли…и ты тоже, Танда, — приказал Ааз. — Вашей тройке тоже нечем похвалиться, Брокхерст. Два потерявших свои способности беса и толстый сумасшедший.
Удивительно, но это, казалось, вновь оживило юмор Иштвана, а вот бесов нисколько не позабавило.
— Слушай, Ааз, — начал было Хиггенс, — если ты хочешь драться…
— Господа, вы полностью упускаете смысл, — успокаивающе сказал Ааз. — Я пытаюсь избежать схватки. Я лишь пытаюсь указать, что если дело дойдет до схватки, то вы проиграете.
— Не обязательно, — ощетинился Брокхерст.
— Неизбежно, — стоял на своем Ааз. — Взгляните, если мы вступим в схватку и победим, то вы проиграли. С другой стороны, если мы вступим в схватку и победите вы, то вы проиграли.
— Как же это ты вычисляешь? — подозрительно спросил Хиггенс.
— Очень просто! — надменно сказал Ааз. — Если вы нас убьете, то потеряете свой единственный способ выбраться из этого измерения. Вы навек застрянете на Пенте. По моим вычислениям — это проигрыш.
— Тут мы согласны, — пробурчал Брокхерст.
— А, прекратите эти пререкания! — со смешком перебил Иштван. — Ааз, как обычно прав. Может быть, он и проиграл пару боев, как магических, так и физических, но я никогда не слышал, чтобы его кто-то переспорил.
— Значит, по рукам? — спросил Ааз.
— По рукам, — твердо сказал Иштван. — Словно у нас есть какой-то выбор в этом вопросе.
Они церемонно пожали друг другу руки.
Я заметил, что бесы перешептываются между собой и бросают в нашем направлении злобные взгляды. Я гадал, а связывает ли сделка с Иштваном бесов. И гадал, будет ли рукопожатие в подобной ситуации иметь силу юридического обязательства. Но больше всего я гадал, что на этот раз в рукаве держал Ааз.
— Ну, Ааз? — спросил Иштван. — Где же обещанная тобой статья договора насчет сматывания отсюда?
— Прямо здесь, — ответил Ааз, вынимая из-за пазухи знакомый предмет и бросая его Иштвану.
— И-Прыгатель! — восторженно воскликнул Иштван. — Я не видел ни одного с тех пор, как…
— Что это? — перебил Хиггенс.
Иштван хмуро посмотрел на него.
— Это наше билет на отъезд из этого измерения, — сквозь зубы объяснил он.
— Как он действует? — подозрительно спросил Брокхерст.
— Положитесь на меня, господа, — отвращение, написанное на лице Иштвана, выдавало лживость веселости его слов. — Он действует.
Он снова повернулся к Аазу.
— Бесы! — пробурчал он про себя.
— Их нанял ты, — без сочувствия заметил Ааз.
— Увы, это так. Ну, а что за дьявольскую месть ты придумал для Фрумпеля?
— На это легко ответить, — улыбнулся Ааз. — Отвези его обратно на Деву.
— Почему на Деву?
— Потому что его изгнали с Девы, — ответил осененный Хиггенс.
— А с деволами никто не сравнится в назначении наказания тем, кто нарушает их законы, — закончил со злой улыбкой Брокхерст.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
