— Рядовой шестого полка Геро Токс, сьере командиры. Прислан с донесением. Замок захвачен, много раненых врагов, внизу, под завалами, в подвалах — женщины и дети. Начальник полка спрашивает, что с ними делать? Так оставить, или откапывать?
Молчу.
— Что за женщины и дети? Сомневаюсь, что там крепостные…
Это Ролло, видя, что я молчу, решается вмешаться. Всё верно — ты же главком…
— Раненые говорят, что там знатные дамы со всей округи. Крепость то самая сильная из всех, вот и спрятались…
Главком открывает рот, но я вскидываю руку, заставляя его замолчать:
— Вначале найти сервов, оказать им помощь. Аристократов доставать в последнюю очередь.
Парень вновь отдаёт честь, убегает. Командиры с удивлением смотрят на меня. Поясняю:
— Руки крепостных для меня важнее, чем орава дармоедов.
Начальник артиллерии улыбается. Остальные ошарашенно молчат. Начинаю злиться:
— Всех, кого достанут — сюда. Будем разбираться, тогда и поймёте, что к чему…
Выясняется, что слуг и сервов замка просто бросили на произвол судьбы, и многим их них досталось осколками. Так что раненых среди них полно. Приказываю оказать им первую помощь. Нужны рабочие руки для восстановления разрушенного нами замка. Мда… перестарались мы. Ну да ничего. Всё-равно лучше его перестроить. Вот и поле перед ним, где мы стоим лагерем, куда больше подходит для постройки настоящей крепости, чем эта груда камней… Потом всё — таки откапывают проход в подвал и оттуда извлекают почти пятьдесят женщин всех возрастов и около семидесяти детишек. Все в пыли, в каменной пыли, кашляют, плачут.
— Ролло, давай в замок. Похоже, что тебе придётся с народом разбираться…
Главком кивает, и его конь, направляемый твёрдой рукой, уносится к развалинам. Что же, неплохо. Начали в шесть утра. В полдень закончили. Триста фугасов, и замка — как не бывало… Постепенно наводится кое-какой порядок. Основная часть солдат уже покинула груду камней, в которую превращён замок и находится в лагере: готовят еду, приводят в порядок снаряжение и повозки. В замке остались лишь три роты, которые вытаскивают из завалов уцелевших, сгоняют их в кучи и ведут в лагерь. Перевязывают наскоро раненых. Кое-кого добивают. Из милосердия. Потому что лечить, скажем, распоротый живот, из которого вывалились все внутренности, здесь не умеют. Или когда камнем дробит позвоночник… Наконец, когда мы уже сытно пообедали, а солнце клонится к закату, зачистка развалин закончена. Подбиваем итоги. Взято в плен: сервов, почти сто человек. Большинство раненые. Погибло под развалинами куда больше. Полёг практически весь гарнизон, а это две с половиной тысячи ополченцев, рыцарей и прочих… Наёмников, кстати, нет. Солдаты удачи не желают воевать против Волка Парда. И дело тут не в деньгах, а в принципе — новость о том, что я иду освобождать владения герцога Саура для того, чтобы вернуть их законной владелице, в мгновение ока облетела всю страну. Пропаганда подействовала выше всяких ожиданий…
Итого — пленных из гарнизона сорок два человека. Из них тридцать пять ранены и контужены. Да и остальные в шоке. Ещё бы… Ну и беженцы. Мужского пола среди них едва десяток подростков. Остальные — так называемый слабый пол. Голубая кровь, так сказать…
— Солдат — на каторгу. В рудники. Без исключения.
Те дёргаются, среди них даже пара рыцарей в доспехах. Добавляю специально для них:
— Кто не будет работать, не кормить. Насчёт сервов — они местные, пусть помогают строить новую крепость. Пошлите гонца к министру финансов сьере Ушуру, пусть немедля начинает строительство. Здесь.
Показываю рукой, где. Остались дамочки-феодалочки… Перехожу к ним…
— Мальчишек — тоже на каторгу. Заклеймить, в цепи и в рудники, пожизненно. Женщин…Хм…
И ведь куда их деть? По домам распускать — полный идиотизм. Что они, будут спокойно сидеть? Разумеется, нет. Да и зачем моим подданным такие владычицы? Мгновение колеблюсь, потом всё-же принимаю решение:
— Отправить всех на мануфактуры. К досе Алане. А детишек…
..Куда же пристроить соплюшек от семи и старше лет? О! Идея!
— Туда же. Пусть себе хлеб зарабатывают. Своими ручками. Пусть узнают, какого это.
Кто — то из пленных рыцарей кричит мне:
— Они — благородные дамы! Как ты можешь, ублюдок, с ними так поступать?!
Спокойно парирую:
— Они — жёны и дочери тех, кто поднял руку на героев Фиори. Они предали нас. И другого не заслуживают. Иначе бы отговорили своих мужей поступать так подло с теми, кто проливал кровь, защищая их.
Крыть нечем. Я прав на все сто… Тишина.
— А кто у нас отличился?
Командиры молчат, потому приходится сыграть роль третейского судьи:
— По две чарки вина пушкарям. Ребята сегодня постарались.
Женщин быстро связывают и сваливают на захваченные сани, словно груду поленьев, чтобы, не откладывая в долгий ящик, везти на ткацкие фабрики. Слышны плач, проклятия, ругань. Веселятся лишь мои артиллеристы. Ребятам предстоит весёлая ночь…
— Всё, сьере командиры. На сегодня достаточно. Замок взят, с пленными разобрались. Завтра оставим роту и пару пушек на развалинах, пусть при помощи окрестных сервов откапывают остальные подвалы. Там куча продовольствия и вина. Всё пойдёт в дело. Ну а мы — отдыхать…
Возвращаемся в лагерь. Нас приветствуют радостные, восторженные крики солдат. Ещё бы — взята одна из сильнейших крепостей Фиори. И всего лишь за день. Такого не ожидали ни простые бойцы, ни командиры. Это ещё что! То ли ещё будет дальше…
— Дозоры выставлены?
— Так точно.
Это Ролло. Далеко пойдёт парень. Ой, далеко… Киваю ему в знак одобрения. Дальше едем под крики солдат, все трезвые, кстати. Ни пьяных, ни буянящих. На время похода спиртное строжайше запрещено. Все знают, что наказанием за самовольное пьянство будет виселица. Единственные кому сегодня разрешено пригубить — мои пушкари. Они честно заслужили награду. Но люди пьяны не спиртным, а удачей и победой. Ни убитых, ни раненых с нашей стороны нет. Хвала пушкам и ружьям…
Глава 25.
Сверкающие доспехами всадники медленно, опустив копья, двинули коней вперёд. Страшно и неотвратимо. Позади сплошной стены металла шевельнулась и сделала первый шаг вторая часть вражеского войска, состоящая из личных гвардейцев своих лордов, идущих впереди. Их было много. Гораздо больше, чем донесли разведчики. Почти втрое. Не пятнадцать тысяч, а чуть ли пятьдесят. И откуда только набралось? А у меня — всего лишь пять тысяч. Воинов. Всадников. Артиллеристов. Диверсантов. Хотя боевых потерь мы практически не несли, часть солдат пришлось оставить гарнизонами в захваченных нами землях и замках. Большая доля последних была разрушена, часть сдалась сама. Но везде приходилось ставить свои гарнизоны, потому что доверия к даже добровольно сдавшимся аристократам у меня не было. Множество заложников отправилось в Парда, где вовсю развернулось строительство, тысячи пленников трудились, не покладая рук. Бунтовать они не собирались, потому что каждый из них знал, что спустя два года получит свободу. К тому же людей кормили, и очень даже хорошо — иные так не ели и в мирное время. А ещё они получали зарплату, вещь вообще неслыханную, и потому многие благодарили Высочайшего, что спокойно переживут войну и вернутся к семьям… Но это они, те, кто попал или сдался в плен. А на этом поле, которое сейчас обагрится кровью, решается судьба Фиори и моя лично, а так же моих близких, и тех, кто поверил и пошёл за мной. Минуло три месяца со дня начала войны, как таковой… Мы успели разгромить почти все войска дель Сехоро, завладев уже четвертью всех земель страны, и я благодарю всех известных мне Богов за то, что император Рёко и король Тушура провести не ударили мне в спину. Ну а сегодня — решающая битва. Либо мы, либо они. Другого не дано…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
