Читаем без скачивания Происхождение человека и человечества. - Юрий Губин

Вот тогда, из-за тех климатических качелей с небольшой амплитудой, у афаров, как биологического вида, стали появляться морфофизиологические особенности, которые вели к повышению уровня организации. Это, как мы помним, называется ароморфозом. Он позволил освоить принципиально новые более сложные адаптационные зоны, прилегающие к экологической нише. Это вело к дроблению данного таксона на новые подвиды, а затем и виды. Может быть, таким образом, появился в том мире Кениапитек (имеется в виду Kenyanthropus platyops) - плосколицый человек из Кении.

 В 1999 году в Кении на берегу озера Туркана был найден самый полный из всех древних находок, череп, возрастом 3,5 миллиона лет. В нем сочетались прогрессивные и примитивные черты. У него были чётко выраженные скулы, небольшие коренные зубы, челюсть не так сильно выступала как у афаров. Так, что череп имел более современный вид, чем у найденных останков его современников гоминид, хотя ушные каналы были маленькими, как и у шимпанзе, да и объём мозга был таким же, как и у них. Строение зубов говорит о том, что этот примат питался мягкой пищей, например насекомыми и фруктами. Здесь на лицо дивергентная эволюция, которая позволила из афаров выделить несколько произвольных форм, не выходя из рамок гоминид. Это происходило в основном из-за разных географических районов обитания, а значит и из разных экологических условий проживания. Данный процесс затронул весь ареал проживания ранних афаров. Особенно это проявилось на юго-восточной оконечности Африканского континента, когда в засушливые периоды пустыня Калахари распространялась между реками Замбези и Лимпопо, изолируя, хотя и на время и не полностью, популяции гоминид от таковых Восточно-Африканского плоскогорья. Здесь они образовывали географические популяции, которые из-за климатических факторов оказывались довольно основательно разрозненными. Эти популяции постепенно начали различаться между собой плодовитостью, размерами особей и рядом физиологических, психологических и поведенческих особенностей.

«Оккупация» всех мыслимых пригодных для жизни территорий закончилась. В этот период в основном прекратила своё существование r- стратегия, которая так была необходима в период расширения ареала. В силу вступила К – стратегия, направленная на выживания вида в стабильных условиях. В связи с этим гоминиды ещё немного «подросли» в процессе начавшегося стабилизирующего отбора.

Кстати, можно провести аналогии современного демографического положения в мире с r и К стратегиями в животном мире, работающих в направлении адаптации в изменяющихся экологических условиях. Только необходимо помнить, что параметры жизненно важных условий существования у человека в нашем, цивилизованном обществе уже давно не зависят от условий окружающей среды потому, что уже, по крайней мере, миллион лет человек сам себе строит экологическую нишу. От ветровых заслонов из камней у человека умелого (Homo Habilis), до современных благоустроенных квартир (Homo Sapiens).

 Построенная социальная среда человечества в периоды адаптации к параметрам окружающей мира была создана как социально - биологическая ниша и в принципе заменила эти природные системы. Эволюционные процессы, протекавшие и протекающие в настоящее время в социальной системе человечества, во многом похожи на процессы, которые происходят в биоценозах и биогеоценозах. Поэтому за последние, примерно, 200 тысяч лет с момента формирования Homo Sapiens как вида человек мало трансформировался просто потому, что условия существования у него как никогда были и есть постоянны с небольшими вариациями параметров проживания. Социальная система, так же как и биологическая держит человека в рамках видовой стабильности, не давая ни в чём измениться.

В начале шестидесятых годов прошлого века некоторые учёные антропологи того времени склонны были думать, что через 500 тысяч лет (Холден, Добжанский) или через 1 миллион лет (Гальтон Дарвин) появится новый вид человека, отличающийся весьма существенно от современного. Учёными высказывались предположения, что изменения, касающиеся всех органов, ярче всего проявятся в строении конечностей (сокращение количество пальцев на руках и на ногах) и черепа, он должен был увеличиться по объёму.

Эти учёные были склонны признавать эволюцию физического типа человека и даже говорили об ускорении её темпов при переходе к современному человеку (как это делал, например, польский антрополог Верцинский), тем самым игнорировали адаптационные возможности человека к среде обитания. Животные достигают приспособления за счет изменения своего тела и органов, человек же изменяет саму окружающую его среду.

 Выживаемость индивида в данных условиях определяется не естественным отбором, как это принято в природе, а интеллектуально социальным. Суть же одна - лучше приспособленная особь имеет больше шансов выжить и оставить больше потомков. Отсюда вроде бы следует, что более приспособленным к социальной среде будет умный, образованный, энергичный человек, ориентирующийся в окружающей социальной среде и жизненных обстоятельствах и детей он должен иметь больше, чем у остальных людей. На самом деле в человеческом обществе всё не так просто. Для того чтобы это понять, давайте приведём пример из трудов ведущих специалистов прошлого века в данной области, в частности – Эрнста Майера:

«Согласно статистике,- говорил он,- примерно одинаковой для всех стран, люди, профессии которых требуют высокого интеллекта и, как правило, обладающие более высоким уровнем жизни, имеют, в среднем, меньше детей и рождают их в более позднем возрасте, чем скажем, неквалифицированные рабочие, труд которых не рассчитан на высокий интеллект». Иными словами те, кто обладает большим интеллектом, вносит в генофонд следующего поколения, меньший вклад, по сравнению с теми, кто обладает интеллектом ниже среднего. Это явление не ошибка дарвинизма, это перенос типов стратегий выживания, которые существуют в биоте Земли на социальную среду человека, где одновременно действуют обе данные стратегии с их переходными формами, так же как и в природе. Все зависит от образа жизни, окружающих социальных факторов и политической обстановки. Мы ведь из природы, а не из космоса, как некоторым хотелось бы. (Ведь для них, иметь родственником если не бога, то инопланетянина престижнее, чем обыкновенную обезьяну). Поэтому ничто природное нам не чуждо и существующий в ней механизм регуляции численности популяций, путём определённых стратегий, нам так же присущ. К сожалению, он ставит проблему демографии, как многим кажется, с ног на голову. Но это только с нашей точки зрения, основанной на понятиях, что чем больше людей в твоём роде, племени, княжестве или государстве, тем данная социальная структура, эффективнее противостоит внешним факторам. В принципе все войны, которые вело человечество, были не за территории с их природными богатствами, это вторично, а из-за людских ресурсов. В поступательном развитии человечества их не хватка всегда ощущалась и очень болезненно. Чтобы понять и что-то изменить в демографическом климате, необходимо определить, что именно запускает или останавливает механизм определённой стратегии у человека. Если у животных это происходит на гормональном уровне, то у нас по видимому ещё необходимы какие-то социальные факторы, возросшие из грегарного отбора в среде гоминид и передающиеся по эстафете сукцессионного ряда уже миллионы лет многократностью стратегий заключённых между двумя их типами, которые и обозначаются константами логического уравнения r стратегии и К стратегии.

Первая рассматривается как возможность быстрого роста численности популяции в жизнеобеспечивающем пространстве, и что для нашего повествования, в данный момент важно,-­ даёт возможность пережить какое-то неблагоприятное время в стабильной фазе окружающей среды, например войны, эпидемии или какие-то другие отрицательные факторы. Пример тому можно взять из Европейского Средневековья. Никто из Вас, уважаемые читатели не задумывался, когда смотрели, в исторических музеях, латы средневековых рыцарей, почему они такие маленькие по росту, что в пору лишь современному подростку?

Если предположить, что стратегии выживания приемлемы и для человека, то в этом случае всё сходится. Ужасные условия существования людей в средневековье, эпидемии, антисанитария, психологический прессинг со стороны религиозных организаций, охота на ведьм, всё это, будучи отрицательными факторами существования человека, как вида, включило наш механизм рождаемости на полную мощность. А так как r стратегия в своей сути предполагает рождаемость большого количества активных особей к тому же небольших по размеру, то маленький рост людей в средние века и соответствует нашему предположению о том, что стратегии выживания работают не только у животных, но и у человека.