чертовски тщеславной, зная, что он – только мой.
Грубые руки хватают меня за бедра, двигая вверх-вниз в нужном темпе.
Мое тело напряжено на грани очередного оргазма, и отсутствие контроля над чем бы то ни было и расстраивает, и освобождает.
– Ви, у тебя так хорошо получается. Так хорошо.
Я абсолютно ничего не делаю, но постоянная похвала, как всегда, оказывает свое влияние, и от хриплой страсти в его голосе все мое тело горит.
– Да. – Его грудь прижимается к моей. – Пожалуйста, кончи на мне.
Мозолистые кончики пальцев скользят по нежной коже моего горла, ладонь охватывает его, душа меня.
Он покачивает меня еще несколько раз, властно придерживая второй рукой за талию, и сочетание его идеального размера и постоянных комплиментов вызывает желание его обнять. Я пытаюсь высвободить руки, мне нужно за что-то ухватиться, но бесполезно. Я снова кончаю.
Когда мои крики эхом разносятся по машине, живот Зандерса напрягается, его толчки становятся все более резкими. Мужчина издает глубокий стон, за которым следует хриплый рык, когда он изливается в меня, притягивая мои губы к своим.
– Твое тело – мое самое любимое на этой планете. – Он делает глубокий вдох.
– А твоя рука у меня на шее как ожерелье – мое любимое украшение.
Он слегка приоткрывает рот.
– Господи Иисусе, я одержим тобой. – Его карие глаза горят восхищением.
Приподняв меня под коленки, он выскальзывает из меня, сперма стекает по моему бедру. Зандерс пристально следит за тем, как она стекает по моей ноге.
– Стиви, детка, ты – моя личная версия рая.
33. Стиви
– Рай, пошли! Я умираю с голоду.
Утреннее солнце припекает, согревая квартиру брата; я жду его на диване.
– Мне нужно еще несколько минут. – Райан появляется из своей комнаты. Он без рубашки, с пакетом льда, прижатым к плечу. – Мне нужно еще минут пять.
– Как плечо?
– Паршиво. Вчера в меня врезался центровой «Юты».
– Что ж, хорошо, что у тебя есть выходные, чтобы отдохнуть.
– Наконец-то проведу хоть немного времени с сестрой. – Он садится на диван напротив меня. – Мне кажется, что теперь, когда мы живем в одной квартире, мы видимся еще реже, чем когда ты жила в Северной Каролине. – Он одаривает меня одной из своих рассеянных, грустных полуулыбок.
– Я тоже скучаю по тебе, Райан.
– Могу я тебя кое о чем спросить?
– Конечно.
– Ты можешь рассказать мне, что там за история с Бреттом?
Это заставляет меня сделать паузу, мой желудок слегка сжимается.
– Мы расстались. Вот и вся история.
– Зандерс нарисовал мне совсем другую картину.
Черт. Зи ведь не стал делиться всеми грязными подробностями, которые я хотела сохранить в тайне?
– Что он тебе сказал? – осторожно спрашиваю я.
– Ничего, кроме того, что он не хочет, чтобы я приводил к тебе Бретта. Так он просто такой странный собственник или за этим стоит что-то большее? Ты много лет говорила мне, что вы просто расстались, а теперь у меня складывается впечатление, что в этой истории есть что-то еще, и то, что я не в курсе, заставляет меня чувствовать себя по-настоящему паршивым братом.
Я отвожу от него взгляд, и мои щеки заливает румянец.
– Это неловко, тем более что он твой друг. Ты так занят баскетболом и своей карьерой, что я не хочу ставить тебя в затруднительное положение и усложнять твою жизнь.
– Ви, ты надо мной издеваешься? Я никогда не бываю слишком занят для тебя. Ты – самый важный человек в моей жизни. Ты мой лучший друг, и если ты думаешь, что я буду выгораживать Бретта, ты, черт возьми, не в своем уме. – Подняв ногу, он толкает меня в колено. – Пожалуйста, расскажи мне, что случилось.
Я усаживаюсь по-турецки и пытаюсь потянуться за золотым кольцом на большом пальце – моя нервная привычка. Но в данный момент кольцо находится на мизинце Зандерса, поэтому вместо этого я нервно тереблю завязки надетой на мне толстовки моего парня.
– Ты знаешь, что мы с Бреттом расставались бесчисленное количество раз за те три года, что были вместе?
– Что? – хмурит брови Райан.
– Расставались. То есть он со мной расставался. Расставался больше раз, чем я могу сосчитать, потому что у него постоянно появлялись другие девушки, которых он хотел. Потом, когда ему становилось скучно или, я не знаю, одиноко, он приползал обратно ко мне, и моя постоянная потребность быть для него достаточно хорошей подрывала мою уверенность в себе так, что ты не поверишь. Дошло до того, что я чувствовала себя настолько дерьмово, что была благодарна ему каждый раз, когда он хотел, чтобы я вернулась. Благодарна, Райан.
Веснушчатое лицо близнеца покраснело от гнева.
– Почему ты мне не сказала?
Я отвожу от него взгляд, продолжая теребить шнурок толстовки Зандерса.
– Я думаю, что в первый раз, когда это случилось, я просто очень растерялась. Мы втроем были такими хорошими друзьями, и я наконец почувствовала, что у меня есть место в колледже. Я не хотела все испортить. Потом, когда он начал уходить и возвращаться, я не хотела, чтобы ты узнал, потому что понимала, что ты вычеркнешь его из нашей жизни, а я, черт возьми, я все еще хотела быть с ним.
– Да, черт возьми, я бы вычеркнул его из нашей жизни! – Райан подается вперед, повышая голос. – Именно это я и собираюсь сделать прямо сейчас. Черт, Ви. Ты должна была мне сказать. Я должен был тебя поддержать. К черту этого парня.
Он встает с дивана и начинает расхаживать по гостиной.
– Я делил комнату с этим ублюдком во время каждой поездки в колледж. Он смотрел мне в глаза и говорил, что любит тебя, а сам в это время тебя обманывал. Я ему доверял. И теперь он использует меня. Он думает, что я помогу ему устроиться на работу в этом городе? – У него вырывается снисходительный смешок. – Чертовски удачный шанс.
– Что ж, если это поможет тебе почувствовать себя лучше, я думаю, Зандерс уже об этом позаботился.
Райан поворачивается и внимательно смотрит мне в лицо.
– Хорошо. – Он делает глубокий вдох, откидываясь на спинку дивана. – Есть что-нибудь еще? Рассказывай все, потому что я разрываю отношения с этим куском дерьма.
Закусив губу, я поначалу не решаюсь выложить все, но полная и безоговорочная честность чертовски приятна. Зандерс с самого начала был прав.
– Это случилось во время одной игры ближе к концу твоего выпускного года. Я ждала тебя у черного входа в раздевалку, но я не знала, что ты остался на площадке и давал интервью. Это был день, когда Бретт получил приглашение в тренировочный лагерь.
Райан кивает, похоже, припоминая игру, о которой я говорю.
– Это был последний день, когда я с ним общалась, потому что именно в этот день все встало на свои места. Он сказал парням, цитирую: «Знаете, какие женщины вот-вот на меня набросятся? Думаете, я собираюсь остаться
