— Проснись, Рэйчел! — Раздался шелест открываемых штор и резкий стрекот крыльев Дженкса. — Маршал пришел.
— Чего?
Я подняла голову, щурясь на внезапный свет сквозь собственные волосы.
А, ведь были шаги в коридоре. Я повернулась посмотреть на часы — десять минут второго. Не так чтобы много поспала.
В витражах ярко сияло солнце, и было холодно. Рекс свернулась в ногах теплой лужицей. У меня на глазах она развернулась, потянулась, уставилась со жгучим интересом на Дженкса, стоящего сейчас у меня на комоде рядом с игрушечным мягким жирафом.
— Маршал пришел, — повторил он с озабоченным лицом. — Принес завтрак. Ну, пончики, помнишь?
Я приподнялась на локте и попыталась сообразить, что происходит.
— А, да. А где Айви?
— Поехала прицениться к новому холодильнику. — Крылья завертелись, и Дженкс взлетел, отразившись в зеркале второй сияющей черточкой. — Утром торчала у Кормеля, но заехала потом принять душ перед уходом. Еще просила тебе сказать, что раз ты сегодня не в безвременье, она на шесть договорилась насчет встречи со Стриж.
Шесть? После заката. Отлично. Я хотела позавтракать сегодня с мамой и с Робби, но это можно отложить.
— Я слышала, как она приходила, — сказала я и села, тупо глядя опять на часы. Мне не нравилось, что Айви была у Ринна Кормеля, красивого монстра, но что я могу тут сказать? И почему у меня во рту вкус яблок? Перегнувшись вперед, я подтащила Рекс к себе поближе, потискать в знак приветствия. Теперь, когда эта кошка позволяет мне себя трогать, она мне куда больше нравится.
— Вставать собираешься? — спросил Дженкс, и стрекот крыльев стал похож на царапанье ногтей по грифельной доске. — Маршал в кухне.
Пончики. И еще запах кофе.
— Я же даже не одета, — пожаловалась я, отпуская Рекс и сбрасывая ноги на пол. — Черт-те на что похожа.
Слава богу, сейчас день, а то Ал мог бы появиться и этого тоже прихватить с собой.
Пикси сложил руки на груди, стоя рядом с жирафом и глядя на меня сверху вниз.
— Он тебя и в худших видах видал. Как в тот раз, когда ты на снегоходе в елки въехала. Или когда он брал тебя на подледный лов и у тебя рыбьи кишки на волосах оказались.
— Заткнись! — Я встала, Рекс спрыгнула на пол, подошла к двери и стала ждать. — И перестань меня с ним клеить, — добавила я, уже совсем проснувшись и разозлясь. — Я знаю, это ты его просил прийти.
Дженкс смущенно дернул плечом:
— Я хочу тебе счастья. У тебя его нет. Вы с Маршалом отлично проводите вместе время, а Пирс опасен.
— Меня Пирс не интересует! — бросила я на Дженкса сердитый взгляд, засовывая руки в рукава синего халата и завязывая потуже пояс.
— Тогда какого черта ты носом землю роешь, чтобы его спасти? — спросил он, пытаясь принять суровый вид, но рядом стоял и скалил зубы игрушечный жираф, и суровый вид не получился. — Если бы не он, ты бы вчера вечером себя до такого не довела.
— Вчера вечером я пыталась прекратить злоупотребления Ала своим правом проверять меня и привлекать других, — сказала я возмущенно. — То, что при этом я могла освободить Пирса, тоже не мелочь, но неужто ты вправду думаешь, будто я спасаю только тех, с кем хочу залезть под одеяло? Не то чтобы я рвусь под одеяло с Пирсом, — уточнила я, когда Дженкс многозначительно поднял палец. — Я ведь Трента тоже спасала?
— Было дело. — Дженкс опустил руку. — Этого я тоже не могу попять.
Рекс привстала на задние лапы и потянулась к дверной ручке, а я пошла к комоду взять себе белье.
— Потерпи, Рекс, — сказала я ласково, зная, как она себя сейчас чувствует. Мне тоже надо было выйти.
— Рейч, даже если ты действительно ему поможешь, я все равно ему не доверяю. Он же призрак!
Я подняла брови. Так вот почему он вдруг проникся таким восторженным отношением к Маршалу — решил, что из этих двоих Маршал безопаснее. Я с грохотом задвинула ящик, и Дженкс взлетел в вихре света.
— Да что ты пристал как репей! — рявкнула я. — Я в Пирса не влюблена. — Во всяком случае, настолько, чтобы по этому поводу что-то делать. — Если я не заставлю Ала относиться ко мне с уважением, то все вокруг меня будут в опасности. Доходит? Вот почему я это делаю, а не потому, что мне нужен кавалер.
Дженкс загудел крыльями.
— Я тебя знаю, — сказал он жестко. — Для тебя там счастливого конца нет. Ты сама себя разрушаешь, гоняясь за тем, чего не можешь иметь.
Сама себя разрушаю? Он что, меня не слушает вообще? Держа в руках черные носки, я посмотрела на Дженкса — мы оказались глаза в глаза.
— Слишком много смотришь ток-шоу по телевизору, — ответила я и задвинула ящик. С силой.
Дженкс ничего не сказал, но я, снимая с вешалки пару джинсов, никак не могла отделаться от его замечания. Миа говорила, что я бегу, боясь поверить, что кто-то может выжить, будучи со мной, что я предпочитаю быть наедине со своими страхами. Она сказала, что я, даже живя с Айви и Дженксом, все равно одинока. В расстройстве чувств я смотрела на свитера, сложенные на подвесную полку (ее купила мне Айви), и не видела их.
— Не хочу я быть одна, — прошептала я, и вдруг Дженкс оказался у моего плеча.
— Ты не одна, — сказал он очень заботливо. — Но тебе нужен кто-то еще, кроме меня и Айви. Дай Маршалу шанс.
— Тут же не выбор между Маршалом и Пирсом, — возразила я, вытаскивая черный свитер. Но мысли все время возвращались к тому моменту, когда Дженкс орал на Айви, чтобы подняла меня, потому что он слишком мал для этого. Айви не могла ко мне притронуться или показать, что любит меня, чтобы тут же не выскочила эта проклятая жажда крови. У меня есть друзья, которые за меня рискнут жизнью, но я все равно одна. Я одна с самой смерти Кистена, пусть даже мы с Маршалом вместе развлекаемся. Всегда одна, всегда отдельно — я устала уже. Я люблю быть с кем-то, люблю близость, разделенную на двоих, и не должна чувствовать себя слабой из-за того, что ищу ее. Я не сделаю так, чтобы слова Миа оказались правдой. Засунув одежду под мышку, я слабо улыбнулась Дженксу:
— Я поняла, что ты сказал.
Дженкс поднялся в воздух и полетел за мной.
— Так ты дашь Маршалу шанс?
Я знала: его терзает факт, что он слишком мал и не может мне помочь.
— Дженкс, — сказала я, и его крылья остановили вращение. — Я ценю, что ты делаешь, но все у меня хорошо. Я уже двадцать шесть лет сама поднимаю себя с пола. И отлично это умею. Если нам с Маршалом менять положение вещей, я бы хотела, чтобы для того была реальная причина, а не просто что мы оба одиноки.
Дженкс опустил крылья:
— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Рейч.
Я посмотрела на Рекс, изогнувшуюся почти пополам под дверной ручкой.
