оранжевого, осветил небосклон райского места, в которое я попала через ворота этой старинной крепости.
Выходит, я спала не так уж долго, как хотелось бы, и чувствую себя тем не менее живой. А проснулась волшебным образом вовремя, как раз, чтобы застать этот удивительный рассвет. Неужели Феликс постарался? Ну что ж, спасибо! Доброго утра красочнее я прежде не знала.
…Через час я передумала, а мой восторг от начала дня стал медленно, но верно испаряться. И вид из окна перестал захватывать, и комната уже не такая просторная, и стены давят. Ясно сознавая причину своего недовольства, устав дожидаться появления Феликса или Гретхен, которую он мог бы за мной уже и послать, я решила, что, даже если и заблужусь в бесконечных витиеватых коридорах, меня кто-нибудь да обнаружит. И, прихватив куртку, покинула комнату в поисках приключений. Иначе зачем я встала с постели ни свет ни заря!
Однако древние стены, завешанные историческими предметами со своей специфической энергией, не располагали к одиноким прогулкам. Даже наоборот: слишком громоздко, слишком безлюдно – атмосфера какая-то мрачноватая. Хотелось поскорее выбраться наружу и вдохнуть уже свежего утреннего горного воздуха.
Благодаря себя за неплохое умение ориентироваться на малознакомой местности, довольная, я выбежала на улицу. Пушистые снежинки, словно миллионы белых мушек, кружились там в своем самобытном неповторимом танце. По привычке я высунула язык, подняв лицо, чтобы поймать одну из них.
– Что ты делаешь? – нарисовавшийся откуда ни возьмись Феликс выглядел малость изумленным.
– Ем снег, – облизнулась я, уже адаптированная к его внезапным появлениям.
– Зачем ты это делаешь?
– Это весело! – хихикнула я с искренним удивлением. – Ты не знал?
Его бровь медленно и с сомнением поползла вверх.
– Серьезно! Неужели ты никогда этого не делал?! За невообразимое количество лет ты умудрился что-то упустить! – не поверила я своему маленькому открытию.
– Не говори ерунды! Какое веселье в охоте за заледеневшими кристаллами атмосферных осадков, которые и без твоих усилий сами настигнут тебя? – надменно скривился он.
– Ой, прекращай! Не будь занудой! Не у тебя ли как раз полно времени на всякого рода глупости! Давай! Высуни свой язык!
– Я…
– Не спорь со мной! – уперев руки в боки, я наигранно нахмурила брови. – Ну же! Будет весело!
Складывая руки на груди, он посмотрел на меня свысока, однако высунул кончик языка навстречу ветру. Спустя мгновение стало заметно, как он пытается сдержать улыбку. Еще мгновение – и Феликс невольно умиляется славной шалости, такой простой и такой забавной. Я не устояла и засмеялась. А он, сообразив, что стал объектом моего веселья, вмиг собрался и прекратил.
Его возмущенный взгляд столкнулся с моим. Я задержала дыхание. Феликс замер, словно кошка перед прыжком, который избавит ее от голода. Волнение захватило меня, и я, не сдержавшись, импульсивно пустилась наутек.
Вне всякого сомнения, Феликс мог настичь меня в ту же секунду, чего он делать не стал. Он дал нам возможность выпустить немного пар и порезвиться, пробежавшись по саду. И только когда я, зацепившись о торчащий из земли корень, эффектно полетела к успевшей намокнуть от снега земле, он прибегнул к своей истинной скорости. Но вместо того, чтобы меня удержать, только смягчил удар от падения своим телом. Закрутившись, кубарем мы покатились по склону. А когда, целиком и полностью вымазанные, остановились, всем телом я оказалась прямо на нем.
Ого! В такой тесной близости мы еще не бывали!
Я замерла, уставившись в его глаза. Он ответил мне тем же.
Невзирая на мое смутное к нему отношение после вчерашних авиагонок и отсутствие внятного понимания, что делать мне дальше и как вообще себя с ним вести, мой рассудок поплыл, и момент показался мне идеально подходящим для первого поцелуя. Атмосфера, место, ясно ощутимое напряжение между нами – все соответствует! В его глазах я совершенно точно разглядела считанную им мою мысль. Он понял ее. А теперь понял и это. Все! Не думаю ничего! Чего же он медлит?!
Феликс не спешил действовать, словно испытывая меня. Стремительно момент из в высшей степени романтичного стал превращаться в возмутительно неловкий. И эта моя мысль тоже от него не ускользнула.
Скорость, с которой он оторвался от земли, увлекши меня за собой, неуловима для фокусировки человеческим взглядом. Я не успела осознать, как оба мы уже стояли на ногах. Но то, как он, отряхнув руки, двинулся вперед прогулочным шагом не оглядываясь, ясно намекнуло мне на завышенность моих ожиданий. Стараясь не впасть в отчаяние от гадкого ощущения стыда из-за, по сути, отказа в поцелуе, о котором если раньше я и не думала, то теперь мои чувства задеты и он мне просто жизненно необходим, я бесполезно отряхнулась и последовала за ним.
– Так что там произошло? – глуша на ходу свои эмоции, я догнала его, решительно настроенная хоть ответы получить на интригующие темы. – Я о нашей маленькой войнушке не на жизнь, а на смерть с Гинюки на истребителе, если ты не… Вижу, ты понял, о чем я.
Феликс сделал короткую остановку, взглянул на меня и двинулся дальше в направлении вершины бастиона.
– К твоему счастью, ты имеешь весьма ограниченное представление о том, как наш вид развлекается.
– Неужто?! Мне вполне хватает и того, что в развлечениях твоей безбашенной подружки я потеряла друзей. Ты об этом?
– Для примера сгодится, – подтвердил Феликс.
– Но разве не следует вам вести себя… э-эм… потише? Не привлекать внимание людей.
– А то что?
– Ну, они выйдут «с вилами» на вас и превратят вашу жизнь в вечные гонения?..
– Ха-ха! Вот уж точно стало бы весело, – видимо, представив такую картину, Феликс от души рассмеялся. – Лишь в редких случаях находится причина, вынуждающая нас заметать следы, – поведал он. – В остальных захватывающая и непредсказуемая охота, изощренный и зрелищный финал определяют насыщенность впечатлений от всей игры. Ну а непредвиденные трудности делают ее многогранной и только побуждают не заканчивать начатое с первого раза. К тому же дают возможность принять участие всем, а не только ведущему. Гинея, если имела бы четкую цель, легко могла разделаться с тобой вчера и без снарядов. Утратив при этом весь кайф. Она растянет игру! Вернется к ней в другой, следующий раз, подберет декорации, создаст условия. Творчески подойдет к ее развитию.
– Просто супер! Маньячка-профи нарисует мой портрет кровавыми красками на фоне множества других случайных смертей. Это ж надо было на такую «удачу» нарваться.
Он подошел к самому краю оборонного укрепления замка, взглядом приглашая и меня присоединиться.
Облокотившись на ограду, я посмотрела вниз. Высота стен бастиона с восьмиэтажный
