не ожидая таких слов и силясь понять, как теперь дальше строить разговор.
— Рью-кун, ты не сердишься? — наконец, неуверенно спросила она.
— На что? Я и раньше очень хорошо понимал, что мы не больше, чем любовники, сведенные вместе обстоятельствами, — пожал я плечами, — уж на что способна ваша печать, я насмотрелся во время работы в госпитале и понимаю, что под такой угрозой, любая разумная куноичи прыгнет в постель к любому, на кого укажут, не говоря уж о симпатичном парне.
— Мне жаловаться не на что — как парень, ты один из лучших в своем поколении, — устало вздохнула и облокотилась о стол Хьюга, — вот только с каждым годом я не молодею, мне уже двадцать три и многие подруги с Академии давно родили ребенка, что исключается в нашем случае, сам понимаешь.
На ее слова я только покивал — может быть глава и старейшины Хьюга обеими руками «за» и согласны на беременность кланового отброса со слабым бьякуганом от меня, вот только отдавать своих детей в чужой клан я не согласен, как и позволять им лепить на лоб рабскую печать, а отдать потенциальных носителей гена не будут согласны уже они, каков бы не имелся шанс полного вырождения кеккей генкая у следующего поколения, при одном дефективном родителе. Отсюда и нулевые шансы зачать ребенка для сенсея, в отличие от Кейко, что она отлично понимает.
— И ты уже согласовала наш разрыв с главой клана? — решил уточнить у девушки, задавив на корню свою уязвленную гордость.
В конце концов, кто я такой, чтобы лишать девушку шанса на свой кусочек семейного счастья, когда у самого уже есть жена с одной очаровательной малявкой и в начале следующего года должна родить Кейко.
— Уже давно и даже получила согласие старейшин на ослабление печати, хотя эти старые ублюдки пили мне кровь почти два месяца, — немного оживилась подруга.
Угх, выпрашивать разрешение на возможность завести ребенка… Меня замутило от одной только возможности такого, а для побочной ветви обладателей бьякугана это — норма. Мне их жаль.
— А что насчет будущего отца? — не удержался от ковыряния раны в угоду любопытству.
В конце концов, должен же я убедиться, что у Канаде все будет хорошо?
— Предварительное согласие получено и он мне сам нравится, хотя до любви далеко, — немного смутилась девушка, — но венчание в храме только после решения нашего вопроса.
— Тогда желаю тебе счастья и благополучия, — сдержал я выползавшую на лицо недовольную гримасу и просто от души поздравил девушку.
— Спасибо, Рью, это очень много для меня значит, — расплылась в счастливой улыбке Хьюга, подскочив и обойдя стол, наклонилась, чтобы обнять меня.
— И как же я без этой идеальной груди буду жить дальше, — печально вздохнул, утыкаясь лицом в упомянутые богатства, едва сдерживаемые жилетом, — а уж если вспомнить, каких усилий их стоило вырастить…
— Паршивец, это все гены, доставшиеся от матери и твои ручки тут точно не при чем, — шутливо возмутилась куноичи, отпуская меня и подмигивая, — а захочешь, вырастишь такие же любой из своих женщин.
— Еще как причем — если бы не регулярные массажи, они бы такие здоровые не выросли, — так же улыбаясь, возразил я и уверенно заявил, — каждая женская грудь уникальна и ее можно только увеличить, но не поменять форму, так что не искушай.
— Это уж тебе лучше знать, покоритель женских сердец, — коротко рассмеялась Хьюга, потрепав меня по голове и немного посерьезнела, отвесив полноценный уважительный поклон, — не буду больше тебя отвлекать от работы, Рью-кун, спасибо.
— Подожди, должен же я вручить тебе подарок на свадьбу, — пробурчал, пока не убежала.
Поискав в ящиках ближнего шкафа, я достал сверток набора печатей на все случаи жизни, типа того, что вручал Чифую.
— Не стоит, ты и так много для меня сделал, — замахала руками куноичи.
Как и ожидалось от щедрого любовника, я не только тратил на нее деньги, но помогал в тренировках и по основному роду деятельности, проведя модификации тела и снабжая базовыми наборами фуин, так что она права, но это не повод быть скупердяем по отношению к красивой девушке, пусть она от тебя и уходит к другому.
Всучив сверток ей в руки, я поддался импульсу и сграбастал ее в объятья, подарив прощальный поцелуй.
— По крайней мере, я знаю, что этот Хьюга со мной в постели никогда не сравнится, — прошептал ей на ушко, отпуская.
— Дурак, — подруга недовольно стукнула меня кулачком по груди, нахмурив брови, но очень скоро сменила гнев на милость, — спасибо за подарок.
— И Канаде-чан, советую все провернуть в ближайшие пару-тройку дней, — внезапно посерьезнел я, держа за плечи и смотря ей прямо в глаза, — пусть твой избранник как следует потрудится, чтобы обратной дороги не было, иначе, потом будет поздно — скоро ситуация изменится и всем будет наплевать на твои желания и мнение уже использованного инструмента никто не спросит, когда он вновь окажется востребованным.
То, что от меня уходит девушка — вовсе не повод быть козлом, не предупредив о скорых изменениях, что перечеркнут все ее намеченные планы на скорое семейное счастье.
— Эта касается тебя? — мигом просекла фишку куноичи, встревоженно закусив губу.
— Извини, но новости ты узнаешь вместе со всеми, — покачал я головой, — а это был просто дружеский совет, способный здорово облегчить тебе жизнь.
— Я… последую ему, — глубоко вздохнула девушка и коротко стиснув меня в объятьях, вылетела из комнаты.
Проводив ее взглядом, я вернулся за стол и посмотрев на отложенные принадлежности для письма, скривился — все настроение работать пропало. Прошедший разговор оставил после себя странные ощущения. Вроде бы, все было ясно с самого начала, а вот расставание почему-то царапает душу. За пару лет, я привык и привязался к Канаде, отпускать ее оказалось очень тяжело, как бы я не пытался строить безразличную мину.
Мда, красавицы — моя слабая точка, особенно, хорошо знакомые женщины, чем Хьюга и воспользовались, толкая сенсея в мою постель. Единственное утешение — представлять физиономию главы глазастиков, когда окажется, что агента влияния убрали от меня слишком рано и исправить что-то уже не получится, а Канаде будет мне здорово должна за предупреждение. А что обладателям бьякугана очень даже пригодятся услуги ирьенина моего уровня, так это даже не обсуждается — когда Хиши-сана отправили в отставку с молчаливого одобрения клана, старик разосрался со всей верхушкой в пух и прах, после чего заявил, что раз он слишком старый для работы в госпитале, то и оказывать услуги никому не будет, пусть хоть наизнанку вывернутся. А так как родни в живых у него не осталось, то надавить никоим образом не получится, в том числе и физически — ищите дурака связываться!
Скандал произошел около квартиры ирьенина в центре деревни, так что быстро стал
