Как оказалось, Сандра мало что могла рассказать о своём старшем товарище, поскольку была знакома с ним недолго. Виштванатан Сиддх был переведён на Лемос лишь два месяца назад, а до того он семь лет прослужил на Основе, где и получил звание командора-лейтенанта. Поговаривали, что в скором времени его должны назначить новым прецептором лемосского командорства на смену отцу Сандры, которому прочат место в Высшем Совете ордена. Сама девушка не знала наверняка, правда это или досужие вымыслы. Отец не подтверждал этих слухов, но и не опровергал их, из чего Сандра делала вывод, что вопрос о его новом назначении всё же рассматривается, однако окончательное решение ещё не принято.
„Если это действительно так,” — мысленно обратился я к жене, — „то Сиддх надёжный человек. Не думаю, что в Инквизиции принято ставить во главе командорств непроверенных людей.”
Инна ничего не ответила, но я явственно чувствовал её облегчение. Она тоже не хотела, чтобы Сиддх оказался врагом.
На вопрос Штепана, как получилось, что командор Торричелли послал за нами именно Сиддха, Сандра ответила, что тот сам вызвался, и у отца не было никаких причин отклонять его кандидатуру. А если принять во внимание разговоры о скорой смене прецептора, то желание Сиддха на месте ознакомиться с обстановкой на одной из самых критических Граней, было вполне естественным.
А эта часть рассказа Сандры, наоборот, насторожила меня. Конечно, всё могло быть и так, как она говорила, у Сиддха действительно были основания стремиться побывать на Агрисе, но... В эту схему никак не укладывалось наше путешествие в Вечный Город. Коль скоро Сиддх готовился принять бразды правления командорством в свои руки, то ему следовало бы оставаться там и продолжать знакомство с текущими делами, а не тащиться с черепашьей скоростью через дикие Грани, сопровождая в столицу двух супермагов-неумёх. Ему ведь ничто не мешало доставить нас на Лемос и там передать другому сопровождающему. Сделав такой крюк, мы потеряли бы от силы пять-шесть дней, а это сущие пустяки при наших-то темпах передвижения. Не думаю, что регент был бы сильно рассержен.
Я в очень осторожной и обтекаемой форме изложил Сандре свои соображения. Она утвердительно кивнула:
— Да, действительно, отец предлагал послать нам вслед человека, который заменит господина Сиддха. Он был согласен и на то, чтобы мы завернули по пути в командорство. Но господин Сиддх отказался и решил сам сопровождать вас.
«И в итоге бросил нас посреди необитаемого района, а сам где-то исчез», — мрачно подумал я. Теперь среди нас только один человек умеет путешествовать по Граням — Сандра; да и то она, по её же собственному признанию, ещё плохо ориентируется на Трактовой Равнине. Вдали от знакомых ей ориентиров мы можем годами блуждать по этой пустыне, как народ Израиля под предводительством Моисея...
— Ну что же, — отозвалась Инна. — Я думаю, Сандра, тебе следует связаться с отцом и рассказать ему, что у нас произошло. Дальше ждать бессмысленно.
Девушка вздохнула:
— Наверное, ты права. Я бы ещё утром сообщила отцу, но... мне казалось, что пока мы не делаем из этого большой проблемы, всё ещё может уладиться само собой, а так... Ну, надеюсь, вы понимаете...
— Мы понимаем тебя, — мягко произнёс я. — Мы чувствуем то же самое. Это нормально. Когда обращаешься к кому-то за помощью или советом, то тем самым признаёшь своё бессилие перед возникшей проблемой. Но ведь мы действительно ничего не можем сделать.
Сандра снова вздохнула и поднялась.
— И вот ещё что, — добавила Инна. — Мы с Владиславом хотели бы участвовать в вашем разговоре.
— Нет проблем, — сказала она. — Я и сама собиралась это предложить. Подождите немного, сейчас я всё подготовлю и проверю, на месте ли отец.
Сандра сходила к фургону и принесла свою шкатулку с магическими инструментами. Усевшись на траву между мной и Инной, она поставила шкатулку перед собой и подняла крышку, в которую с внутренней стороны было вставлено прямоугольное зеркало размером примерно десять на пятнадцать сантиметров. Зафиксировав крышку в таком положении, чтобы видеть своё отражение в зеркале, Сандра прикоснулась большими и указательными пальцами обеих рук к его углам и, закрыв глаза, сосредоточилась.
Так прошло две или три минуты. Инна внимательно следила за всеми манипуляциями девушки; я же просто ждал результата. За прошедшие две недели Сандра трижды устанавливала визуальную связь с отцом, все три раза я присутствовал при этом и уже успел убедиться, что в ближайшее время нам не грозит овладеть техникой магической связи между разными Гранями. Поэтому я не стал зря напрягаться, тщетно пытаясь разобраться в действиях Сандры, а решил поберечь свои силы и нервы для чего-то более стоящего.
Когда Сандра отняла руки от зеркала, оно уже не отражало находящиеся перед ним предметы; вся его поверхность светилась слабым голубоватым светом, едва заметно пульсируя. Девушка снова отрегулировала положение крышки и повернулась ко мне.
— Сейчас отец освободится, — сказала она. — Я предупредила его, что у нас неприятности.
Обещанное Сандрой «сейчас» наступило лишь минут через пять. Пока мы ждали ответа, я думал о наших с Инной родителях. Сиддх уверял, что его знакомый уже передал им от нас весточку, а при первом же удобном случае обещал устроить нам встречу в «прямом эфире» — по каналу визуальной связи. Но инквизитор исчез, и у меня мгновенно зародились подозрения, что никакой весточки его знакомый не передавал и вообще накакого знакомого он об этой услуге не просил. Теперь придётся просить о том же отца Сандры. Хоть бы у него нашлись на Основе знакомые...
Наконец зеркало перестало светиться и потемнело, как небо перед грозой. Это свидетельствовало о том, что на другом конце провода кто-то подключился, но ещё не полностью установил связь. Мы с Инной придвинулись ближе к Сандре, чтобы всем вместе попасть в поле зрения нашего собеседника.
Рассудив, что и Штепану не помешает поучаствовать в нашем разговоре, я жестом пригласил его подойти и сесть рядом со мной. Барон пожал плечами с таким видом, будто хотел отказаться, но затем всё же подчинился. Леопольд, не ожидая специального приглашения, залез на колени к Инне.
Между тем зеркало вновь посветлело, и в нём появилось чёрно-белое изображение мужчины с густыми тёмными волосами и немного продолговатым чисто выбритым лицом. Как и в трёх предыдущих случаях, качество «картинки» было невысоким, где-то на уровне старинного CGA-монитора16, поэтому судить о возрасте собеседника по одному лишь изображению было затруднительно. Но от Сандры я знал, что в позапрошлом году её отцу исполнилось пятьдесят лет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
