В сентябре «Красина» радостно встречали в Ленинграде, а 8 октября вся его команда посетила торжественное заседание в московском Большом театре, где их чествовало высшее руководство страны. Только что учрежденный орден Трудового Красного Знамени получили Самойлович, капитан Эгги, его старший помощник П. А. Пономарев, а также сам ледокол, что было первым случаем в мировой практике. О спасении экспедиции Нобиле написали, наверное, все газеты мира, в связи с чем вспоминали и о покойном Красине. Конечно, враги СССР тут же приплели к делу его подлинные и мнимые конфликты с большевистскими лидерами, а также «украденные» им миллионы. Но общий тон высказываний был все же другим, и его хорошо выразила британская «Дейли геральд»: «Успех корабля, названного именем покойного м-ра Красина, показывает, что его усилия не пропали зря: Советская Россия, которой он служил, заметно усилилась всего за несколько лет».
Ледовый поход «Красина» стал началом бурного освоения арктических районов СССР, где подлинные технические успехи соединялись с пропагандистскими кампаниями, следующими одна за другой. Ставший легендарным корабль принял в этом освоении самое активное участие. В 1932 году он под командованием ставшего капитаном Пономарева освободил другой ледокол, застрявший во льдах у острова Вайгач, а в 1933-м впервые в истории провел суда из Архангельска в устье Лены. Не успев подготовиться к следующей навигации, он в начале следующего года двинулся на спасение команды затонувшего в Чукотском море парохода «Челюскин». В этой экспедиции его имя не прогремело — людей спасли летчики, а «Красин» был переведен во Владивосток и до 1941 года водил суда на Тихом океане. С началом войны его перевели в Архангельск для сопровождения знаменитых северных конвоев. Только чудом тихоходный ледокол избежал атак немецких кораблей и самолетов, а после Победы продолжил свою мирную службу. Его привычный северянам облик сильно изменился в 50-х годах, когда он прошел модернизацию на верфях ГДР — среди прочего, его перевели с угля на жидкое топливо, что сделало ненужной многочисленную команду кочегаров.
Про ледовую эпопею «Красина» вспомнили в 1969 году, когда на экраны вышел советско-итальянский фильм «Красная палатка» режиссера Михаила Калатозова. Про самого Леонида Борисовича в кадре не вспоминали, но его имя снова прозвучало на весь мир в обрамлении таких звезд, как Шон Коннери, Клаудиа Кардинале и Юрий Визбор, под замечательную музыку Эннио Морриконе (в титрах приписанную почему-то А. Зацепину). Широкий прокат фильма почти совпал во времени с изданием романа Василия Аксенова, показав вместе с ним, что Красин — и ледокол, и человек — по-прежнему созвучен времени, что он гармонирует с романтикой шестидесятых.
В 1976 году имя Красина получил новый современный ледокол, построенный по советскому заказу в Финляндии, а ветерана переименовали в «Леонид Красин». Другой корабль давно списали бы на лом, но этот был слишком знаменит: в конце 80-х, когда он уже не мог ходить в рейсы, его решили превратить в музей. Ледокол вернулся в Ленинград и стал на вечную стоянку на набережной Лейтенанта Шмидта. В 1995 году он был открыт для посещения; там почти ежедневно проводятся экскурсии для желающих узнать больше о ледоколах, морских плаваниях, освоении Севера. Одна из витрин музея посвящена человеку, давшему кораблю имя, но большинство посетителей проходят мимо нее, предпочитая морскую романтику.
Если набрать сегодня в Интернете слово «Красин», то большинство ссылок будет посвящено именно ледоколу, некоторые — разным людям с этой фамилией и лишь примерно треть — тому Леониду Красину, которого сто лет знали не только в СССР, но и во всем мире. Льды времени давно уже пытаются сковать его так же, как льды Арктики его железного тезку. Сначала об этом заботились партийные историки, то вовсе не упоминая Красина, то исподволь рисуя его соглашателем и дельцом от революции. Потом, в финале советской эпохи, на него набросились разоблачители из желтой прессы, превратившие его то ли в обычного уголовника, то ли в Джеймса Бонда своего времени. Но это хотя бы привлекало интерес, а сегодня Красин вместе со многими героями нашей истории рискует погрузиться в трясину забвения, что по меньшей мере несправедливо.
В какой-то мере эту несправедливость удалось исправить летом 2020 года, когда в России, несмотря на пандемию коронавируса, прошли мероприятия, посвященные 150-летию Красина. Главные из них состоялись в Санкт-Петербурге, куда прибыли потомки Красина из России и Франции, ученые, дипломаты, музейные работники. На борту знаменитого ледокола 15 июля прошла пресс-конференция под названием «Инженер, революционер, дипломат», участники которой поведали о разных сторонах многогранной деятельности юбиляра. Представители МИДа говорили о его роли в международном признании Советской России и установлении экономических связей с зарубежными странами. Посланцы питерского завода «Электросила», бывшего «Сименс-Шуккерта», — о его работе по электрификации города и всей страны. Заслуженный художник Российской Федерации Алексей Архипов на пресс-конференции представил проект памятника Красину, который планируется установить на набережной Лейтенанта Шмидта.
Конечно, этот скромный «информационный прорыв» сам по себе не вернет нашему герою ту известность, которой он достоин. Наверное, он, как человек умный и не слишком озабоченный посмертной славой, предвидел такую возможность, но утешал себя тем, что его усилия превратятся «в пароходы (или ледоколы), в строчки и в другие долгие дела». Так в общем-то и случилось: трудами Красина и людей его поколения была построена огромная советская империя. Хотя сами они могли считать, что строят нечто другое — всемирную коммуну, например. Или красинскую мечту — страну, где «люди могли бы свободно делать свое дело без окрика сверху». В такой стране хочется жить и нам, а это значит, что Леонид Красин остается героем не только своего, но и нашего времени.
Библиография
Архивные фонды
ГАРФ
Ф. 102. Оп. 1 (Департамент полиции).
Ф. 1463. Оп. 1. Д. 949 (фото семьи Красина).
Ф. 1463. Оп. 1. Д. 1208 (фото Красина и членов его семьи).
Ф. Р-3316. Оп. 32 (ЦИК СССР).
Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 658 (книга Г. Соломона о Красине).
РГАЛИ
Ф. 2004. Оп. 1 (личный фонд Б. Б. Красина).
Ф. 1337. Оп. 5. Д. 32 (воспоминания В. Б. Окса).
РГАСПИ
Ф. 2. Оп. 2 (рукописи В. И. Ленина).
Ф. 5. Оп. 1 (секретариат В. И. Ленина).
Ф. 91. Оп. 1. Д. 268 (воспоминания П. Козьмина о Красине).
Ф. 124. Оп. 1. Д. 966 (личное дело Красина).
Ф. 124. Оп. 3. Д. 5 (старые большевики о Красине).
Ф. 137. Оп. 1. Д. 1–42 (личный фонд Л. Б. Красина).
РГАЭ
Ф. 78. Оп 1 (личный фонд Г. Б. Красина).
Ф. 413. Оп. 2 (НКВТ).
ЦГИА Санкт-Петербурга.
Ф. 1352. Оп. 3 (компания «Сименс-Шуккерт»).
Документы и материалы
Владимир Ильич Ленин. Биографическая хроника. Т. 1–12. М., 1970–1982.
Второй съезд РСДРП. Протоколы. М., 1959.
Двенадцатый съезд РКП(б). Стенографический отчет. М., 1968.
Документы внешней политики СССР. Т. 1–10. М., 1959–1965.
Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 1–55. М., 1958–1965.
Третий съезд РСДРП. Протоколы. М., 1959.
Тринадцатая конференция РКП(б). Бюллетень. М., 1924.
Тринадцатый съезд РКП(б). Стенографический отчет. М., 1963.
Четвертый (Объединительный) съезд РСДРП. Протоколы. М., 1959.
Сочинения Л. Б. Красина
Красин Л. Б. Ближайшие перспективы русского экспорта. М., 1923.
Красин Л. Б. Большевики в подполье / Переработал П. В. Посвянский. М., 1932.
Красин Л. Б. Владимир Ильич и внешняя торговля // Золотарев А. О. Признание де-юре и задачи внешней политики. Харьков, 1924.
Красин Л. Б. Внешняя торговля Союза ССР. М., 1924.
