в его память, свидетельствует о расположении к великому монарху.
Свобода светской жизни была встречена радостно молодежью, особенно женской, и это обстоятельство, вероятно, в известной мере также содействовало сохранению хорошей памяти о Преобразователе.
Замечательно, что первое осуждение Петра раздалось не в России. О. Ф. Миллер в своей речи «об отношении русской литературы к Петру Великому» выдает за положительное, что протест Петровым реформам начался на западе, во французской литературе. Ж. Ж. Руссо в своем «общественном договоре» первый разгласил, что у Петра был «только подражательный гений», что он «помешал своим подданным когда-либо сделаться тем, чем бы они могли сделаться, уверил их, будто бы они то, чем они не могут быть».
При жизни Петра его реформы отстаивались целым рядом панегиристов. После же смерти на защиту его дел выступили Ломоносов, Голиков и многие другие, которые до небес возносили его деяния, самого его величали посланником неба, село Коломенское называли вторым Вифлеемом и т. п. «Бессмертный стихотворцев глас» воскрешает «дела давно минувших дней» и свидетельствует о «сердечных движениях», сопровождающих воспоминания об исторических событиях и лицах. Поэтов, восторженно настраивавших свои лиры при имени Петра, много, и неудивительно. Указанная преданность Петра своей идее, совершенно исключительное его трудолюбие и разносторонность — должны подкупать. «Едва ли во всемирной истории есть другой пример такого решительного, неуклонного преобладания одного нравственного интереса — общего блага своей родины».
Вечная память великому Труженику! Пусть русский народ, по принятому обычаю,
«Своих Царей великих поминает
За их труды, за славу и добро,
А за грехи, за темные деянья
Спасителя смиренно умоляет».
Памятник Петру I
X. Шведская Финляндия с 1721 по 1741 г.
Мир был заключен. Русским надлежало очистить Финляндию. По их следам вошли прежние власти. Остается бросить взгляд. на деятельность этих властей и шведского правительства, ибо не прошло и четверти века, как русским вновь пришлось воевать в Финляндии и временно править ею.
При известии о смерти Карла XII, сторонники свободного государственного устройства поспешили воспользоваться обстоятельствами для упразднения абсолютного управления, развивавшегося в Швеции с 1680 г. Они предложили корону младшей сестре Карла XII Ульрике Элеоноре, которая незадолго перед тем вышла замуж за наследного принца Гессенского Фридриха. — От Ульрики Элеоноры потребовали, чтобы она объявила наследственность шведского престола прекратившейся и затем подписала Форму Правления. Иначе говоря, она должна была отвергнуть единодержавие и, по получении короны по выбору от сословий, значительно ограничить свою власть. Она, хотя и против своей воли, согласилась на эти условия и избрание ее состоялось 23 января 1719 г. Так началась для Швеции «эпоха свободы». Через год Ульрика Элеонора отказалась от власти в пользу своего супруга, торжественное признание которого королем состоялось 20 марта 1720 г. При нем королевскую власть Швеции совершенно урезали. Произведено это было частью введением новой Формы Правления 1723 г., частью благодаря его личной слабости и нерешительности. Король лишен был права без государственного совета назначать на военные и гражданские должности, он не мог расквартировывать полков по своему усмотрению, он был стеснен в управлении финансами и т. п. Король во всем вынужден был следовать мнению большинства государственного совета, в котором он пользовался только двумя голосами; исполнительные действия короля состояли под наблюдением риксдага.
Король не подписал некоторых постановлений совета; сословия решили, что при повторении таких случаев постановления совета получат силу без королевской подписи. Словом, король сделался носителем почетного титула, без каких-либо существенных полномочий. Члены государственного совета в свою очередь превратились в уполномоченных, или делегатов, риксдага. Свободные места в государственном совете занимались по предложению комиссии риксдага. Решения государственного совета контролировались и изменялись риксдагом. — Дела государства направляли, следовательно, «управлявшие сословия». Среди комиссий риксдага наиболее влиятельной явилась секретная (или тайная) комиссия, которая стала ведать внешней политикой и денежными делами. — Таким образом, в Швеции в течение двух лет перешли от абсолютной королевской власти к всемогуществу народного представительства. Воплощением полноты государственной власти явилась секретная комиссия. — Во время же заседаний риксдага, истинным главой государства был не король, а ландмаршал.
Финляндия от этого изменения образа государственного правления ничего не выиграла. Умаление королевской власти пользы ей не принесло. Принцип королевской власти пустил глубокие корни среди финского народа, который в монархе привык видеть защитника слабых и угнетенных. Финляндия всегда была страной слабой и обделенной, почему её население с особым упованием взирало на трон, заместитель которого неизменно пользовался общими симпатиями. От финского народа почти скрывали бессилие короля против большинства совета. Полного представления о ничтожестве королевской власти финский народ не получил.
Секретная комиссия состояла из 100 членов, причем 50 из них избирались из дворян, а остальные поровну из духовенства и горожан. Председательствовал в ней ландмаршал. Таков же был состав других комиссий и депутаций. Крестьяне всюду в них отсутствовали. Это показывает, что в народном представительстве того времени крылся большой и существенный изъян.
По новому риксдагскому уставу (riksdags ordningen), принятому в 1723 году, сословия государства должны были собираться каждые три года или чаще, если того требовали государственные интересы. — При нежелании короля созвать сословия, это могло быть сделано государственным советом. Риксдаг обсуждал и решал все, что нужно было для пользы и безопасности государства; он проверял действия короля, совета, коллегий, финансы, судебные учреждения. При отказе короля исполнить решение риксдага, оно приводилось в исполнение государственным советом.
Среди сословий преобладающее значение приобрело дворянство. При новом режиме оно в сущности распоряжалось всем. В 1719 г. дворянству даны были новые привилегии, и оно твердо обосновалось в государственном управлении. Земли дворян были освобождены от податей и налогов; крестьян своих они имели право облагать денежными штрафами; сами дворяне судились только в надворных судах; дворянское войско нельзя было выводить за пределы Швеции и Финляндии. Что же касается риксдагов, то несомненно, что на их заседаниях дворяне преобладали безраздельно. До 800 старших представителей дворянских родов занимали на риксдагах свои кресла, тогда как число представителей остальных трех сословий в среднем не превышало 275 чел. (53 из духовенства, 87 горожан и 135 крестьян).
Все эти порядки также никаких преимуществ финляндцам не предоставляли; напротив, они привели к тому, что их голоса на риксдагах заглушались и не побуждали других считаться с их заявлениями. — Вся сила была в дворянстве, а оно пропорционально было значительно слабее и беднее шведского. — К тому же часть финляндского дворянства поселилась в Швеции и с
