допускавших всякого рода беззакония. Комиссиям надлежало не только исследовать на месте злоупотребления, но и представить свои соображения о мерах, коими возможно было бы поднять благосостояние края. Председателем так-называемой западной комиссии,которой надлежало работать в Або-Бьернеборгской и Тавастгусской губерниях со включением Аланда, состоял президент гофгерихта в Бета барон Гермунд Седерхельм. В числе её членов находился известный асессор Ларс Иоган Эренмальм.
Так называемая восточная комиссия, которая действовала в Нюландской, Кюменегородской и Нейшлотской губерниях, имела председателем президента горной коллегии Густава Бунде, который известен был как ученый своего времени.
С (июня) 1725 по 1727 гг. эти комиссии разъезжали по своим округам, производя расследование, частью по приходам, частью по уездам каждой губернии. При комиссиях состояли представители от каждого из четырех сословий королевства. На местах своих остановок комиссии принимали заявления и жалобы. На заседаниях их присутствовали местные крестьяне.
По расследованию западной комиссии, злоупотребления в Або-Бьернеборгской губернии носили более случайный характер. Пользуясь преимущественно военным временем, некоторые фогты, ленсманы и другие чины низшей администрации брали незаконные поборы, отягощали крестьян бесплатной почтовой гоньбой и т. п. Комиссия карала виновных тюремным заключением, лишением должности и т. д. Злоупотребления, открытые в Тавастгусской губ., показывали, что здесь разные обходы законов установились исстари и производились более систематически. При взносах десятины жита в губернии, взыскивалась одна капа на крысоед, другая в пользу объездчика. Во время сбора налогов и в других подобных случаях, фогты и уездные бухгалтеры жили бесплатно у крестьян и, кроме того, брали с них деньги и другие подарки. При мантальной переписи мантальным комиссаром выплачивались столовые деньги и производился особый взнос за льготную грамоту, которая выдавалась престарелым лицам, исключавшимся из податных списков. Кроме того, делались незаконные взносы за свидетельства, по отводу места для казенных гейматов, и за льготный год, освобождавший от платежа оброка. Комиссией было еще обнаружено, что старшие или обер-пасторы позволяли себе, кроме разных беззаконий, ежегодно трижды объезжать свои приходы, с целью получения — в первый раз — своего жалованья, во второй — «рождественского жаркого», состоявшего из разных съестных припасов, — и в третий объезд для сбора пасхальных денег. Во время подобных поездок пасторы, сопровождаемые значительной свитой, подолгу гостили еще у населения. — Так как ни население, ни чиновники часто не знали соответствующих положений закона, то комиссия распорядилась оглашением с церковных кафедр объявлений, в которых перечислялись незаконные поборы. — Вслед за тем появилось печатное королевское объявление по тому же предмету. Большое число сборщиков податей было наказано комиссией тюрьмой и штрафами. По отношению к пасторам, комиссия не признала себя вправе прибегнуть к фискальным наказаниям и ограничилась только объяснением, как им, так и прихожанам, какие пасторские поборы являлись установленными законом.
Наиболее ретивыми членами западной комиссии зарекомендовали себя прокурор Нурдберг и Эренмальм. Нурдберг кончил тем, что предъявил два резких обвинительных акта против Нюландского и Тавастгусского губернатора, барона П. Шернкранца, усмотрев, что он провинился в бездействии власти, своеволии и иных проступках. Истинной причиной, возбудившей преследование прокурора, явилась, кажется, недостаточная предупредительность барона Шернкранца к членам комиссии. Губернатору предложили явиться в комиссию для дачи объяснения, но он отказался, представив все дело королю. Возникла продолжительная и запальчивая переписка, привлекшая тогда внимание финляндского общества. Процесс кончился королевским приговором, оправдавшим Шернкранца, которому, однако, рекомендовалось «уделять более внимания и обдуманности» при исполнении своих обязанностей. Комиссия получила предостережение, а прокурору предложено было извиниться и отсидеть две недели в тюрьме.
Баня.
Восточная комиссия графа Бунде усмотрела в губерниях своего района те же злоупотребления, какие производились в других местах Финляндии. Незаконно взималась здесь «крысиная каппа» и каппы на уездных бухгалтеров и объездчиков. — В Кюменегородской и Нейшлотской губерниях производились подобные же поборы, но тут они известны были под другими названиями, например, «апракка». Комиссия наказала сборщиков податей и других должностных лиц, жестоко обращавшихся с крестьянами или обременявших их беззаконной почтовой гоньбой, и освободила население от обжалованных поборов. Вообще восточная комиссия действовала снисходительнее и склонна была передавать некоторые дела на усмотрение губернаторов, чем избежала многих нареканий, вызванных членами западной комиссии.
В Эстерботнии королевская комиссия стала действовать только в 1729 г., вследствие чего там продолжались многие злоупотребления, искорененные уже в остальной Финляндии. расследования этой комиссии были вообще незначительны.
Кантеле
Такова одна сторона деятельности королевских комиссий. Но при отправлении в край им предписано было также представить соображения и проекты, могущие способствовать к уничтожению замеченных недостатков и к поднятию общего благосостояния. Как было выполнено это поручение? Восточная комиссия в особой записке, поданной правительству, указала на общую бедность жителей Саволакса и на невозможность их выйти из этого положения, вследствие высоких и неравномерно распределенных налогов. В 1664 г., когда эта область впервые облагалась налогами, были допущены неуместная строгость и произвол. Население ожидало снисходительного и справедливого обложения; но прошло очень много времени, прежде чем ошибка прошлого была исправлена. Из остальных вопросов, впервые поднятых комиссиями, заслужили в свое время внимания проекты каналов меледу внутренними озерами Финляндии и Ботническим заливом и предложение об учреждении в приходах запасных магазинов. Предложения о них вносились в риксдаг, но защита их прозвучала почти бесследно в шуме партийных споров.
Население Або-Бьернеборгской губернии письменно просило устроить такие житницы, в которые бы каждый геймат в годы урожая всыпал известное число капп ржи и ячменя. При посредстве магазинов создалась бы возможность борьбы с неурожаем и уравновешения цен на хлеб. Собранным запасом надлежало ведать надежному избранному лицу; в голодные годы из магазинов нуждающиеся могли получать для пропитания и посевов. На риксдагах (1734, 1740 и 1741 гг.) начинали рассматривать проект о запасных магазинах, но до конца дела не доводили.
Проект о запасных хлебных магазинах, внесенный на рассмотрение риксдага, сопровождался особым мемориалом Эренмальма, направленным к поднятию земледелия в Финляндии. «Финляндия, — писал Эренмальм, — значительная составная часть шведского государства. Она по своему местоположению необходима и полезна. Она обладает многими внутренними достоинствами и преимуществами. Она имеет значительную лесоплодородную почву для полей и лугов, многочисленные озера и реки, пригодные для полезной работы». Но этими естественными богатствами мало пользуются. Главное препятствие — упадок земледелия, происходящий от малочисленности населения. Чтобы помочь малолюдству, Эренмальм предлагал переселение из Швеции людей, с целью основания новоселий. Своеобразным, (для характеристики практического направления времени, является его предложение избегать в школах бесполезного обучения и требовать от юношества жизненных знаний: механики, фортификации, артиллерии, штурманского дела, рисования и верховой езды, кои могли бы сделать учеников опытными и полезными
