тебя. Первое, что нужно сделать, - это вывезти тебя из Льежа. На каждой дороге, ведущей из города, обязательно есть блокпосты, так что нам придется пройти мимо них пешком. Как только мы окажемся за их пределами, я куплю нам машину, и тогда мы сможем проехать через всю страну.”
- Разве немцы не будут следить за дорогами за городом?”
“Но не за всеми из них. Их слишком много. Не волнуйся, я знаю дорогу по всем проселочным дорогам.”
“Но куда мы пойдем?”
- Радист, которого ты встретила . . .”
“Того, с кем бы ты меня не познакомил?”
“Да . . . Его зовут Андре Дефорж. У его родителей есть ферма примерно в сорока километрах отсюда, между Мальмеди и Спа. Они чувствуют то же самое, что и мы по отношению к немцам. Они позволят нам спрятать тебя там на несколько дней, но не дольше. Это было бы слишком опасно. Они никогда не отдадут тебя, ты же понимаешь. Но если сосед слышит, как по ночам мимо проезжают машины, или странные люди в полях . . . Это очень печально, но многие люди готовы помочь гестапо. Они думают, что все пойдет лучше для них, если они это сделают.”
- А Андре сможет принести нам свою рацию? Мне нужно связаться с Лондоном.”
“Нет . . . это было бы слишком опасно. Как я уже говорил, он с детства помешан на радио. Все его старое оборудование спрятано в сарае. Ты готова идти?”
“Да, но мне нужно избавиться от моего чемодана.”
- Отдай его мне. У Клода есть печь в подвале. Она обеспечивает всю горячую воду для кафе и квартиры, а также тепло в зимнее время.”
Шафран протянула его ему.
“Ты уверена, что взяла отсюда все, что тебе нужно?”
“Да. Все это у меня в сумочке.”
“Тогда я отдам это Клоду прямо сейчас. К обеду он превратится в пепел.”
•••
Как только он получил известие из Антверпена, Фейрстейн связался со своим противником в Льеже, инспектором Фрицем Кранклом, объяснил ему ситуацию и сказал, что теперь его первоочередной задачей является найти и задержать Марлиз Марэ.
“Она главная подозреваемая по делу Шредера?- Спросил Кранкл.
“Я точно не знаю. Но пусть будет известно, что она - убийца на свободе. Это напугает людей и заставит их с большей охотой сообщать о ней.”
“В этом есть смысл. Но до войны я работал с Карстеном Шредером в Майнце. Он был человеком-горой. К тому же настоящий ублюдок. Он всегда предпочитал работать кулаками, а не мозгами. Трудно поверить, что женщина могла убить его.”
- Любой человек может быть убит, если его охрана ослаблена. Важно лишь то, что мы потеряли одного из наших, и эта женщина - единственная подозреваемая. Давайте сначала найдем ее, а потом займемся более мелкими деталями.”
- Не беспокойтесь, Фейрстейн, мои люди-трудяги. Мы найдем эту женщину, можете быть уверены.- Он решил немедленно связаться с куратором, присматривающим за Проспером Дезиттером, - человеком с отсутствующим пальцем, - главным информатором нацистов в Бельгии.
•••
Когда они вышли из кафе "Королевский стандарт", мимо проехал черный "Мерседес" с громкоговорителями на крыше. Резкий металлический голос объявил: "Ахтунг! Ахтунг! Убийца находится в бегах в вашем городе. Она-молодая женщина. Она высокая, с длинными черными волосами и голубыми глазами, в последний раз ее видели в темно-синем платье и темно-бордовом пальто, с чемоданом в руках. Ее разыскивают за убийство немецкого офицера. Если вы ее увидите, немедленно сообщите об этом властям. Чем скорее ее поймают, тем лучше будет для всех . . . Ахтунг! Ахтунг!”
Шафран вздрогнула, когда "Мерседес" отъехал и голос из динамиков затих. Она крепче сжала руку Жана Бюргерса, и они пошли по дороге в том же направлении, что и автомобиль с громкоговорителем. Шафран чувствовала, что все глаза на улице смотрят на нее, и они могли видеть сквозь ее жалкую маскировку.
Они прошли мимо группы рабочих, стоявших у бара с пивными стаканами в руках, и один из них крикнул: а другой крикнул: "Я сделаю тебя счастливым, если он этого не сделает! И когда смех и волчий свист утихли, Шафран поняла, что все эти взгляды были вызваны ее тусклыми светлыми волосами.
Бургерс не обратил на это никакого внимания. Он старался идти как можно быстрее, не привлекая к себе внимания. “Нам нужно перебраться через реку, - сказал он. - Без этого мы ничего не добьемся.”
Они помчались дальше, пробежав несколько тихих, пустынных переулков, а затем вышли на Набережную Рима, главную дорогу вдоль берега реки Маас. На дальней стороне дороги, ближе всего к воде, была широкая тропинка, и Бургерс вывел ее на нее. Он повернул направо. Перед ними, не более чем в нескольких сотнях метров, тянулись через реку три чугунные арки великолепного старого моста. Перед ним стояли два немецких армейских грузовика. Солдаты под присмотром офицера выгружали из грузовика шесты, доски, мешки с песком и рулоны колючей проволоки. Шафран заметила двух полицейских в штатском, то ли детективов, то ли гестаповцев, которые разглядывали прохожих.
- Блокпост, - прошептал Бургерс.
- Предоставь это мне, - ответила Шафран.
Они были уже совсем близко от моста. Одна сторона дороги была перекрыта, и солдаты ставили шлагбаум поперек другой. Пройдет минута или две, прежде чем барьер заработает в полную силу.
Шафран увидела женщину с темными волосами, чье пальто было похоже на то, что было на ней. Один из мужчин в штатском остановил ее. Он требовал показать ей документы. Женщина рылась в сумочке, перепуганная до смерти.
Второй полицейский посмотрел в их сторону. Шафран кокетливо улыбнулась ему и крикнула: "Привет, мальчики! - ближайшим солдатам. Мужчины прекратили свои занятия и вознаградили ее внимание широкими ухмылками и парой свистков, пока старший сержант не крикнул им, чтобы они возвращались к работе.
К тому времени Шафран и Бургерс уже были на мостике.
“Мне давно следовало стать блондинкой, - пошутила она. “Я понятия не имела, что теряю.”
Его взгляд был прикован к дороге впереди. Мост был расположен в том месте, где небольшая река Урт впадала в Маас. Между двумя реками была узкая полоска земли, и четвертая арка была мостом через Урт. Только когда они сошли с
