не видно. Пока не поднялся – падать не с чего.»
«Лучше быть никем в тени, чем глупцом при всех.»
И так далее и тому подобное. В общем, ничего удивительного, что Си Сян, стоящий у ступеней сцены был напряжен, как струна. Он смотрел вперёд, но, кажется, не видел ничего – ни платформы, ни зрителей.
Несмотря на то, что на празднике у императора он вел себя как полный кретин, сейчас мне стало даже жаль беднягу.
Тем временем старик-наставник вновь вышел вперёд:
– Есть ли ещё желающие принять участие в состязании?
На мгновение среди зрителей воцарилась тишина. Ну еще бы – с такими-то нравами, желающих высовываться и рисковать было не много.
Вдруг кто-то едва слышно прошептал:
– Это что там змея? Рядом с госпожой Цао…
Я дёрнулась, Цао Юнь – тем более. Потому что служанка, стоявшая рядом, указала прямо на её ноги.
Цао Юнь вскочила, выронив веер и чуть не зацепив соседку локтем. Под подолом действительно что-то было.
Но, глядев внимательнее, я поняла: это всего лишь игрушка. Деревянная длинная тонка игрушка, но очень правдоподобная – особенно если совсем не ожидать увидеть что-то подобное.
Я резко повернула голову – и встретилась взглядом с Нин Сюин.
Она сидела в своей позе фарфоровой статуэтки и прикрывала веером лицо. А её подружки злорадно фыркали.
Вот же стерва… Это она подкинула змею!
Наставник уже глядел в нашу сторону:
– Благородная госпожа, вы желаете выступить?
Цао Юнь побледнела. Стояла на месте, как замороженная. В глазах – ужас. Она явно не готова.
Но сесть обратно тоже нельзя. Все смотрят.
– Я… я… – начала было заикаться Цао Юнь, явно молясь всем богам, что бы провалиться под землю.
– Замечательно! – Вдруг услышала я мягкий, но громкий властный голос императрицы. Все взоры тотчас же обратились к ней. Та сидела ближе всех судейской ложе на почетном месте. И с лёгкой улыбкой глядя на Цао Юнь. – Нигде ведь не написано в правилах, что женщинам нельзя участвовать, верно?
Наставник судорожно поклонился, подтвердив, что… да, действительно, нигде не написано.
– Тогда проходите, дорогая моя, – продолжила императрица, – Не стесняйтесь. Я уверена: раз вы добровольно вызвались, ваш талант поистине уникален.
Кто-то даже захлопал, кто-то – из вежливости, кто-то – от шока.
Нин Сюин сидела, радостно сверкая глазами, как будто только что выиграла в лотерею.
Цао Юнь обернулась ко мне в панике. Она будто хотела что-то сказать, но губы не слушались.
А потом… она поклонилась и пошла вперёд. Шла, как по углям, на негнущихся ногах.
Мне было ее неимоверно жалко. Она выглядела как человек, у которого совсем не осталось надежды. Бледная. Растерянная. Готовая в любой момент лишиться чувств.
Наверное, окажись я на её месте, то извинилась бы и сразу же отказалась. Ну, маленький позор лучше большого. Но у Цао Юнь уже не было возможности так поступить – не тогда, когда императрица лично пригласила её перед всеми зрителями.
Мне захотелось вскочить и помочь ей. Оттащить обратно или вызваться вместо неё. Но я не могла, потому что на кон поставлено слишком многое. Моя собственная честь, как минимум. Как бы ни было мне жаль Цао Юнь, но себя жальче сильнее.
Я стиснула зубы и опустила взгляд, стараясь не думать о том унижении, которое ей предстоит пережить.
– Вот это будет позор, – хихикнула подружка Нин Сюин. – Что подумает о ней императрица?
– Стыдоба. Да на эту дурочку после такого никто не позарится, даже к простолюдину наложницей не возьмут, – поддакнула главная стерва, явно предвкушая особое веселье. – Я лично посодействую, чтобы повсюду говорили о конкурсе… в подробностях.
Я медленно повернулась к ней. Но ничего не сказала. Потому что мне нечем было парировать. Кроме дикой ярости, внутри меня не осталось ни единой эмоции. А прилюдно избить соперницу, да ещё и родственницу императорской семьи – очень плохая идея.
В глазах Нин Сюин появилось превосходство.
– Сделайте что-нибудь, – внезапно взмолилась мне на ухо Фейту. – Госпожа! Пожалуйста! Цао Юнь хороший человек. Она не должна пострадать!
Я посмотрела на неё и хотела покачать головой, мол, а что я сделаю. Я не такая храбрая, чтобы открыто выступить при всех этих людях. Мне не по силам повернуть время вспять. У меня нет рычагов воздействия.
Я вообще никто. Самая заурядная попаданка с лепестками лотоса в кармане. Не какая-нибудь избранная. Не спасительница мира. Вообще ноль с палочкой.
И тут мысль прострелила мне затылок.
Я не ноль с палочкой, а попаданка с кучей лепестков лотоса! Я не помогу открыто, но всегда могу попробовать смухлевать!
Я открыла Древо навыков. Так-так-так. Глаза бегали по названиям в поисках нужного. Все те навыки, которые раньше казались полной ерундой, вдруг приобрели смысл. Кто знает, возможно, однажды мне и понадобится «Цветоводство» или «Музыкальное мастерство», или даже «Чайная церемония», будь она неладна.
Вот! Кажется, оно.
Я мысленно щелкнула по названию «Поэзия и литература». Ветка навыка начиналась с самого простого уровня («Знание классических текстов, прогресс 2%») и уходила глубже, к «Сочинению стихов». Те, в свою очередь, тоже были четырех уровней: начинающий, средний, продвинутый, совершенный.
Я попыталась сосчитать, сколько лепестков лотоса потребуется, чтобы открыть навык целиком. Сам по себе он был не очень дорогой, но из-за этих чертовых уровней. Получалась практически неподъемная сумма. Тысяча триста двадцать лепестков лотоса.
Да, у меня оставалось в запасе ещё две тысячи, но…
Я уж точно не собиралась спускать их на подобную чушь, которая в жизни мне больше никогда не пригодится. Это расточительство. Глупейшая трата игровых денег. Лучше уж всё промотать на красивые платья, чем стать стихоплетом номер один в стране.
Нет. Я хоть и желаю добра Цао Юнь, но не желаю зла себя.
Конечно, можно купить начинающий уровень. Всего-то четыреста семьдесят лепестков лотоса. А толку от него? Чтобы я вышла на сцену и гордо зачитала рифмы в духе: «Любовь-морковь, поезда-звезда, обида-гнида».
Ладно-ладно. Зачитывать вообще буду не я. А Цао Юнь. Ещё хуже. Помогу девушке совсем опозориться.
Или, допустим, продвинутый уровень. Что он под собой подразумевает? Знание сложных конструкций, умение слагать сюжетные композиции, понимание символизма. Ну-у-у, неплохо. Но тоже очень дорого. Тысяча девяносто лепестков. Тогда уж проще купить совершенный, чтоб наверняка.
А ещё проще – ничего не покупать.
Всё, успокойся, Ми Лань. Всех не спасешь.
Я вынырнула из Древа навыков в твердой решимости абстрагироваться от ситуации.
И наткнулась на насмешливый взгляд Нин Сюин.
– Что задумалась? Надеешься,
