все шесть авторов, в самом низу подпись редактора — Д. Белоколос, секретарь обкома.
Что же побудило донецких партаппаратчиков внести и свой «вклад» в историю Донбасса? Те же честолюбивые устремления, коими резвые авторы создали толстенный труд «Лицом к лицу с Америкой», вышедший годом раньше.
Но здесь авторы «успели». На первой странице нестандартно начертано: «Эту книгу написали: А. Аджубей, Н. Грибачев…» Замыкает колонку из двенадцати авторов Г. Шуйский, помощник Первого секретаря, который, судя по должности, был «техническим руководителем» этого хвалебного сборника репортажей, стенограмм, авторских отступлений.
Тогда все двенадцать авторов стали лауреатами Ленинской премии. Ни больше ни меньше. Не зря, знать, имя лидера, «изумляющего мир своей энергией», было густо рассеяно по всем страницам.
А теперь вернемся к воспоминаниям Л. И. Брежнева. Соратники его, похоже, только тем и занимались, как бы еще отметить «выдающиеся заслуги» посредственного человека, который, по воспоминаниям компетентного Ф. Бурлацкого, «очень не любил читать и уж совершенно терпеть не мог писать». Звезды, золотое оружие, звания…
В недавней статье об одном из самых громких и беззастенчивых подпевал бывшего Генерального секретаря ЦК «Правда» вынесла в заголовок слово «алиевщина». Но что это такое, я узнал годом раньше, находясь в трехмесячной командировке от ЦК КПСС в Баку.
Трижды Брежнев побывал в этом старом и прекрасном городе. И каждый раз его приезд обставлялся Гейдаром Алиевичем как праздник республики, где роскошь власть имущих и бедность тружеников принимала все более контрастные очертания. Однако сказанная «хозяином» фраза в сентябре 1978 года — «Широко шагает Азербайджан» — замелькала в названиях статей, книг, в речах.
Вот картина известного художника: полковник Брежнев вручает уходящим в бой солдатам партбилеты. Музей-землянка сделана в натуральную величину. В ней якобы обитал будущий маршал на «Малой земле». Лучшие ювелиры украшали рукоять памятного меча, врученного гостю из Кремля. А как он обрадовался перстню из белого золота, на гранях которого бугрилось его собственное изображение! В памяти бакинцев любимый Зеленый театр, что по указанию Алиева уничтожили в одночасье для сооружения особняка-резиденции специально для Брежнева.
А в 1982 году сняли с проходки в море громоздкую бурильную установку «Шельф-2» и буксировали несколько десятков миль, чтобы подогнать к стенке Приморского парка, предварительно проведя дорогостоящие дноуглубительные работы (не предъявить ли счет на оплату самому Алиеву?!). Кстати, проведенный по мосту дюжими молодцами на установку, где выстроились сорванные с работ люди, дряхлеющий лидер произнес приветствие, которое стало среди бакинцев расхожей шуткой: «Здравствуйте, дорогие афганские нефтяники!»
— Мы в Баку, в Баку! — кричал ему прямо в ухо один из помощников.
Эти и многие другие факты жизни Брежнева и его окружения были хорошо известны среди больших и малых функционеров, журналистов, особенно центральной прессы. А в народе никогда еще не рождалось столько злых анекдотов о первом лице в государстве. Тем более знали мельчайшие подробности жизни лидера те, кто приложил руку к созданию воспоминаний Л. И. Брежнева. Поднятая вокруг них шумиха в печати напоминает разве что восторженные отклики по поводу «теоретической» работы Сталина «Марксизм и вопросы языкознания», о которой поется в лагерной песне: «Товарищ Сталин, вы большой ученый, в языкознаньи знаете вы толк…»
Вспомним, что автор «Малой земли», «Возрождения», «Целины» и других воспоминаний не любил читать, а тем более писать. Неделями на спецдачах большие группы крупных специалистов по вопросам внутренней и внешней политики составляли для него доклады и речи. Дирижером будущих мемуаров стал ответственный работник ЦК КПСС, а ныне посол в заморской державе. Для приличия книги создавались поочередно. А исполнители… Их не пришлось уговаривать. Магическая фраза: «Вы будете щедро вознаграждены», отодвинула в сторону такие девальвированные к тому времени в обществе понятия, как честь, совесть, достоинство. Их командировали в отдаленные от Москвы районы прежней работы лидера, где будущие «соавторы» неделями подбирали фактуру, находясь под доброжелательной опекой первых лиц области или республики. Кунаева, например, в Казахстане. Затем много недель «отписывались» по домам. С сохранением зарплаты, разумеется. Верстку одной из будущих книг «трилогии» мне довелось даже полистать. «Ты второй читатель», — сказал мне автор-литзаписчик. «А кто первый?» — «Я, конечно», — откликнулся он горделиво. А затем верстку повезли в Крым, где отдыхал Л. И. Брежнев. «Всего два слова поправил», — комментировал мой прежний коллега.
Миллионы телезрителей в 1980 году стали свидетелями грандиозного шоу: вручение Л. И. Брежневу в Кремле за выпущенные миллионными тиражами книги и «неустанную борьбу за мир» Ленинской премии. А я наблюдал за литзаписчиками хозяина торжества, которые сидели в 7-м или 8-м ряду, напряженно вслушиваясь. Еще бы, им пообещали, что сам упомянет об их помощи. А со сцены потоком лилась на головы присутствующих паточная река. Сверкая Золотой Звездой, глава писательского корпуса Г. Марков взволнованно утверждал, что «по популярности, по влиянию на читательские массы, на их сознание книги не имеют себе равных…». Неловко, стыдно даже читать хвалебные речи (все они напечатаны в центральных газетах). А потом выступил «автор», поблагодарил литераторов «за добрые отклики»: «…если выкрою время, если сумею, то записки продолжу. Считайте, что награду, врученную мне сегодня, я рассматриваю и как напутствие на будущее». Тут уж тяжеленные люстры звякнули от бурных аплодисментов. Уместно вспомнить, что ровно за год до присуждения Брежневу Ленинской премии другого лауреата, М. Ростроповича, вместе с Г. Вишневской — их имена вошли в историю мировой культуры — лишили гражданства СССР, званий народных артистов страны, всех правительственных наград. Газеты называли их «духовными перерожденцами». Их письма Брежневу о допущенной жестокой несправедливости остались без ответа.
Литзаписчики, так их правильнее будет называть, с кислыми лицами расходились с торжества. Как же, остались безымянными. Их фамилии вы не увидите ни на одной книге, ни в одной рецензии, ни в гонорарных ведомостях. Хотя только Политиздат выплатил Л. И. Брежневу почти полмиллиона рублей.[4] И нет, наверное, такого издательства в стране, которое, отодвинув в дальний ящик своих авторов, не поспешило бы напечатать великими тиражами воспоминания.
Ныне литзаписчики рады, что остались в тени. Но… с ними щедро рассчитались — кому орден, кому квартиру, кому собрание своих сочинений. Как говорят в народе, замазали рты. Изображу эпизод, который лишний раз свидетельствует об уровне нравственности этих исполнителей «социального заказа».
На улице случайно встретились двое из них, писатель и журналист, знакомые уже много лет. «Послушай, ты не собираешься написать правду, как создавалась..?» — спросил журналист, называя одну из книг трилогии. «Да ты что? — искренне удивился писатель. — Я к этому грязному делу никакого отношения не имею».
А разговаривали, заметьте, вдвоем на улице, без свидетелей. Уточним: сразу же после выхода трилогии была создана комиссия, которая затребовала у исполнителей все черновые записи для уничтожения. Докажите-де теперь, кто автор,
