Когда скандал разразится — а он разразится обязательно, — этой женщине основательно перемоют кости, подвергнув критике все: манеру ходить, стоять, одеваться, краситься, не говоря уж о некоторых глубоко интимных подробностях ее личной жизни. Вспомните Линду, Полу, Монику и Маршу… а вот теперь и вы.
Послушайте совет репортера. Кем бы вы ни были, мы, представители прессы, заживо сдерем с вас кожу. Старые друзья будут плеваться в вас ядом. И если ваша внешность не готова к такому испытанию, тем хуже для вас.
Ибо мы говорим именно о внешности. Видите ли, дело в том, что отношение к вам прессы почти целиком зависит от того, как вы выглядите. Понимаю, это несправедливо, но такова жизнь. А женщинам, как всегда, приходится хуже, чем мужчинам. Обычно представители массмедиа не обременяют себя, унижая мужчин за их животики, отвислые щеки и скрывающие лысину зачесы. Фотографы не тратят пленку, пытаясь найти лучший ракурс для двойных подбородков и небрежной работы ортодонта. Они предпочитают извалять в грязи современную Иезавель.
Вы убедитесь в этом так же, как мы все: развернув утреннюю газету. Но если медлите со сменой имиджа до того дня, когда скандал уже набрал обороты, значит, безнадежно опоздали: этот самый имидж уже будет представлен в прессе исключительно в черно-белых тонах. Урок, усвоенный из прошлых скандалов, гласит, что вы в любой час и день должны выглядеть на миллион долларов. В интересах справедливости предлагаю несколько советов.
Внимание, мастер-класс: Школа скандала Лейси Смитсониан дает первый урок.
ПРАВИЛА ВАШИНГТОНСКОЙ МОДЫ ДЛЯ ОПАЛЕННЫХ СКАНДАЛОМ
Прежде всего надо понять, как следует выглядеть, если вам предстоит давать показания перед дознавателями по особым делам или поговорить по душам с друзьями из Федерального бюро расследований. Вам хочется предстать перед ними привлекательной, скромной, невинной и стройной. И очень не хочется выглядеть виновной во всем роковой женщиной или, не дай Бог, толстой.
А теперь начнем сначала. С самого, можно сказать, верха. Как насчет ваших волос? В суде весьма популярны короткие, приглаженные, блестящие волосы. Вполне приемлемо также зачесать назад длинные волосы и закрепить изящной заколкой. Попробуйте узел или изящную «улитку» в стиле героинь Хичкока. Цвет может быть любым, если не считать высветленных почти добела, истерзанных перманентом волос. Подобного рода штучки не проходят в нашей столице. И ради Бога, пользуйтесь расческой! Плохая прическа равносильна смерти. Помните об этом в отсыревшем насквозь Вашингтоне. Здесь большинство женщин нуждаются в гелях, лаках или муссах, чтобы держать волосы под контролем. Если же вы просто жаждете похвастаться массой мелкозавитых локонов в подражание моделям прерафаэлитов или питаете слабость к чрезмерно большим украшениям вроде бантов, отдайтесь на милость суда.
Учтите, от плача кожа краснеет и вспухает, а это выглядит плохо, что означает признание собственной вины. Подружитесь с косметикой, особенно с дорогим тональным кремом. Пользуйтесь им, чтобы скрыть темные круги под глазами — следствие бессонных ночей, а также тушью и пастельными тенями, чтобы подчеркнуть глаза. Не забудьте помаду и блеск. Ногти должны быть тщательно подпилены и покрыты лаком. Надеюсь, не стоит упоминать о том, что зеленый, синий, фиолетовый и черный лаки не произведут хорошего впечатления на нашу систему правосудия.
Для публичных появлений стоит выбрать следующие одежду и аксессуары:
• Жемчужная нить и серьги, которые покажут, что, несмотря на скандальное поведение, на самом деле вы хорошо воспитаны и культурны. Приветствуется также небольшая изящная брошь на лацкане.
• Давать показания следует в неярких, хорошо сшитых костюмах приятных, но сдержанных тонов. Синий, коричневый и черный хотя довольно скучны, но их никак не назовешь скандальными. Подумайте также о прямом платье на пуговицах или платье-пальто: они не только удобны, но и модны. Производят хорошее впечатление на официальных лиц в отличие от броских и пастельных оттенков. Впрочем, для Вашингтона красный является исключением. Это цвет силы. Но будьте осторожны: сила разлагает. И помните, рукава ни в коем случае не должны закрывать пальцы.
• Сумочки должны быть аккуратными, модными и в хорошем состоянии. Рекомендуется скромная наплечная сумочка. Все приближающееся размерами к хозяйственной сумке слишком велико. Но при этом в сумочке должны помещаться расческа, помада и маленькая компактная пудра, чтобы можно было добавить последние штрихи к портрету в дамской комнате. Кроме того, вы, возможно, решите захватить газовый пистолет для особо наглых журналистов, хотя лично я вам не советовала бы это делать: кто знает, чем это кончится.
• Черные лодочки, в крайнем случае синие, средний каблук, и никакого нытья. Чулки, разумеется. Общий вид должен быть скромным, но ухоженным.
А вот чего следует избегать, как визита «60 минут»[51]:
• Крупный узор, горошек или клетка. Они привлекут не то внимание, на которое вы рассчитывали.
• Платья с рукавами-фонариками и маленькими бантиками на спине. Вам не пять лет.
• Рабочая одежда вроде комбинезонов, если, разумеется, вы не фермер или не имеете убедительного объяснения такому выбору одежды (вроде строительства домов для бедных).
• Растянутые свитеры, говорящие о последней грани отчаяния. Отчаяние равняется признанию вины.
• Высокие каблуки «продажных женщин», если только вы не в этом бизнесе. Но даже если вы в этом бизнесе, все равно не стоит.
В Вашингтоне строгие законы: если ваша обувь прямо-таки кричит о виновности, вы обречены.
И наконец, найдите время поразмыслить, что хотите надеть в суд, конгресс, на пресс-конференцию. Убедитесь, что все сидит хорошо, все выглаженное и чистое, пуговицы держатся крепко, а подол подшит. Если вам предстоит попасть под прицел прессы, следует выглядеть звездой, а не жертвой моды. А когда ваш жалкий маленький скандальчик поблекнет — а он обязательно поблекнет и уйдет в прошлое, — у вас останутся вырезки из таблоидов, напоминающие о добрых старых днях, когда вы были самой горячей штучкой в пределах Кольцевой.
Глава 29
В четверг полиция ОК предъявила Борегару Редфорду обвинение в убийстве Полли Парсонс и попытке убийства Лейси Смитсониан. Шампунь-бой все еще пребывал в реанимации, но врачи не опасались за его жизнь. Кроме того, полиция северной Виргинии обвинила его в убийстве Бойда Редфорда. Дела об убийстве Энджи Вудз и Тамми Уайт были вновь открыты, расследование шло полным ходом, и никто не сомневался, что Бо притянут еще за два убийства. Лео твердил всем, кто желал слушать, от арлингтонской полиции до Тони Трухильо, что он — всего лишь козел отпущения, расплачивающийся за чужие грехи. Жозефина Редфорд отказывалась общаться с прессой. Бет Энн Вудворт удалилась в летний домик в штате Мэн, не дожидаясь открытия летнего сезона: по мнению окружающих, чуть рановато.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
