толпа все еще хотела мести. Понимая, что он должен отречься от престола, чтобы защитить мир и спасти собственную жизнь, Ахмед III объявил 35-летнего Махмуда, сына брата Мустафы II, своим преемником.
Новый правитель Махмуд I (1730–1754 гг.) согласился сжечь дотла дворец и сады в Саадабаде, а также дома его министров[858].
Дворцовый библиотекарь, первый редактор типографии Эсад-эфенди и грекоязычный патриарх Хрисантос Нотарас вскоре скончались, и типография Мутеферрики прекратила деятельность. Период османского просвещения оказался недолговечным (хотя у греческого случился ренессанс в том же столетии). Махмуд I также отменил некоторые из тяжких налогов, установленных казненным великим визирем, и позволил тысячам мятежников зарегистрироваться в качестве наемных солдат. Их требования были удовлетворены, народные повстанцы даже создали теневой кабинет и требовали права производить административные назначения, но продержались у власти недолго. Чуть больше недели спустя после восшествия на престол султан решил уничтожить их. Он ждал, пока не заручился поддержкой янычар, поссорившихся с вооруженными простолюдинами после того, как те убили одного из военных. Император распорядился, чтобы Патрона Халила и его людей вызвали во дворец под предлогом того, что они будут удостоены правительственных должностей. Вместо этого их казнили в Ереванском павильоне, построенном Мурадом IV в честь завоевания крепости в Армении в 1635 г.[859] После резни янычары убили тех, кто пытался бежать.
Кофейни и общественные бани, излюбленные албанцами, были закрыты. Самих албанцев изгнали из города. Стало незаконным нанимать их мойщиками в бани[860]. Однако принятые меры не предотвратили еще одно восстание в Стамбуле в следующем году, спровоцированное повстанцами, избежавшими захвата и вернувшимися, чтобы напасть на янычар. Оно было быстро подавлено и сопровождалось дополнительными миграционными запретами. Чтобы поддержать религиозную иерархию общества, в общественных местах была восстановлена гендерная сегрегация. Поскольку нормами, определяющими одежду, которую разрешено носить мусульманским женщинам, а также всем христианам и евреям, открыто пренебрегали нувориши во время правления Ахмеда III, были вновь введены законы о роскоши[861].
Россия: возникновение новой угрозы
Если когда-то Сефевиды были главной опасностью для восточной границы Османского королевства, то во второй половине XVIII в. на смену павшей шиитской империи пришла новая угроза – Россия. Османские султаны оказались не готовы к столкновению с ней, поскольку старшинство являлось единственной причиной наследования трона. Когда Махмуд I умер в 1754 г., его сменил 55-летний брат Осман III (1754–1757 гг.). Он отравил 40-летнего племянника Мехмеда в 1756 г., в результате чего старший из оставшихся сыновей Ахмеда III, Мустафа III (1757–1774 гг.), стал императором после Османа III. На смену ему пришел младший брат, 48-летний Абдулхамид I (1774–1789 гг.).
Одним из важных наследий эпохи Ахмеда III был акцент на дипломатических связях с Западной Европой, особенно со двором Марии Терезии (1740–1780 гг.) в Вене и Фридриха II (1740–1786 гг.) в Берлине. Однако отношения с могущественной Россией при императрице немецкого происхождения Екатерине II (1762–1796 гг.) были напряженными. Царица продолжила военную и морскую экспансию Петра I (1696–1725 гг.), создавшего регулярную армию, оснащенную новейшим артиллерийским вооружением, и построившего флот. Россия стремилась напасть на Османскую империю со стороны Украины, захватить Крымский полуостров и контролировать Черное море, а также настроить православных христиан в Юго-Восточной Европе против османов. За полвека правления Екатерины II русские осуществили все свои планы.
Чтобы блокировать Дарданеллы и отрезать Стамбул с юга, русский флот вышел с военно-морской базы в столице Петра I Санкт-Петербурге на Балтийском море, обогнул Европу, вошел в Средиземное море и в 1770 г. прибыл к Эгейскому побережью Анатолии.
Меньший по численности, но лучше вооруженный российский флот уничтожил османов во время внезапной атаки в Чешме у берегов Измира, убив тысячи моряков, что привело к установлению контроля России над Эгейским морем. В то же время русская армия разгромила гораздо более крупные османо-татарские силы на дунайской границе. Русские спровоцировали восстание среди греков в Мореи (полуостров Пелопоннес). В следующем году Россия вторглась в Крым и расширила свою границу до Черного моря. Османский вассал – крымский хан – перешел на ее сторону, поскольку ему предоставили относительную независимость[862]. Османы были вынуждены согласиться на территориальные приобретения России по Кючук-Кайнарджийскому договору 1774 г., и некоторые его положения она истолковала как право при необходимости защищать православных христиан в восточной империи военными действиями. В 1783 г. Россия аннексировала Крым. Когда хан Шахин-Гирей, считавшийся марионеткой Екатерины II и предателем, прибыл в изгнание в Османскую империю, Абдулхамид I приказал казнить его.
Со своих черноморских баз русские перебросили флот на расстояние двух с половиной дней плавания от османской столицы[863]. Екатерина II быстро заняла половину Украины. В 1795 г. Россия, Пруссия и Австрия разделили между собой Речь Посполитую. Со всех недавно завоеванных территорий российская правительница изгнала мусульман и переселила на их место христиан, в частности, греков из Османской империи[864]. Многие из них стали богатыми купцами, занимавшимися сухопутной и морской торговлей, связывая Российскую и Османскую империи с Центральной и Западной Европой. Другие поступили на военную и дипломатическую службу и в будущем вернутся в Османскую империю, чтобы сыграть важную роль в восстаниях[865]. Екатерина II призвала к завоеванию Стамбула, восстановлению Византийской империи под контролем России и повторному освящению собора Святой Софии как главного христианского храма[866]. Таким образом у османов появился новый соперник и веские причины опасаться своего северного соседа.
От восстания к реформам
Низложение Мехмеда IV привело к возвращению слабого султаната, которым манипулировали паши и визири и который мог быть смещен по желанию янычар и чиновников. Эпоха культурной открытости, обмена с Европой и интеллектуальных инноваций при Ахмеде III прервалась восстанием янычар, поскольку за солдатами по-прежнему оставалось последнее слово в определении того, кто сядет на трон. Унизительные территориальные потери, в том числе уступка Крымского ханства новому врагу, России, чья сила опиралась на армию, состоявшую из хорошо тренированных солдат, расширенный военно-морской флот и класс офицеров, обучавшихся в военных учебных заведениях, преподали османам уроки. Череда мятежей и военных поражений привела империю к периоду реформ. Чтобы разорвать порочный круг, династии пришлось раз и навсегда покончить со своим главным соперником – янычарами.
Оставшиеся шесть глав этой книги повествуют о периоде с 1789 по 1922 г., последних 133 годах правления Османской династии и существования империи. Это время отмечено разнообразными попытками чиновников, ученых, султанов и военачальников спасти государство от наихудших тенденций и расчленения иностранными державами. По мере того как османы становились все более тесно связанными с остальной Европой, к добру или к худу, они стремились сохранить страну перед лицом внутренних революций.
