кажется, полюбил тебя, Вероника. Правда, ты не похожа ни на солнце, ни на один из виденных мною миров, и даже на других unicornis. И ты еще даже не стихия. А теперь ложись спать, дитя. Мне не за что на тебя обижаться.
Вероника послушно легла и принялась глазеть в пустой потолок. Она поворочалась с боку на бок и даже немного полежала с закрытыми глазами. Но не утерпела и, обернувшись к козерогу, прошептала, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно мягче:
— Я тоже полюбила тебя, — эти слова дались ей с трудом, наверное, потому, что она еще никогда в жизни никому их не говорила, и уже не чаяла сказать, а еще потому что их наверняка подслушивали. — С первого взгляда!
Сильваер удивленно обернулся к девушке.
— Вчера?
Вероника тихо засмеялась:
— Нет, когда в первый раз увидела тебя. У озера. — Девушка тепло улыбнулась своему спутнику и прикрыла глаза.
Завтра утром они уйдут отсюда. Куда? Не все ли равно?.. Найдут ли они другие Врата когда-нибудь? Наверное, это практически невозможно… Если бы все было так просто, они бы не оказались на краю света, запертые вместе с самым непонятным и неприятным человеком из всех, кого она встречала на протяжении своей недолгой жизни.
Сильваер не хотел пугать ее, но Вероника и так все понимала — у них мало шансов выбраться отсюда… Да что там, у них вообще нет никаких шансов!
Девушка здраво предполагала, что не сомкнет глаз этой ночью. Слишком уж много приключилось с ней… Слишком многое ее беспокоит. Вероника уже решилась сказать козерогу о том, что сама покараулит этой ночью. Она почти повернула голову, но в момент отяжелевшие веки опустились сами собой, и она с какой-то неприятной смесью страха и сожаления мгновенно провалилась в черную пустоту.
VI Разгадка
Solutio
Открыв глаза, Вероника удивленно осмотрела комнату. Никого. Почему Сильваер не разбудил ее? И где он сам? На улице уже ярко светило солнце. Как долго она спала? Девушка встала и подошла к окну, отдергивая кружевную полупрозрачную занавеску. В лицо ударил яркий и теплый свет. Зашевелившееся было где-то в глубине души беспокойство улеглось. Ну не может в такой день произойти что-то плохое.
В чистом и ярком небе не было ни облачка, на море стоял полный штиль. Вероника прислушалась — дом казался пустым, но вдруг с улицы донесся ясный, звенящий, словно колокольчик, тонкий детский голосок, а затем другой, чуть выше.
Девушка прижалась щекой к стеклу, стараясь уловить хоть какое-то движение внизу. Но из ее комнаты ничего толком разобрать было невозможно.
Вероника тихо вышла в коридор и бесшумно затворила за собой дверь, крадучись, спустилась в гостиную, а затем заглянула в кухню. Дом казался прежним, но более уютным и светлым. На кухне спиной к девушке у распахнутого настежь окна стояла незнакомая женщина. Её длинные, заколотые на затылке каштановые волосы локонами спадали на плечи и спину.
Удивленная Вероника окликнула ее. Женщина не пошевелилась. Девушка подошла ближе и, недолго думая, заглянула в совершенно незнакомое, но приятное, свежее лицо. Оказалось, что Веронику не только не слышат, но и не видят. Девушка растерянно посторонилась, но потом обычное любопытство взяло верх, и она, высунувшись из-за плеча незнакомки, тоже взглянула в окно.
Наверняка ей снится сон — на улице вместо холодной осенней ночи царил теплый летний день. Великолепный ухоженный сад купался в ярких лучах солнца, а посреди зелени и света Вероника увидела двух девочек лет пяти-шести, бегающих среди пышных клумб.
Тоненькие и загорелые, со светлыми соломенными волосами, похожие друг на друга как две капли воды, девчушки играли со своим отцом, таким же светловолосым молодым мужчиной. В это было сложно поверить, но по осанке и движениям девушка, кажется, узнала его. А может быть, ей это только померещилось?
Вероника охотно осталась бы со своим замечательным солнечным видением, но что-то сильное и властное буквально вырвало ее из объятий сна. Девушка мгновенно распахнула глаза и села на кровати. Наверное, это она неловко вздрогнула и разбудила сама себя…
Вероника еще долго сидела с открытыми глазами, часто моргая, стараясь осознать действительность. Тусклая лампочка на стене погасла, то ли перегорела, то ли все электричество в доме пошло для питания электромагнитных барьеров. Большая и круглая луна светила прямо в окно.
А во сне девушка видела солнце… Она обернулась к козерогу, тот спал, безвольно склонив голову на край кровати. В разметанных светлых волосах играл лунный свет. Слишком тяжело быть человеком, невозможно не спать три ночи подряд…
Но… здесь что-то не так! Сомнение тут же охватило девушку липкой паутиной. Сильваер не оставил бы ее сегодня без присмотра, он никогда бы не заснул в такую ночь!
Вероника затаила дыхание, наклоняясь над неподвижным козерогом, и, протянув руку, убрала несколько серебристых прядей, упавших на прекрасное и безмятежное лицо. Сильваер не проснулся, но девушка видела, как в лунном свете подрагивают его ресницы. Все нормально. Козерог крепко спал, и ему снился сон. Немного успокоенная, девушка усмехнулась себе под нос. Сильваер очень устал, а страх ей просто почудился…
Но от следующей мысли Вероника чуть не подпрыгнула на кровати, по ее спине пробежал холодок. Она поежилась, вот почему ее вдруг снова охватило это странное беспокойство! Все потому, что сегодня девушка проснулась не просто так! Вероника вскакивала посреди ночи, только когда ее мучителю приходило в голову в очередной раз преподать ей урок! Они с козерогом и вправду слишком задержались в этом доме. Сегодня третья ночь, как же она могла забыть?!
Ой! Что же сейчас будет?! Девушка вскочила с кровати как ужаленная, если она не выйдет из дома, то не пройдет и получаса, как Ферро заявится сюда сам, и что тогда будет, не знает никто!
— Спи, не беспокойся за меня. Я скоро вернусь, — прошептала Вероника и выскользнула в сумрачный коридор, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Нельзя сказать, что она не волновалась, раздумывая над тем, что скажет или сделает в ближайшую четверть часа… Она обязана попасть на улицу, а для этого нужно отключить барьер. Выключатель на стене. Но для начала ей нужно пройти через гостиную. Если там никого не окажется, все будет просто… А если ее застукает чародей?! Что тогда? Соврать? Зачем ей ночью может понадобиться выходить из дома? Алеистер решит, что она помутилась рассудком. Ох, ладно, придумаем что-нибудь, главное — не дать Ферро зайти внутрь, в противном случае может произойти непоправимое… Как бы она ни
