относилась к чародею, но эта встреча явно не предвещает ему ничего хорошего.
Девушка тихо спустилась вниз по лестнице, понимая, что сегодня от ее решения будет зависеть практически все: Вероника обязана поступить так, как решила, она должна постоять не только за себя, но и за друга, который, по ее вине оказался совершенно беззащитен. И Алеистер… не должен пострадать, каким бы он ни был, он же приютил их!
Девушка оставила свой учебный меч на кровати. Один его вид тут же приведет к ненужным расспросам… Нет, сегодня она идет не драться, а договариваться. Ночной мрак не пугал, в спящем доме бояться нечего, если, конечно, по ее вине здесь не появится кто-то пострашнее черной жути…
Кажется, ей повезло, внизу было пусто, темно и тихо. Вероника, ничего не опасаясь, зажгла свет и пошла через гостиную, но, остановившись в полушаге от двери, зачем-то решила заглянуть на кухню.
Почему она пошла туда, вместо того чтобы незамеченной выскользнуть на улицу? Девушка и сама не понимала. Наверное, ей не давал покоя ее новый сон. У Алеистера была семья… Они все наверняка стали монстрами. Где они сейчас? На кладбище, среди тех, кого она похоронила? Или где-то еще? И что же такое случилось с чародеем? Она почему-то сразу решила, что тот мужчина со светло-соломенными волосами — Алеистер… Там, в ее ведении, он был счастлив…
Яркий и необычный сон так и стоял перед глазами. Веронике уже несколько месяцев ничего не снилось, и тут вдруг такое! Утром она все расскажет Сильваеру, он точно поймет, что нужно делать…
Девушка так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, как переступила порог кухни, а когда опомнилась, вздрогнула от неожиданности. В угрюмом и неприветливом сумраке она разглядела чей-то темный силуэт.
Чародей стоял у открытого окна, в котором не было видно ничего, кроме ночной тьмы, холодный ветер трепал тяжелые занавески. И лишь одного взгляда Веронике хватило для того, чтобы понять — этому человеку плохо, очень плохо.
Девушка отступила в коридор и тут поняла, что подошла слишком тихо и чародей не слышит ее. Отлично, она еще может незамеченная выскользнуть из дома. Но вместо того, чтобы развернуться и уйти, она осталась там, где стояла, и, немного понаблюдав за неподвижной темной фигурой у окна, тихо спросила:
— На что вы смотрите? — Вероника надеялась, что ее голос не дрожит. Но с первыми же словами к ней пришел страх.
Алеистер обернулся на голос. Он не казался особенно удивленным. Хоть дело могло быть в маске, но во всем его облике читалась неприятная холодная решимость.
— А что вы видите там, Вероника?
Девушка, хоть и с трудом, заставила ноги повиноваться и подошла ближе, взглянув через плечо своего странного ночного собеседника на лунную дорожку в море, и твердо ответила:
— Я вижу свой путь. Он очень далекий. Чем раньше я уйду, тем лучше для всех. — Вероника уже сотню раз успела пожалеть о своем нелепом решении остаться, разговор обещал стать длинным и как минимум непростым.
— Вы видите? И продолжаете утверждать, что вы всего лишь человек?
— Как и вы. Если вы не хотите говорить правду Сильваеру, может быть, расскажете мне?
Алеистер проигнорировал ее вопрос.
— Обращаясь к чародею за помощью, хранитель Врат знал, что обязан отдать плату, соизмеримую оказанным услугам. Моя работа завершена. Мои услуги не дешевы, если он надеялся сбежать, не заплатив, то очень ошибся. И не только потому, что другой портал вам не найти, а потому, что я не выпущу вас отсюда. Плата будет высокой.
Через прорези в маске глаза чародея сверкали зеленым, как гнилушки в ночном лесу. Девушка отступила на шаг и бессильно оглянулась через плечо. Зря она решилась начать этот безнадежный разговор. Время поджимает…
Но Алеистер истолковал ее жест по-своему.
— Твой обожаемый unicornis сейчас крепко спит. Он отказал мне в просьбе, а я хотел разрешить нашу проблему по-хорошему. Он так устал… Странно, что ты смогла проснуться. Скажи, ты же не собираешься разбудить его?
Вероника лишь упрямо наклонила голову и сжала кулаки. Чародей тихо усмехнулся.
— Нет? Я так и думал. Не волнуйся. Завтра твой дорогой Сильваер проснется как ни в чем не бывало. Я позволю ему уйти. Он мне не нужен. А в человеческом теле еще и не опасен. — Девушка не видела его лица, но почему ей показалось, что под маской Алеистер улыбается? Какой кошмар… чародей действительно слышал все, о чем они говорили с козерогом… — Unicornis не долго будет печалиться о тебе. Они все одинаковые: самовлюбленные жестокие твари, которые ни во что не верят и меньше всего ценят чужую жизнь. И ты наверняка мечтаешь стать такой же, как он?
Вероника медленно попятилась, этот разговор нравился ей все меньше и меньше. Интересно, она успеет добраться до двери, выключить барьер и выбежать на улицу? Что-то подсказывало ей, что это слишком…
— Ты не сойдешь с места. Иначе мое обещание насчет твоего друга потеряет силу. — Чародей шагнул к девушке. — Мне кажется, ты хороший человек, Вероника. Поэтому буду откровенен: мне нужна твоя кровь. Возможно, вся твоя кровь. Обещаю: если не станешь сопротивляться, почти ничего не почувствуешь. Хорошие люди не должны страдать.
— Стойте. Я могу предложить вам кое-что лучше. — Вероника отступила на полшага, лихорадочно соображая, что же такого она может предложить этому сумасшедшему взамен своей собственной жизни, которая, по ее субъективному мнению, совершенно ничего не стоит. Но только не сейчас… Сейчас она может спасти как минимум двоих. Нужно что-то придумать… И быстро! — Я хочу помочь вам. Просто так. Я знаю, что такое потерять всех, кого любишь.
Чародей молчал. Девушка, уверившись в правоте своих догадок, продолжала, немного ободрившись:
— У меня была мама и две младших сестры, за одну ночь я потеряла их всех, а Сильваер — свой дом. Я должна уйти, потому что все еще надеюсь спасти их, — Вероника опустила глаза и говорила почти шепотом. — За мной следят, Алеистер. Я должна выйти из дома, потому что совсем скоро за мной придут… Ничья кровь уже не поможет. Наоборот, это убьет тебя!
— У меня мало времени на разговоры, — почти зарычал чародей. Не поверил… Или, наоборот, торопится… — Садись, это не займет много времени.
Девушка медленно и покорно прошла в гостиную и даже опустилась в кресло. Алеистер зажег свечи. Электромагнитный барьер был включен на полную мощность. А время действительно заканчивалось, причем для них обоих. Нужно срочно что-то предпринять! Нужно попробовать снова, но Вероника уже сказала ему все, даже больше,
