в полицию?!
– А если рассказывать, то, черт возьми, кому? Соседям?
– Я… ну… – Он запнулся и, опустив голову, усмехнулся. – Рассказать все полицаям – идея не менее безумная, знаешь ли.
Валерия заступилась за девушку:
– Зато так нам всем станет спокойнее. Расскажем все как было, бояться нам нечего, ведь не мы убили человека. И не придется больше держать все в себе. А если тела не окажется на месте – что ж, тем лучше будет для нас. – Устремив взгляд в бревенчатый домик на улице Фрунзе, она ненадолго ушла в себя. Мысленно вернулась к тому вечеру, когда вместе с Максимом и Арсением они в темноте ковыляли по травяному полю. Когда вернулись к условному двору двухэтажного дома. Когда вновь зашли внутрь. И через несколько часов спустились в подвал. Нахмурившись, она продолжила, но уже медленнее. – Вообще-то… если тело будет на месте… мы можем поступить иначе. И незачем будет идти в полицию.
– Иначе?.. – Арсений придвинулся на шаг ближе к ней, словно боялся упустить какую-нибудь важную деталь. Лиза также шагнула вперед.
Валерия повернулась к нему, но обращалась ко всем:
– Можем сжечь тело.
– Ч-чего?! – воскликнул Игнатий и затоптался на месте, не зная, куда себя девать. Очевидно, такое предложение пришлось ему, мягко говоря, не по душе.
Положив ему на плечо руку, Антон зашипел, указательный палец другой руки прижав к своим губам:
– Ч-ш-ш! Тише говори!
– Ты, блин, рехнулась? Зачем сжигать тело?! – возмутилась Марина – в отличие от Игнатия не повышая голоса.
– Говорю же: так нам не придется идти к легавым. Как говорится: нет тела – нет дела.
– Это все очень здорово, – встрял Максим, взяв девушку за руку, – но сжечь тело так, чтобы не осталось никаких следов, нам не удастся. Даже если получим огонь нужной температуры, до состояния праха ему необходимо будет гореть часа два. Где гарантия, что за это время мы не спалим дом? Или ты планируешь вынести тело на улицу? А как быть с дымом, вонь которого вряд ли напомнит соседям о растапливаемой бане или жарящемся шашлыке? А даже если процесс сожжения пройдет гладко – в чем я о-о-очень сомневаюсь, – как быть с прахом? Мы же не станем его с собой забирать и распылять по ветру где-нибудь хрен-пойми-где? Так что нет. – Он отпустил Валерию и развел руками. – Ничего такого делать мы не будем.
– Ты прав, – сказала Валерия и, поджав губы, опустила взгляд.
Какое-то время все молчали. Где-то вдалеке загрохотали одиночные залпы салюта. Вскоре по главной улице друг за дружкой пронеслись два легковых автомобиля, в салоне одного из которых громыхала какая-то электронщина. Стоящие под ивой восьмеро подростков одновременно мысленно выказали надежду, что остались незамеченными. Успев отвернуться и прикрыть нос рукавом куртки, Арсений дважды мощно чихнул, в промежутке крепко выругавшись. Максим покосился на Лизу, отметив про себя, что этот цвет волос – цвет огненной лисы – идет ей даже больше, чем родной. Антон прочистил горло и вдруг задал вопросы, от которых всем по-настоящему стало дискомфортно и сделалось еще холоднее:
– Интересно, а кто убил того человека? И что, если тот, кто совершил убийство, знает нас лично? Может, и не всех, но некоторых? – А потом его глаза округлились, и следующее он произнес севшим голосом. – А может, это кто-то из нас?
Короткое молчание. Затем Арсений заголосил:
– Ох-хо-о! Да ты сбрендил! Ты правда считаешь, что кто-то из нас мог это сделать?
– Н-ну…
– А что? – встряла Марина. – Вот тебе самому, например, откуда-то известны все пикантные подробности массового убийства в доме. И фото-то ты видел, и о том, что одно из тел скинули в подвал, знал. Да и сил тебе, думаю, хватило бы на то, чтобы арматурой…
– И что ты хочешь этим сказать? – перебил ее парень, перейдя на повышенный тон, выказывая явное недовольство, будучи уже сам не рад своим вопросам. – Ты считаешь, что, соверши я или кто-то из моих знакомых убийство, я бы вот так взял и выложил вам все? Не смеши. И вообще, то, что мы нашли труп в подвале, – гребаное совпадение.
– Быстро же ты сдал назад, – съязвила Марина.
– Но кто же мог это сделать? – подала голос Наташа.
Антон возвел руки к небу.
– А мне почем знать? Кто угодно мог это сделать!
– Ладно, ладно, обойдемся без обвинений, – попытался разрядить обстановку Арсений. – Не верится мне что-то, что убийцей может быть кто-то из нас. Не верю я – и все тут. Просто Антон не очень удачно пошутил, вот и все.
– Не очень, это точно, – подытожил тот, благодарный за поддержку.
– Но-о-о, – Валерия выступила вперед и говорила теперь медленно, тем самым как бы давая понять, что желает быть услышанной и понятой, – того человека кто-то убил. И мне совсем не нравится идея о том, что поехавший ублюдок, который сотворил это, может знать меня лично. Или хотя бы мог видеть меня. Кто он? Где живет? Как выглядит?
Лиза, обхватившая себя руками, приоткрыла рот, но тут же закрыла. Ей хотелось сказать, что эти вопросы ей не в новинку, что она размышляет обо всем этом уже много недель. Но решила, что толку от ее слов совершенно не будет, да вдобавок ей наверняка снова достанется от этой ненормальной – не здесь, так позднее, снова в школе, когда они вернутся в нее после каникул.
Погладив подбородок, Максим озвучил только что пришедшую в голову мысль:
– Послушайте. А может, нет никакого «поехавшего ублюдка», хладнокровного убийцы? Это мог быть собутыльник. Может, они пьянствовали, поругались, ну и тот, второй, в порыве гнева его и… Или они оба могли быть наркоманами.
Его девушка продолжала гнуть свою линию:
– Даже если так, убийца-то все равно есть.
– Да, но… я хочу сказать, что, если я прав, никто за нами следить не будет, никому мы не сдались. И тот, кто совершил преступление, больше никого убивать
