«не только исследует, анализирует проблему имени как философ и лингвист, он его также воспевает и почитает как поэт и богослов» (Там же. С. 353). Также и А.Ф. Лосев, который «не только анализирует и рассуждает о природе имени, но и воспевает его» (Там же. С. 479). И это не случайно. Как замечает А.X. Султанов, философия «исконно устремлена к самому сущему – к его бытию, поэтому не случайно прежде она была одновременно и поэзией, неотделимой от стихии языка» (Султанов А.X. Указ. соч. С. 37).
С. 53.* «Если психология мышления хочет стать действительно критической наукой о фактах…».
В понимании самого А.Ф. Лосева, психология мышления содержит две части: описание объективных смыслов и рефлексию над ними (Личность и Абсолют. С. 70 – 71).
С. 53.** Мейнонг (Meinong) Алексиус, фон (1853 – 1920) – австрийский философ-идеалист и психолог, представитель философского неореализма, развивавший на основе идей Д. Юма и Ф. Брентано идеалистическую теорию предметности, понимая под предметом не материальный объект, а данность его в переживании. Данное положение Мейнонга было развито в теории интенциональности Э. Гуссерля.
С. 54.* Аристотель Стагирит (384 – 322 до н.э.) – древнегреческий философ и ученый, основоположник формальной логики, создатель силлогистики.
С. 54.** «нелепо… сведение психологии и языкознания на одно прикладное знание и отказ от теоретического… обоснования как от ненужного балласта и „философского тумана“».
Задача теоретического обоснования языкознания разрешалась самим А.Ф. Лосевым в данной работе, а также в работах по философии языка второго периода его творчества.
С. 55.* «В русской литературе мы имеем два-три изложения Гуссерля и, кажется, ни одного систематического очерка феноменологии мысли вообще».
За прошедшие десятилетия ситуация с изучением феноменологических идей в России существенно изменилась (см., напр.: Мотрошилова Н.В. Принципы и противоречия феноменологической философии. Μ., 1968; Антология феноменологической философии в России. Μ., 1998). Сам А.Ф. Лосев также неоднократно предпринимал попытки изложения феноменологического учения Гуссерля, начиная с «Исследований по философии и психологии мышления». О специфике феноменологической позиции А.Ф. Лосева в сравнении с гуссерлианской см.: Чубаров И.Μ. К вопросу об отношении А.Ф. Лосева к феноменологической философии // Образ мира – структура и целое. Μ., 1999. С. 326 – 334; Гоготишвили Л.А. «Философия имени» Лосева и феноменология Гуссерля // Философия и будущее цивилизации: Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса. В 5 т. Т. 2. Μ., 2005. С. 730 – 731; Она же. Непрямое говорение. Μ., 2006.
I. ДО-ПРЕДМЕТНАЯ СТРУКТУРА ИМЕНИ
1. Фонема
С. 55.** «В целях контакта с традиционными схемами, признаем в имени как один из наиболее верхних слоев – фонему, звуковую оболочку».
В «Философии имени» А.Ф. Лосев еще придерживается представления о фонеме как звуковой оболочке слова и «внешнем знаке» слова («Философия имени», наст. издание. С. 178, 61). Такое понимание не было принято в лингвистике. Позже Лосев стал разрабатывать учение о фонеме уже в контексте общелингвистической традиции. Последняя программная работа А.Ф. Лосева в области философии языка – теоретико-аналитическое исследование «В поисках построения общего языкознания как диалектической системы». И если «Философия имени» – это чистая диалектика имени (первоначальное название этой книги – «Диалектика имени»), то последнее исследование есть фактически диалектика фонемы, доведенная до уровня конкретно-жизненной реальности.
С. 56.* «Такова в общих чертах фонематическая структура и оболочка слова».
Данное понимание звуковой стороны слова было переосмыслено А.Ф. Лосевым в 60 – 70-е гг. XX в. на основе модели, разработанной в период Восьмикнижия. В основе его концепции этого времени лежит представление о том, что
«фонема звука не есть сам звук в его физически ощущаемой данности, но идея звука, смысл звука, смыслоразличительная ценность звука, закон, метод, правило звучания, его значение, его смысловая потенция (возможность) и интенция (направленность), его смысловая функция, его форма и принцип, его модель» (Лосев А.Ф. Опыт построения языкознания как диалектической системы. С. 86).
Учение о фонеме А.Ф. Лосева представлено также в его книге «Введение в общую теорию языковых моделей» (Μ., 1968).
2. Семема, фонематическая, символическая и ноэматическая
С. 57.* «Но имя не есть только звуковая, фонематическая семема».
Здесь А.Ф. Лосев предпринимает первый шаг на пути введения в свою философию имени идеи иррелевантности материального начала в имени. Позже он обратит внимание на сходство ситуации обоснования православного статуса имяславия с аналогичной ситуацией истолкования факта «субъективной видимости» Света в духовной практике исихазма (священнобезмолвия). По его убеждению, если «субъективная видимость» Света не помешала свт. Григорию Паламе считать Свет нетварным и – энергийно, не сущностно – самим Богом, то ничто не мешает также и «произносимость» Имени Божия и его «субъективно-человеческую данность» в звуках, буквах, понимании и переживании совмещать с нетварной и Божественной природой Имени самого по себе (Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. С. 900).
С. 58 – 59.* «…каждое слово, входящее в состав данного предложения, несет на себе смысловую энергию».
Понятие смысловой энергии относится, по А.Ф. Лосеву, к числу основополагающих понятий общей диалектики. В сходном значении Лосев говорит также о «смысловой активности», понимая такую активность в феноменолого-логическом плане как активность быть частью целого. Раскрывая суть диалектического содержания этого понятия на смысловой активности Одного в тетрактиде, он пишет:
«Когда мы говорим, что Одно обладает смысловой активностью и есть эта активность, это значит, что все части Одного суть не отдельные предметы, ничем между собой не связанные, но что все
