вечно,
твоя Софи
– О, небеса. – Лейси глубоко вздохнула. – Какая удивительная женщина.
– О, Лейси. – Габби потянулась к ее руке и крепко сжала ее. – Что я наделала? Как я могла от нее отвернуться?
– Ты была молода, – заметила Лейси, – и делала все, чтобы выжить. Если ты никогда не получала от нее известий, а тебе сказали, что она работает на нацистов, твоя реакция вполне понятна.
– Но я должна была попробовать найти ее позже. – Габби отвернулась, ее глаза наполнились слезами. – Я столько времени потратила впустую! Я так долго чувствовала себя виноватой.
– Прекрати, Габби, – решительно заявила Лейси. – Ты добрый, любящий человек, и нет смысла себя корить. Ты не злодейка. – Она сжала пальцы бабушки. – Послушай свою сестру и прости себя.
Эпилог
Манхэттен, сентябрь 2022 года
Адель и Седрик сыграли свадьбу в саду на крыше в центре Манхэттена, с фонтаном посередине и столиками, расставленными на искусственной траве среди огромных пальм в горшках. Адель выглядела сногсшибательно в своем белом смокинге, а Седрик произнес речь, которую никто не расслышал, так как звуковая система не работала, но это было неважно. По общему мнению, это было одно из самых радостных торжеств, на которых кто-либо присутствовал, – никакой суеты, много шампанского и любовь в изобилии. Лейси чувствовала себя на седьмом небе от счастья, потому что по такому случаю к ней приехал Том. С тех пор как она покинула Англию, они разговаривали каждый день и строили предварительные планы на будущее. У новой компании Тома был филиал на Манхэттене, и он работал там во время своих визитов, а Лейси могла писать из любой точки земного шара. Возможно, им удастся разделить свое время между двумя странами и посмотреть, что из этого выйдет.
– У нас все получится, – пообещал ей Том. – Я не собираюсь вас терять, мисс Джонс. Иначе Анна меня убьет.
На данный момент Лейси была просто благодарна Тому за то, что он присутствует в ее жизни, и знала, что, каким бы ни было будущее, они проживут его вместе. Его любовь и поддержка давали ей силы, чтобы оставить прошлое в прошлом. Кейт, девушка из книжного магазина, связалась с ней и сказала, что слышала о парне, которого обвиняют в том, что он добавляет наркотики в напитки женщинам в городе. По фотографии она узнала в нем мужчину, которого видела с Лейси в тот вечер возле бара. Она уже поговорила с полицией и хотела передать им данные Лейси, если та не возражала.
– Разумеется, я не возражаю, – ответила Лейси. Она записала имя следователя и связалась с ним сама. Том находился рядом, когда полицейский явился к ней в квартиру взять показания, и Лейси была рада его присутствию. Она взглянула на фотографию незнакомца: гладкие седые волосы, щетина, изгиб губ – все свидетельствовало о том, что подобные обвинения к нему неприменимы. Она не узнала этого парня, но он показался ей каким-то знакомым, и вдруг ей стало плохо, когда в ее голове промелькнула сцена.
Как она могла ее забыть?
Она отворачивается от бара с напитком в руке и видит мужчину. Он стоит за ее спиной, причем так близко, что еще немного – и она бы наступила ему на ноги и пролила свое пиво. «Эй, держись!» – говорит он, с улыбкой кладет ладонь ей на плечо, и она смеется и извиняется, перекладывая кружку в другую руку и стряхивая с запястья капли. Она чувствует, что он за ней наблюдает, когда она садится к своим друзьям, и на мгновение ей это льстит, а потом она о нем забывает.
Полицейский предупредил, что пройдут месяцы, если не годы, прежде чем дело дойдет до суда. Лейси была готова ждать сколько угодно, если рядом с ней был Том.
– Что ты думаешь о Томе? – прошептала она Джесс в женском туалете во время репетиции ужина. – Он тебе нравится?
– Десять из десяти, – ответила Джесс. – Этот парень – прирожденный защитник.
– Да, он такой, – вздохнула Лейси. – Я никогда ни к кому не испытывала таких чувств, даже к Мэтту Кроули в девятом классе.
– Ты любишь его настолько, что готова переехать в другую страну? – осведомилась Джесс, но Лейси лишь пожала плечами. Всему свое время – так они договорились.
Том был не единственным гостем из Англии: Ник и Барбара Дедхэм тоже были в числе приглашенных. Перед встречей с племянником Габби нервничала больше, чем Лейси могла припомнить. Дедхэмы посетили Бетлехем, погостили пару дней у Габби и привезли ее на свадьбу на арендованной машине. К тому времени они уже были закадычными друзьями. Лейси даже немного завидовала Нику, завладевшему всем вниманием ее бабушки. Он сделал копии фотографии, на которой его мать была запечатлена с королевой во время вручения ей ордена «За заслуги», и оформил их в рамки.
– Мы заказали на ее могилу новое надгробие, – сообщила Габби, обращаясь к Лейси. – На нем будет написано: «Любимая дочь, сестра, жена и мать».
Самым необычным было то, что Ника пригласили лично вернуть орден Софи «За заслуги» в Букингемский дворец и назначили ему частную аудиенцию с королевой.
– Это было чудесно, – сказал он им. – Она была так любезна и вела себя так естественно, а вовсе не чопорно. Она хорошо помнила мою маму. Конечно, я не вправе передавать все, что она сказала, потому что многое из того, что происходило во время войны, до сих пор должно храниться в секрете.
Габби наблюдала за ним, пока он говорил, и ее глаза светились гордостью. Все ужасно волновались за королеву, потому что поступали сообщения о том, что ее здоровье ухудшается, и это было единственным, что омрачало торжество. Примерно через час после того, как все наконец закончили произносить речи (Адель, разумеется, тоже выступила, равно как и Джесс, а затем сестра Седрика, которая явно была настолько поражена этим браком, что с трудом подбирала слова), у кого-то зазвонил телефон, и постепенно по вечеринке прокатилась волна испуга.
Том поднялся на ноги. Господи, как же красив он был в смокинге! Лейси хотелось сорвать его прямо здесь и сейчас.
– Прошу прощения, что привнесу в это мероприятие печальную нотку, – сказал он, – но для тех, кто не слышал: только что объявили, что королева Елизавета скончалась. Наверное, нам стоит поднять за нее бокалы и произнести еще один тост.
Его слова стали огромным потрясением. Членов королевской семьи созвали в замок Балморал, и народ уже подозревал худшее, но теперь, когда факт смерти подтвердился, все испытали шок.
– Поверить не могу, – повторял Ник Дедхэм. – Она словно всегда была частью нашей жизни.
– Это так
