Теперь неверные торопились, поскольку в тылу у них появились хорошо вооруженные рыцари. Танк двинулся на приступ, несмотря на то, что насыпь могла осесть под его тяжестью. Пулемет бил с башни, прикрывая следовавший за танком грузовик, в кузове которого находились штурмовики, вооруженные огнеметами и автоматами.
Клейн понимал, что нападать на превосходящие силы неверных безрассудно; это ставило под удар успех всего похода, но приказ слепого был совершенно недвусмысленным. Какая польза от забытого Богом Лиарета, не знал никто из тамплиеров. Зато бандиты знали это очень хорошо. Там, за стеной, была вода, пища, горючее, оружие, а главное – женщины, не менее сотни женщин; об этом рассказала под пытками та, чей труп был теперь привязан к танку. Ради такой добычи стоило немного повоевать.
* * *
Машины сблизились на расстояние несколько сотен метров. Перед боем Макс опустил металлические жалюзи и оказался внутри хорошо защищенной от пуль коробки. Шины «призрака» были прикрыты гибкими стальными козырьками. Серьезный урон автомобилю могло нанести прямое попадание пушечного снаряда или гранаты, но подобное оружие давно стало экзотическим.
Брат Нико высунулся в люк, докуривая последний из сэкономленных окурков «ватры». Макс следил за происходящим сквозь узкие щели жалюзи. Пелена дыма и пыли, поднятой машинами, заволакивала пустыню. Сквозь нее еще можно было разглядеть танк, подъехавший ко рву и разворачивавший свою башню. После этого ствол качнулся вверх и почти сразу же резко клюнул, когда рыхлая насыпь начала оседать под сорокатонной машиной.
По-видимому, танку так и не удалось выбраться из рва, но на его корпус, как на железный мост, въехал грузовик и остановился, врезавшись в башню. Несмотря на возобновившийся обстрел со стены, неверные подобрались очень близко к воротам. Огнеметы лизнули бревна двумя ослепительными пятиметровыми языками, и этого оказалось достаточно. Высохшее дерево вспыхнуло мгновенно, сгорая без дыма и с оглушительным треском. Вместе с воротами сгорали последние надежды горожан.
Над Максом гулко застучал автомат – брат Нико открыл огонь по мотоциклистам. Рыцарям была известна их тактика. На своих маневренных машинах те выезжали далеко вперед, прорывались в тыл, а затем, пристраиваясь сбоку, расстреливали шины или на ходу забирались в кузов и расправлялись с водителями грузовиков.
Сейчас Максим насчитал не менее двенадцати мотоциклистов на «кавасаки», «хондах» и «триумфах», от которых его отделяло не более двухсот метров. У одного из них глаза были скрыты за темными очками, считавшимися антикварной вещью; лица остальных были, по варварской традиции, покрыты цветными татуировками. Ближайший был начисто выбрит и татуирован под череп. На приличном расстоянии это производило впечатление. Его девяностосильный «кавасаки» вилял из стороны в сторону, уходя от пуль.
Макс сплюнул себе под ноги и направил «призрак» в сторону «черепа». Брат Альберт на «чероки», мчавшемся справа, сразу же понял его маневр и пошел на сближение. Вдвоем они попытались взять мотоциклиста в клещи, чтобы раздавить того своими кузовами, но в последний момент тот принял единственно правильное решение, поставив «кавасаки» на заднее колесо. Макс резко свернул влево, и очередь из автомата Нико, выпущенная с близкого расстояния, не достигла цели.
Клиновидный капот «призрака» представлял собой почти идеальный трамплин, и Макс чуть не врезался лицом в руль, когда машину потряс сильный встречный удар и брюхо мотоцикла оказалось прямо перед его глазами. Ему показалось, что проломится крыша, но внутренний сварной каркас из стальных труб выдержал давление опустившегося переднего колеса «кавасаки».
Мотоциклист чудом удержался в седле, а его дробовик, укрепленный на раме справа, при столкновении отбросило в сторону. Задняя шипованная покрышка с визгом смяла жалюзи посреди лобового стекла «призрака», после чего «кавасаки» отправился в долгий двадцатиметровый полет, приземлившись, к своему несчастью, прямо перед «КРаЗом», оборудованным отвалом на манер древних паровозов и тепловозов. Острый стальной клин расколол мотоцикл пополам, превратив человека в фарш, кровавыми клочьями свисавший с радиаторной решетки. Бензобак вспыхнул огненным шаром, который тут же исчез под грузовиком.
Но рыцари тоже не избежали потерь. Рядом с Максимом на сидение пассажира медленно опускалось тело брата Нико. Он понял, что тот мертв, раньше, чем увидел его изуродованную голову. После удара, нанесенного колесом и подножкой тяжелого мотоцикла, она оказалась неузнаваемой. Труп повалился на Макса, забрызгивая его кровью. Ему пришлось на ходу открыть дверь и вытолкнуть мертвеца из машины.
Глава шестьдесят седьмая
Оставалось триста метров до встречи с основными силами противника. Лишившись стрелка, Максим потянулся за своим «галилом», пристегнутым к помятой крыше. Прямо на него двигался грузовик, из-под бампера которого торчали заостренные стальные прутья. Автоматные и винтовочные пули застучали по обшивке «призрака», как крупный град… Пылевая завеса стала настолько плотной, что разглядеть что-либо за ближайшей линией машин было уже невозможно. Яркое пятно, очевидно, обозначало костер, пылавший на месте городских ворот.
Макс бросил взгляд в прямоугольную щель допотопного приспособления, напоминавшего перископ и собранного из двух битых зеркал. Оно позволяло ему видеть, что происходит сзади и сбоку. После столкновения с «кавасаки» перископ заклинило и был доступен только задний сектор обзора.
Сквозь облако пыли, поднятой колесами «призрака», Макс разглядел «КРаЗ», мчавшийся прямо за ним на расстоянии около шести корпусов. Из узкой бойницы, проделанной в обшивке кабины напротив пассажирского места, торчал ствол пулемета Калашникова, стрелявшего трассирующими. Еще два автомата вспарывали воздух по обе стороны от дымящей выхлопной трубы. Это было отличное прикрытие.
Макс до предела утопил педаль газа, и «призрак» рванулся вперед. Стрелка на давно уже неработавшем спидометре подрагивала около нуля, но на самом деле он успел набрать скорость не меньше сотни километров в час. Грузовик, который мог превратить его в месиво из мяса и железа, брат Максим рассмотрел во всех подробностях: четыре огромные сверкающие буквы «MACK» на решетке радиатора, выпуклый обтекатель над кабиной, покрытый непристойными рисунками, и разбитые фары, в которых улыбались два детских черепа…
В опасной близости от стального веера Макс резко притормозил и вывернул руль. «Призрак» продемонстрировал великолепный занос и почти мгновенный разворот на сто двадцать градусов. Был момент, когда машина неслась по инерции на двух колесах, подставив крышу под надвигающиеся копья, но через несколько секунд двигатель натужно взвыл, а широкие покрышки взметнули из-под себя фонтаны песка. Пылевая завеса разделила автомобили. Макс оказался в жаркой полутьме. В горле саднило; крупные песчинки скрипели на зубах. «Призрак» тряхнуло, как консервную банку. Со скрежетом смялись козырьки, прикрывавшие шины…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
