бросил второй камень под стол, видимо, в мусорку. — Лежи и не двигайся!
Я замерла. Попробовала пошевелиться и не смогла. Я была так зла, что мне казалось, я сейчас взорвусь от бешенства! Герера, между тем, достал из стола серебряную палку метровой длины, похожую на посох, и начал прикручивать к ней плафон. Тот самый, что мы украли из монастыря.
— Ты отпустишь меня? — глубоко вздохнув, спросила я, стараясь звучать спокойно. — У меня много дел в Альдерии.
— Ты мне нужна здесь, — ответил Альфред, не вдаваясь в подробности.
Закончив прикручивать плафон, он достал из кармашка камень, полюбовался им, попробовал приладить в плафон, удовлетворенно крякнул, а затем сунул артефакт в карман.
— Но зачем? — не унималась я. — У тебя есть плафон и камень, ты можешь делать все, что угодно. Зачем тебе я? С этими артефактами тебе не нужен метаморф.
— А вот тут ты не права, — не согласился Герера. Зажав посох подмышкой, он подошел к столу и начал снимать с моих рук и ног кандалы. — Этот мир меня полностью устраивает, но мне не хватает пространства. Тут мало магии и много людей, до которых никому нет дела. Такие подопытные пропадают! Здесь я могу творить и создавать, но не могу испытывать свои изобретения так, как мне бы этого хотелось. Жаль, местный королек слишком нерешителен и пытается быть справедливым. Но теперь все изменится! Сотни рабов, война в перспективе, у меня будет, где развернуться.
Сунув руку в карман, он скомандовал:
— Встань и следуй за мной, на меня не нападать.
Мое тело послушно слезло с разделочного стола и пошло на выход вслед за ученым. Я попробовала поднять руку, чтобы вцепиться в его черные с проседью волосенки, но не смогла, приказ не позволил.
Мы вышли из лаборатории в каменный коридор, прошли по нему до конца, свернули на право и стали подниматься по лестнице. По дороге Герера прикрутил артефакт в центр плафона и, подняв посох над головой, громко сказал:
— Всем, кроме Софи, замереть и отключиться! Софи, продолжай идти за мной смирно.
И я продолжила, прожигая затылок старика злобным взглядом. Дай только шанс, я убью голыми руками и тебя!
Мы шли по каменным коридорам, мимо застывших с закрытыми глазами людей в странных костюмах. Внезапно, мне пришло в голову, что это место очень напоминает замок Александрина, только тот был более светлый и чистый, с фонарями и растениями в кадках, а здесь были только чадящие факелы на стенах, да голый, грубо сложенный камень. Сдается мне, в этом мире правители тоже живут в замках.
Поднявшись по крутой винтовой лестнице на самый вверх, Герера подошел к тяжелым дубовым дверям, и, оттолкнув замерших охранников, распахнул створки. Мы пересекли просторную круглую комнату, с шкурами животных вместо ковра и минимум мебели, и остановились перед массивной деревянной кроватью. В ней спал немолодой мужчина с короткой бородой и густыми усами.
— Прикоснись к нему и стань им, — бросил Герера.
— Это правитель? — уточнила я, послушно касаясь руки на одеяле. Мое тело даже без моей команды стало преображаться. — Почему он в постели? Тут уже день.
В небольшие оконца и правда лился солнечный свет, хотя в Альдерии была середина ночи, когда меня перенесло.
— Приболел, — мерзко захихикал Герера. — Я ему в этом помог, чтоб не мешался под ногами в такой день. Пока не сильно помог, но, если ты справишься, он мне будет больше не нужен. И тогда ты займешь эти покои. Симпатичные, не правда ли? Надевай его одежду, вон из того шкафа!
Он что это, хочет, чтоб я стала этим мужиком и жила здесь?! Подчиняясь его приказам?!
— Ты, мерзкий ублюдок! Я не собираюсь здесь оставаться! — заорала я, пока мои ноги несли меня к громоздкому гардеробу, а руки доставали рубаху и штаны. — На кой шарт я тебе сдалась?! Управляй королем с помощью артефакта и все!
— Говори медленно и степенно, и не смей оскорблять меня! — по мозгам хлестнуло новым ментальным приказом, но ответ на мой вопрос Альфред все же дал. — К сожалению, особы королевской крови устойчивы к ментальной магии. У меня нет над ним власти, а вот он оказывает на народ огромное влияние. Постоянно сдерживать толпу артефактом будет очень утомительно. А так — я правлю тобой, а ты освобождаешь меня от хлопот.
— Я убью тебя, как только освобожусь! — я вся кипела от злости, но слова из моего рта выходили через паузу и безо всяких эмоций, словно я с кафедры вещала, а не угрожала.
Успокаивающий чай Хэнбо мне бы сейчас не помешал — меня потряхивало от бешенства и своей беспомощности. И от вида этого сумасшедшего. Аж в подреберье щекотало и руки тряслись, как будто я опрокинула в себя чан крепчайшего кофе.
— Просто чудо, как похож! — пропел Герера, глядя, как я надеваю длинную красную хламиду, расшитую золотыми узорами. — Вылитый Манадий! Софи, иди за мной и делай все, что я говорю!
Спустившись по лестнице и несколько раз свернув, старый хрыч завел меня в тронный зал на первом этаже. Это место выглядело побогаче, чем невзрачные коридоры: в высокие стрельчатые окна лился солнечный свет, стены были украшены оружием, головами диких животных и вышитыми на полотнищах гербами. Королевский трон был установлен на небольшом возвышении, как на сцене, а по бокам от него замерли две крупные собаки, отдаленно напоминающие современных борзых, в шипастых ошейниках.
— Садись на трон, — приказал Герера, и я подчинилась.
— Это еще что за звери? — кивнула на неподвижных собак.
— Любимые зверушки Манадия, — отмахнулся Альфред и встал чуть позади сбоку. — Сейчас ты должна назначить меня, Альфредо Гера, своим главным советником. Это первостепенная задача, после которой у меня буду развязаны руки.
А потом, подняв посох, приказал:
— Всем очнуться! Вельможи, советники, придворные и стража, идите в тронный зал, остальные занимайтесь своими делами. Софи, повторяй за мной слова точь-в-точь,
