говори громко и четко.
И заткнулся. А вот собаки по бокам от трона, наоборот, ожили, завертели головами, принюхиваясь, а потом улеглись у моих ног.
— Но я не знаю языка!
— О, я не зря выбрал этот мир для своего проживания. Тут говорят на диалекте общетитарского, так что тебя поймут. А теперь замолкни и говори только то, что говорю я.
В молчании мы наблюдали, как в тронный зал стекается народ. Первой прибежала стража, выстроившись в длинные ряды по обе стороны. Затем подтянулись придворные дамы в ярких платьях с кринолинами, мужчины в узких панталонах, свободных туниках и меховых плащах, а также представители военной знати, в кафтанах из серого сукна со знаками отличия на груди.
Наконец, в зале установилась тишина, и все присутствующие слаженно поклонились, даже не знаю, как им удалось это сделать одновременно. Я сидела на шартовом троне, как на иголках, судорожно соображая, как можно обхитрить Гереру. Нельзя назначать его советником, после этого он сразу же запрет меня в жалкой комнатушке Манадия, и там я сойду с ума. Хотя, он по-любому меня запрет, и я не смогу ослушаться. Что же делать?
— Приветствую вас, подданные! — внезапно прошептал Альфред, и я тут же повторила эти слова вслед за ним. Громко и четко, как уверенный в себе монарх. — Сегодня я собрал вас здесь, чтобы объявить о новом назначении. Последнее время на Таврида Геронского, моего главного советника, поступало много жалоб от моих вассалов. Они говорили, Таврид…
Каждое слово, что я произносила, причиняло муку. Я пыталась сжимать зубы, сказать что-то другое, просто промолчать, но они все вылетали и вылетали, словно мой рот жил свое жизнью. Что там советовал Винтерс? Медитировать? Но картинки с голубым озером посреди зеленой травы не помогали справиться с ментальным приказом. Вот нельзя было поточнее сформулировать инструкцию, как справляться с влиянием на мозги? Просила же по-хорошему!
Гнев тлел внутри меня раскаленными углями, и, кажется, мое ненастоящее лицо нервно дергалось, пока я произносила обвинительную речь о неизвестном Тавриде.
— … и посему, я принял решение, казнить Таврида Геронского и назначить новым советником…
Скрипнула входная дверь, и в следующие секунды я подумала, что тронулась умом. Перемещаясь огромными скачками, на меня летел черно-белый гуар. Сорин?! Но как? Этого не может быть!
Всполошились собаки у трона, вскочили, а потом, заскулив, прижались к моим ногам. Кажется, я вскрикнула, но изо рта донеслось лишь невнятное шипение.
— Убить его! — заверещал Герера, и я автоматически повторила его приказ.
Начался хаос. Стража ринулась вслед за гуаром, который, вильнув в сторону у самого трона, кинулся на Альфреда в длинном прыжке. Секунда — и Герера сбит с ног, только застучал по каменному полу посох с плафоном.
И тут я во второй раз решила, что брежу. Черно-белый гуар в одно мгновенье превратился в Грегори, мощно ударил Гереру по лицу, метнулся к посоху, схватил его и заорал:
— Всем стоять!!!
Придворные замерли. Казалось, будто остановилось само время. Я смотрела на своего секретаря и не могла поверить собственным глазам. Винтерс все это время был Сорином?! Точнее, Сорин был Винтерсом?!
— Софи, можешь двигаться и говорить свободно, — сказал мужчина, а я вспоминала все те нестыковки, на которые не обращала внимания и которые теперь обретали смысл. Все его фразочки, поведение — вот кого мне напоминал Грегори все это время!
— Ты… — прошипела, вставая, — ты… Как ты мог?!
— Софи, с тобой все в порядке? — Сорин-Грегори подбежал ко мне. Голубые глаза смотрели с беспокойством. — Он тебя не бил? Не причинил тебе вреда?
— Это все время был ты?! — в голове зашумело, а в груди будто горячий кол заворочался. — Ты все это время врал мне?!
— Софи, у тебя идет кровь из носа, ты ранена? — прислонив посох к трону, Сорин протянул ко мне руки, но я отпрянула от него, как от чумного.
— Софи! — створки дверей распахнулись, и на пороге показался Ван.
Ван! Они изначально были в сговоре! Паззл сложился, перед глазами замелькали цветные круги. Заговорщики! Лжецы! Ненавижу! Попятившись, я повернула голову и увидела знакомый плафон. Думали провести меня?! Ненавижу!
— Сюда, — Винтерс махнул рукой Командиру. — Герера обезврежен.
Схватив посох, я размахнулась и ударила по затылку своего бывшего секретаря. Дернувшись, Сорин начал заваливаться на пол.
— Софи!!! — заорал Ван и ринулся вперед.
Один есть!
— Схватить его! — завизжала я, направляя камень прямо на Командира.
Толпа ничего не понимающих придворных ожила, по команде бросившись на Эрика.
Командир пытался отбиваться, но против такого количества вооруженной охраны даже он ничего не мог сделать. Вана заломали буквально за минуту и потащили ко мне.
— Софи, приди в себя, — под левым серым глазом Командира наливался синяк. — Что ты делаешь?
Стражи, держащие его, очумело вращали глазами. Еще бы, перед ними их король, а неизвестный мужик называет его Софи. Но мне было все равно, что они там подумают. Шартов Ван опять все спланировал! И как! Решил с помощью предателя-Сорина отобрать мою империю! Разрушить все, над чем я работала!
— Тащите его сюда, — приказала я, прожигая Командира взглядом.
Стражники без колебаний поволокли Вана ближе ко мне. На полу застонал, очухавшись, Сорин-Грегори.
— Ты! — мой палец уперся в Эрика, — Ты все спланировал, да? Опять пытался мной манипулировать! Все никак не можешь свыкнуться с мыслью, что я теперь не собственность ОБ?! Еще и Сорина втянул в свои игры! А ты! — мой палец переместился на бывшего секретаря. — Предал меня, чтобы выслужиться у Вана! Втерся в доверие, обманом проник в особняк! Что он тебе пообещал? Золота? Что там у вас в цене в твоем нищем мире?
— Софи, это же я! — помотав головой, Сорин поднял на меня осоловелые глаза. — Мы хотели помочь тебе!
— Помочь? Мне? — я не смогла сдержать смех.
