- Твою ж!.. - выругался майор, вмиг заменив обойму в пистолете, и продолжил стрелять.
На полсекунды обернулся, чтобы проверить, как там двое других.
Депутат уже наполовину исчез в ослепительном сиянии портала, а научник подталкивал в том направлении его ноги.
"Хороша парочка - один слабак, другой дурак! - со злостью подумал майор, отстреливая приближавшихся врагов. - Изволил же навязаться: всё ему покажи... попадёт "наверх" - и всем поможет... а сам-то за чужую спину прячется! И этот хорош: какого... надо было соваться сюда вот так, без подготовки, наобум?! Эксперимент, мать его... Ничего, вот вернёмся назад - всё сделаю, чтоб их "шарашку" прикрыли..."
В полных ярости криках остальных послышался отчасти и страх. Отряды остановились на небольшом расстоянии от троицы, из которой двое, судя по всему, старались залезть обратно в тот непостижимый круг света, а третий как раз их прикрывал, - и, чуть примолкнув, начали стягивать неизвестных в кольцо.
Но те явно не собирались ждать, пока их окружат и изрубят. Один уже точно скрылся за световой завесой, и второй готовился последовать туда за ним... Зрение у Эндла было острое, поэтому странную недобитву он со своего места видел во всех подробностях.
"А что, если они сейчас все исчезнут там и мы их не схватим? - задохнулся от страшной догадки воин. - Если это всё лишь проверка того, как у них это должно работать, и потом та штука откроется... во дворце Огненного Властелина?.. Нет, не бывать этому! Я остановлю их любой ценой! Это же мой долг - охранять нашу землю от этих исчадий Льда..."
И новоявленный герой спрыгнул с укрепления на снег и - с копьём в одной руке, с мечом в другой - побежал к ярко-белой дыре в неведомое.
Его пытались задержать, кричали, вразумляя, но он не сбрасывал скорости. Надо было успеть до того, как враги смоются к себе в логово...
Последний из "пришельцев", забираясь в световой круг, заметил подбегающего Эндла и вскинул руку с зажатой в ней какой-то штуковиной.
Опять раздался этот резкий грохочущий звук - но теперь гораздо ближе, так что боец едва не оглох. Живот скрутила резкая боль, Эндл едва сдержался, чтобы его не вырвало прямо на бегу.
Наверное, это то же самое, что убивало воинов гарнизона... Вот только что это за нездешняя сила?..
Силы стали резко покидать Эндла. Копьё выскользнуло из пальцев, но он обеими руками перехватил короткий меч и в последнем отчаянном прыжке, оттолкнувшись от снега отнимающимися ногами, влетел с зажмуренными от света глазами в эту нестерпимую белизну.
Миг, два - и белый круг начал менять оттенки, полыхать бледно-синим и красным... а затем будто схлопнулся и пропал, - как вовсе его и не было.
Взбудораженный гарнизон снова погрузился во тьму. Однако сейчас в нём недоставало одного человека.
* * *
Санкт-Петербург, XXI век.
- ...Он зарубил их, - рассказывал Гречко тихим низким голосом, в котором не было прежней ярости - а только лишь затаённая боль, прорывавшаяся наружу. - Всех, до кого смог дотянуться своим мечом. Это я узнал уже много позднее остального... Той ночью в месте расположения института прогремел взрыв, который разнёс здание чуть ли не в куски. Очевидцы - охрана депутата, дежурившая снаружи, - говорили, что никогда более не видели такой белой и яркой вспышки. Вероятно, учёные принялись глушить портал - и чего-то там не рассчитали... или Эндл в самый ответственный момент вмешался...
На этом месте Гречко посмотрел Георгию в глаза, но тот не отвёл взгляд, готовясь услышать самое важное, к чему и подводил советник юстиции, а по совместительству - глава ГООНЧ.
- Но ясно точно: спасся оттуда только один человек. И его имя было - Ярослав Зарницын. Тот самый, да. Что ж, эта страница его биографии не лежит в свободном доступе... После взрыва в институте ФСБ от греха подальше забила на учреждение - тем более, что кругом был бардак, а знания выжившего всё равно не могли заменить всей хранившейся в НИИ документации.
Зарницын уехал в Питер и стал зарабатывать на жизнь писательством. Именно потому, что ему надо было как-то выживать первое время в другом городе, в следующем девяносто шестом году он опубликовал сразу шесть романов: старые, написанные параллельно с работой в институте, - и свежие, навеянные октябрьской катастрофой. Среди них - и известные "Осенние приходы", где искажённо отразились события той роковой ночи...
- Погодите-ка...
Георгий приподнял палец над уровнем подоконника, чтобы "гончий" не воспринял это как угрозу. Но всё равно жест привлечения внимания вышел так себе, поэтому пришлось прокашляться и спросить:
- А вам-то откуда всё это известно? О других мирах, о магии?.. Вас же не было при тех событиях - да и давно они были-то... И главное: какое отношение это имеет к ГООНЧ, хотелось бы мне знать?
- То, что все там говорили и делали, я, конечно, домыслил. Но, думаю, в общих чертах всё было примерно так. А ты ведь так и не понял...
Голос у Гречко задрожал - то ли от отчаяния, то ли снова от ярости.
- Я сам - из того мира! Эндл Грэхт - мой родной дед! Моё настоящее имя - Кыйгл Грэхт... из народа Огненных...
Голос сорвался. Глаза напряжённо вперились в Георгия - видимо, чтобы проследить за его реакцией на это неожиданное признание.
- Вот как? - поднял бровь следак. - Что ж, это многое объясняет...
- То есть тебя не удивила сама возможность того, о чём я только что сказал?
