– Я предпочитаю такое место, где было бы поменьше работы и побольше денег. Но почему ты так копаешься и до сих пор не можешь устроить меня? А еще когда-то заводил шашни с Амелией! Ведь она теперь жена «Лошадиной челюсти».
– Тише, тише! – смутившись, пригнулся к столу Генри. – Ты же знаешь, что мисс Амелия просто дружила с Мери.
– Знаю, – нехорошо засмеялся Джемс. – Но ты так был ей предан, что даже голосовал за туннельного губернатора, потому что ей этого хотелось.
– Неправда, Джемс, я голосовал за работу, которую мы с тобой получили здесь.
– К черту работу! Я понимаю еще, когда на эту проклятую Аляску шли за золотом. Тогда можно было и померзнуть и поголодать.
– Правильно, парень! – опять вмешался здоровый детина с железной дороги Бильта. – Прежде сюда бежали, чтобы набить себе карманы золотым песком. Но теперь не те времена. Теперь сюда бегут, чтобы набить себе брюхо солониной. Но это все-таки лучше, чем ходить по Нью-Йорку с пустым желудком.
– Мне удалось повидаться с миссис Кандербль, – тихо продолжал Генри. – Она обещала замолвить за тебя словечко, как только ей удастся увидеть мужа.
– Что, разве ей это редко удается?
– Да, она рвет и мечет, что совсем его не видит. А когда Амелия вне себя, то плохо приходится всем ее служанкам, да и мужу нельзя завидовать. Работает, как лошадь, а…
– Именно как лошадь! – злобно перебил Джемс. – Он и нас заставляет работать и жить, как скотину.
Джемс встал, отодвигая пустую тарелку. Генри тоже поднялся.
– Какая бы ни была работа, это все-таки дело для рук, – сказал он.
– Тебе обязательно хочется что-нибудь делать? – насмешливо спросил Джемс.
– Хо-хо-хо! – засмеялся за соседним столом начавший хмелеть детина. – Хотел бы я посмотреть на того, кому хочется что-нибудь делать! Хо-хо-хо!
– Я не говорю этого, – сказал смущенный Генри, оправдываясь. – К необходимости работать я отношусь так же, как и каждый из нас. Но я хочу иметь заработок, и мышцы мои требуют работы. В Нью-Йорке я не знал, куда девать свои руки.
– Хо-хо-хо! Он не знал, куда девать свои руки! Надо было засунуть их в карман! – кричал пьяный.
– Мне так и приходилось делать.
– Да не в свой карман, хо-хо-хо! А в чей-нибудь, в котором было бы не так пусто, как в вашем. Хо-хо-хо!
Бутылки на буфетной стойке зазвенели от общего хохота. Покрасневший Генри не знал, куда деваться.
– Пойдем сыграем в рулетку. Ведь у тебя сейчас, по крайней мере, есть деньги. – Джемс покровительственно положил руку на плечо брата.
– Нет, Джемс, – возразил Генри, – ведь мне уже пора ехать в туннель. Я только хотел повидаться с тобой.
Братья вышли из салуна, кутаясь в шарфы. Джемс не переставал ворчать, проклиная Герберта Кандербля – виновника бед и несчастий всех работающих на строительстве Туннель-Сити. Перед ними тянулась прямая широкая улица – неизменная во всех американских городах Мэйн-стрит. Близнецы-коттеджи обступали занесенную снегом асфальтированную дорогу.
Сзади послышались автомобильные гудки.
– Едут, везут! – со злостью обернулся Джемс.
Они отошли в сторону. Мимо со свистом пронесся неимоверно длинный грузовик. Он походил на занесенный снегом барак, сорванный ураганом и несущийся теперь по ровной снежной дороге. Комья снега летели из-под гусениц. Кусок льда попал в Джемса и вызвал новый поток ругательств.
Со свистом пронесся другой грузовик.
– Тюбинги, – сказал Генри.
– Лучше бы это было виски, – заметил Джемс.
– А все-таки этот Кандербль умеет наладить дело, – сказал задумчиво Генри. – Грузовики несутся и в пургу и в дождь, и даем и ночью. Тюбинги для туннеля доставляются строго по расписанию. Сколько тысяч миль приходится пройти этим машинам!
– А мне совершенно безразлично, сколько миль они пройдут. Я не шофер, а грузчик. Я получаю не с пройденных миль. По мне, лучше, если бы они все застряли в пути. По крайней мере, мне платили бы тогда за простой и не пришлось бы надрываться.
– Это верно, – нехотя согласился Генри, – но все-таки…
– Когда идет в туннель пассажирский бас? – спросил Джемс.
– Уже скоро. Мне надо поторапливаться.
– А это очень страшно – ехать под водой? Мне кажется, я не смог бы жить там целую неделю.
– Нет, Джемс, это не очень страшно. И потом, все время проходит в работе, едва удается поспать. Право, даже некогда подумать, что ты под водой.
– А мне кажется, что когда я попаду в ваш ад, то только и буду думать, что нахожусь в сотне миль от берега и в трехстах футах подо льдом. Но все-таки это лучше, чем проклятый холод… Я провожу тебя до баса. Мне хочется посмотреть, как это ты отправляешься к подводному черту.
Пройдя несколько блоков, братья оказались перед довольно крутым спуском. Высокий забор предохранял от снежных заносов глубокую, похожую на ущелье выемку. Целый караван из нескольких десятков грузовиков, подобных тем, которые пронеслись по Мэйн-стрит, стоял в самом начале спуска. Около них толпилось много людей, оживленно жестикулирующих.
– Пойдем, – предложил Джемс. – Кажется, пахнет дракой.
Около одной машины собрались водители автомобилей. Парень в куцей – видно, с чужого плеча – дохе, с развевающимся шерстяным шарфом стоял на подножке и выкрикивал в морозный воздух:
– Если «Лошадиная челюсть» не гарантирует нам прибавки за скорость и одного галлона виски на каждый рейс, мы откажемся от доставки тюбингов!
– Правильно! – послышалось из толпы. – У Боба Стремса отломили руку, словно она была стеклянная. Отнесем эту руку «Лошадиной челюсти». Они должны заплатить семье Боба Стремса. Нам нужны не тюбинги, а продовольствие!
– Туннель-Сити второй день сидит без виски.
– Парни, – возвысил голос человек на подножке, – забирайте ключи от ваших машин и пойдемте в салун.
Джемс и Генри стояли поодаль, с интересом прислушиваясь. Толкнув брата. Джемс прошептал:
– Кажется, есть на что посмотреть.
К автомобилям приближалась группа людей в удобных меховых одеждах и меховых мокасинах. Впереди широким шагом шел высокий человек. Один из водителей, стоявший к нему спиной, не успел посторониться и отлетел в сторону от грубого толчка.
Высокий в мехах остановился перед шофером в дохе:
– Гей! В чем дело? Сойти с подножки!
Человек в дохе нехотя повиновался.
– Добрый вечер, мистер Кандербль! Ненастная погода, не правда ли? – робко начал он.
– Я боюсь, что этот вечер не будет добрым для вас. Почему колонна грузовиков до сих пор не ушла в туннель? Если тюбинги запоздают в подводный док на десять минут, я выгоню всех вас в тундру!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
