— Любимая, позвони в полицию. Инспектор О'Малли сейчас в деревне. Я не сомневаюсь, что ему будет интересно встретиться с этим липовым священником.
Как только Женевьева скрылась на кухне, Кендрик обратил взор на своего пленника. Он опустил меч и выхватил свой нож у того из плеча.
— Я же кровью изойду! — заверещал мужчина.
— Ничего, выживешь. А теперь отвечай, кто ты? И не вздумай плести сказки о том, что ты священник!
— Я буду говорить только в присутствии своего адвоката.
Кендрик схватил мужчину за горло и приподнял его с пола.
— Если ты не скажешь мне то, о чем я спрашиваю, то ты не доживешь до приезда своего адвоката. В этой комнате вместе с тобой только я да мой товарищ. Ты его ранил. Тебе не пришло в голову, что я могу проткнуть тебя насквозь и заявить, что сделал это в целях самозащиты?
— Кто вы? — выдохнул неизвестный.
— Кендрик де Пьяже, лорд Сикерк. И твой палач, если ты не начнешь говорить.
— Но вы же призрак!
— Неужто я похож на призрака? Думаю, что нет. А вот ты у меня сейчас точно станешь призраком, если не начнешь отвечать на вопросы. Что ты здесь делаешь?
— Я приехал, чтобы провести обряд экзорцизма!
— Merde, — прорычал Кендрик. — Назови настоящую причину. — Он снова привалил мужчину к двери и приставил лезвие меча к его горлу. — Говори, пока у тебя еще есть голос.
Так как пленник не удосужился ответить, Кендрик разрезал фальшивый воротничок священника и движением руки отбросил его прочь.
— Мне поручили выкрасть женщину, — выпалил мужчина. — И доставить ее в деревню. Мистер Макшейн сказал, что это будет очень легко сделать. Мистер Макшейн мне солгал!
— Брайан Макшейн? — спросил Кендрик. — За каким чертом ему нужна Женевьева?
Мужчина робко покачал головой.
— Не знаю, ваша светлость. Я всего лишь работяга, который старается изо всех сил, чтобы прокормить семью.
Кендрик сурово сдвинул брови.
— С сегодняшнего дня тебе надо будет придумать другой способ зарабатывать на хлеб, старина. А теперь говори, где ты должен был встретиться с нашим славным мистером Макшейном?
— В гостинице. Если подняться по лестнице, то первая комната налево. Он сказал, что будет меня ждать.
— Тогда не будем заставлять его ждать слишком долго. Ройс, где Женевьева?
— Я здесь, — сказала она, направляясь в их сторону.
— Перевяжи Ройсу руку, хорошо? Мы сначала поедем с ним в больницу, а затем уже займемся мистером Макшейном.
Кендрик не спускал глаз с пленника, слушая как Ройс ворчит и чертыхается себе под нос. Женевьева не издала ни звука. Затем он почувствовал, что его отодвигают в сторону, и кулак Ройса угодил прямо в лицо липового священника. Кендрик хотел было остановить своего капитана, но потом раздумал. На его месте он бы поступил точно так же, если бы внезапно жена не оказалась в его объятиях.
— Просто не могу поверить, — хрипло прошептала она. — Брайан Макшейн? Что ему нужно от меня?
— Скоро мы об это узнаем, любимая, — сказал Кендрик, стараясь унять гнев. Брайан Макшейн мог считать себя покойником. Скорее всего, именно адвокат был причиной всего того ужаса, который пришлось пережить Женевьеве. И он заплатит за это.
— Ройс, он без сознания, — сказал Кендрик, хватая капитана за руку. — Оставь его. По дороге мы заскочим к инспектору, думаю, он освободит нас от этого бремени.
Ройс взвалил мужчину себе на плечо и понес его вниз по лестнице.
— Смотри, не испачкай мне кровью машину, — предупредил Кендрик Ройса, пока тот устраивался на заднем сидении рядом с бессознательным телом священника.
— Твоя забота просто ранит мне душу, дружище.
Кендрик с улыбкой посмотрел в зеркало заднего вида. Ройс подмигнул ему в ответ, и Кендрик подумал, что с его другом все будет хорошо. Сейчас ему надо было приложить все усилия, чтобы найти Брайана Макшейна и продлить ему жизнь ровно настолько, чтобы тот успел изведать все муки ада на земле.
Эта мысль показалась ему особенно приятной.
Глава тридцать первая
Брайан натянул шляпу пониже на глаза и ссутулился на сидении. Идея сесть на поезд пришла в порыве вдохновения. А направиться в Шотландию вместо Лондона было вообще гениальной задумкой. Сначала в Эдинбург, а оттуда — самолетом в Америку. Мысль о том, что придется жить в Штатах приводила его в ужас — эти надоедливые американцы с их нецивилизованными манерами — но он с этим справится. По крайнем мере, он останется в живых. Ему повезло, что все свои деньги он недавно перевел в швейцарский банк. Было бы величайшей глупостью возвращаться сейчас за ними домой и выгребать их из матраса.
Мерное постукивание вагонных колес должно было бы действовать на него умиротворяюще. Но почему-то этот звук не давал ему расслабиться и держал в постоянном напряжении. Именно так стучали о стену его ноги, когда Маледика стиснул Брайана за горло и поднял его вверх с такой силой, что ноги у того конвульсивно задергались в воздухе. Адвокат нервно потянул за воротничок рубашки. Боже, помоги ему.
Несколькими часами позже, на слабеющих ногах, он сошел с поезда. Он не хотел ехать на автобусе до аэропорта. Ему хотелось поймать такси и упасть на заднее сидение. Шатающейся походкой он подошел к кромке тротуара и открыл дверцу. Ему повезло: машина оказалась свободной. Все же он не до конца растерял чувство осторожности.
— В аэропорт, — сказал он, падая на заднее сидение. — Да поторапливайся!
Он услышал, как кто-то дернул дверцу с другой стороны, и, не открывая глаз, покачал головой.
— Мне не нужны попутчики.
— И куда же ты собрался, маленький крысеныш?
Брайан раскрыл рот, но не успел закричать. Маледика стиснул рукой его горло.
— Поезжай в какое-нибудь уединенное место, — велел Маледика таксисту, кинув тому пачку стофунтовых банкнот. — И держи рот на замке. Если меня подождешь, я заплачу тебе за дорогу до аэропорта. А может, мой слуга уже расплатился? Вот так удача!
Брайан закрыл глаза в полной уверенности, что молиться уже бесполезно, ведь жить ему осталось совсем недолго. Ему было немного жаль того льва в своей душе, которому так и не довелось проявить себя ни разу в жизни. Может, сила его характера даст о себе знать на том свете, куда он, без сомнения, очень скоро попадет.
Какая жалость. Между всего прочего, ему не доведется увидеть Маледику, униженно молящего лорда Сикерка о пощаде. Особенно после того, как перед отъездом из деревни Брайан видел, как мнимый призрак выходит из машины. И уже не как бестелесный дух, а вполне живой человек.
Машина притормозила в темноте.
