и открыто предлагавшую ему себя. Не только тело, но и душу. Ту, которая простила его скотское поведение и тревожилась о его здоровье.
— Вы слишком добры ко мне, Лика! — наконец с горечью вымолвил Раян. — Я этого не стою.
— Позвольте уж мне решать!
Резко повернув голову, девушка встретилась с ним взглядом.
— Хорошо, решайте, — мягко ответил магистр, борясь с искушением очертить пальцем абрис ее лица. — Заодно почитаете про откаты. Обычно изучают только энергетические, но существуют и эмоциональные.
— Да, понимаю, — вздохнула Лика.
Взгляд ее потух. Девушка, понурившись, отошла в сторону.
— Я все понимаю, мастер. Встреча с бывшей невестой, убийство магистра Ульбрихта, сложнейшие заклинание, отсутствие права на ошибку… Я понимаю и не осуждаю вас.
Чуть помолчав, Лика попросила:
— Забудьте то, что я вам сказала.
Ему хотелось прокричать, чтобы и она забыла его глупые слова, но вместо этого Раян одеревеневшим голосом произнес:
— Я рад, что инцидент исчерпан. Однако мое предложение поужинать все еще в силе.
— Хорошо, — легко согласилась Лика. — Надеюсь, за ужином вы расскажете, как собираетесь с помощью крови поймать стригессу. Мне ведь придется вам помогать.
— Увы! — развел руками Раян. — Я немного обманул честную компанию. Не спорю, некромаги и не на такое способны, но я, как подтвердил «Глоток правды», к ним не отношусь.
— То есть я зря собирала кровь? — пригорюнилась девушка и украдкой коснулась пылавших губ.
Голова все еще кружилась после несовершившегося грехопадения. Ноги и руки подрагивали. Несмотря на дерзкое предложение, она испытывала жгучую неловкость и старалась лишний раз не смотреть на Раяна.
— Нет, она пригодится для амулета и поискового заклинания. Хотя, — туманно обмолвился магистр, — возможно, мы и безо всякой магии скоро отыщем Альму.
Дора честно отработала серебряную монету, с утра передала через привратника записку с крайне любопытными сведениями. Раян пока не спешил давать им ход: он мог ошибаться. Снявший квартирку мужчина не представился, да в таких местах документов не спрашивали, были бы деньги. Хозяйка снабдила Дору лишь описанием внешности.
Однако думать об Альме и ее подельнике сейчас не хотелось вовсе. Нанесенное Раяном ранение временно загонит стригессу в нору — заговоренный нож опасен даже для нежити. Можно на время выдохнуть, а завтра… «Главное, — с горькой усмешкой подумал Раян, — чтобы это завтра наступило».
Украдкой покосившись на Лику, он залюбовался ее профилем, четко обрисованным фонарем.
— Что-то не так? — девушка живо отреагировала на его взгляд.
— Да вот гадаю, какое платье вы себе заказали. Розовое?
— Магистр!
От возмущения Лика притопнула ногой.
— Впрочем, какая вам разница, — тут же спохватилась она.
— Большая, Скотт. Надо же отыскать вас в толпе, чтобы пригласить на танец.
— Танец… — словно зачарованная, повторила Лика.
— Не пугайте меня, Скотт! Вы ведь умеете танцевать? Если нет, все равно не отвертитесь, я вас научу. Поверьте, танцую я намного лучше, чем целуюсь, — задорно, по-мальчишечьи подмигнул он.
— Не наговаривайте на себя, мне очень нравятся ваши поцелуи.
— Оно и заметно по вашему поведению, — пробурчал Раян и взмахнул рукой: идемте! — Лучше бы об учебе, а не о мужчинах думали. Будто я не в курсе, что вы последнюю тренировку завалили! Учтите, я не Ромель, освобожусь, стану гонять, пока не получится. Надо — всю ночь.
Он не стал говорить, что отныне не оставит с ней Ларса наедине.
* * *
Губы Раяна беззвучно шевелились. Постоянно сверяясь с потрепанным гримуаром, он капля за каплей отделял человеческую кровь от крови стригессы.
Тонкая рукописная книжица, заветный труд некромага, лежала на столе, манила вновь открыть себя. Магистр пока боролся с искушением, но опасался, что уступит, как в субботу с Ликой. Она мирно спала там, внизу, а он бодрствовал. Альма быстро оправится, нужно спешить.
— Придется не спать. — Раян звякнул пробиркой. — Завтра понедельник, интересно, что я этим оболтусам покажу? Главное, не убил бы кого-то… Или попросить Ларса? Нет ничего опаснее невыспавшегося преподавателя, вздумавшего обучать стихийников обратной магии.
Ну вот, кажется, готово.
Магистр закрепил на штативе обе пробирки и отошел, любуясь переливами цвета.
Люди боялись крови, он же воспринимал ее как ценный ингредиент.
— Та, от Гадара, тоже пригодится. Жаль, свернулась, но ничего.
Раян бережно наклеил на пробирку название — Гадар Ульбрихт стоил того, чтобы его имя увековечили — и убрал в шкаф.
Взгляд магистра вновь упал на книгу. Зачем он только вытащил ее? Не прошло и двух дней, как Раян практически поклялся Лике, что больше не притронется к некромагии… «Вот именно — практически, но не поклялся», — искушал внутренний голос.
Там, в книге, было то, за что Раяна упекли бы в Специальную тюрьму до конца дней, а то и вовсе казнили.
Поддавшись искушению, магистр зашелестел страницами.
Вот оно. Требовались капелька крови и какая-нибудь личная вещь жертвы. Ну и самая малость — обращение к Аспису. Стоит вступить в его свиту, и Ойм забудет о стригессе.
Стук в окно заставил Раяна вздрогнуть, отпрянуть от опасной книги. Будто сам Создатель сущего отговорил его от непоправимого!
Взгляд магистра лихорадочно заметался по сторонам: убирать ли пробирки, реторту?
Камушек вновь ударил в стекло. Не показалось.
— Кто там пожаловал по мою душу посреди ночи? — проворчал Раян и отправился открывать.
Лучше впустить, пока визитер не разбудил Лику.
При мысли о ней, спящей, лицо расплылось в улыбке.
Конечно, он не мог ее изнасиловать, взять в каком-то темном переулке! И уж точно в первую совместную ночь целовал бы иначе, ласкал, бастион за бастионом принимая капитуляцию крепости.
«Альма», — строго напомнил себе Раян. Пока она жива (назовем так ее нынешнюю форму существования), Лика в опасности. Не хватало только, чтобы магистр расслабился на любовном ложе, заснул, а утром обнаружил бездыханное тело. С Альмы бы сталось! Она успела доказать свою магическую состоятельность. А уж если у нее завелся помощник…
— Ларс?
Раян исподлобья разглядывал бывшего ученика и не спешил его впускать.
— Какое совпадение, я только что думал о тебе.
Магистр все же посторонился, и Ромель бочком протиснулся в прихожую. Он напоминал побитого бродячего пса. Обычно приподнятые уголки губ поникли, глаза бегали. На рукаве пальто Раян заметил пятна крови. Нахмурился, но до поры промолчал.
— Нам нужно поговорить. Лика, — Ларс покосился на темную гостиную, — здесь?
Раян кивнул.
— Поговорим в кабинете.
Ларс первым поднялся по лестнице. Магистр тенью следовал за ним. Стоило закрыться двери кабинета, как он строго поинтересовался:
— Откуда кровь?
Ромель опустил глаза. Рука
