Торир успел метнуть копье, оно прожужжало, задев волосы Ивара, и воткнулось в снег. Берсерк отрубил Ториру ногу и вовремя отпрыгнул назад, его едва не придавило бьющимся в конвульсиях конем. Торир хрипел под крупом коня и не мог выбраться. Следующим ударом Ивар отрубил главному врагу голову. Он схватил ее за бороду и с диким хохотом бросил в пеших солдат.
Орм в таком же темпе накинулся на знаменосца. Тот выпустил знамя, схватился за меч, но получил такой удар дубиной в бок, что вылетел из седла.
Пешие дренги Гуннвальд кинулись в атаку. Вокруг Астрид сгрудились Коль, Хрут и двое освобожденных рабов с фермы Эгиля Низкого. Хрут успел выпустить две стрелы до того, как закипела рукопашная.
Сердце Дага отбивало полторы сотни ударов. Он выскочил из-за плеча Торольва и замахнулся своим топором.
Байгур напал на третьего всадника, но чуть-чуть опоздал. Их было двое на конях против него, одного. Байгур перехватил за острие целившее в него копье и дернул на себя. Всадник невольно подался вперед. Байгур метнул секиру ему в лоб. Секира с хрустом вошла в кость. Последний уцелевший всадник ударил Байгура сзади. Он угодил в плечо, пробил плотную кожу куртки, но глубже копье не прошло.
Размахивая «Несущим гибель», Ивар накинулся на пеших дружинников. Те невольно попятились, так страшен был берсерк. Ивар сам наткнулся грудью на их копья, одно перерубил, другое откинул в сторону и страшным ударом с плеча почти разрубил ближайшего дренга пополам.
Коль, Торольв и Хрут схватились каждый с одним из противников. Стало так тесно, что солдаты убитого Торира не могли орудовать копьями. Торольв пробил нападавшему воину доспех, тот ответным ударом ранил старику руку.
Позади завизжали женщины. Астрид передала сына служанке, сама спешилась и со скрамаскасом в руке встала рядом с Дагом. К ним осторожно подбирались четверо. Двое освобожденных рабов махали мечами, не подпуская их близко. Железо звенело о железо, но враги не отваживались подступиться. Потеряв главаря, они заметно растерялись.
Байгур вырвал из плеча копье и ударил секирой в ногу всаднику. Тот вовремя поджал ногу, лезвие воткнулось коню в бок. Несчастное животное помчалось прочь, унося седока. Байгур вовремя развернулся и с тыла напал на солдат, окружавших Ивара.
Улучив момент, Даг выступил вперед и с трех шагов метнул топор, как учил его Орм. Удар пришелся в край шлема, разрубил его вместе с височной костью.
— Отлично, звереныш! — завопила Астрид, замахиваясь на другого норвежца.
Даг отскочил назад, едва не получив копьем в живот. Из притороченной к седлу сумки он выхватил чей-то меч, слишком тяжелый для него. Тем временем кто-то воткнул копье в живот одному из освобожденных рабов. Другой смело отбивался, раненный дважды. Заметив брешь в обороне, ему на помощь кинулся Вшивая Борода. Раненую правую руку старик прижимал к груди, но и левой орудовал умело. Меч в его ладони вертелся, как хворостинка.
— Бей их, отродье ведьмы!
— Будьте вы прокляты!
Откуда ни возьмись, в гущу вражеских солдат впрыгнул Орм. Двое в кольчугах уже тянулись жадными руками к ребенку, Олав плакал и отбивался ногами, служанка высоко подняла его на вытянутых руках. Вторая служанка, пожилая, лежала ничком и держалась за голову. Орму негде было замахнуться дубиной. Он отбросил ее, схватил одного солдата за глотку голыми руками и свернул ему шею. Другой замахнулся секирой, но получил удар в затылок от Коля. Ребенок снова был спасен.
Хрут один на один бился против тощего парня в длинной кольчуге. Дружинник Астрид наносил точные удары, но не мог прорубиться сквозь германскую сталь. Его соперник смеялся. Коль был ранен и сидел, скрючившись. С его лица в снег часто капала кровь.
Ивар и Байгур сражались спина к спине против шестерых опытных охотников. Те нарочно выжидали, наносили удары издалека, хорошо зная бешеный нрав берсерков. Пока ни одна из сторон не могла взять верх.
От запаха крови лошади Астрид взбесились и бросились в стороны, унося с собой поклажу.
— Даг, догони! — крикнул Торольв.
Северянин предпочел бы еще кому-то разбить голову, но ослушаться старика не решился. Лошадь удирала, проваливаясь в сугробы, и уносила на себе половину всей провизии. Кинувшись наперерез, Северянин легко догнал ее, повис на сбруе и кое-как успокоил. Он привязал лошадь к деревцу и побежал назад.
Ивар снова обманул противника. Он сделал ложный выпад, затем присел и ящеркой проскользнул под копьями. Мечом он пронзил грудь самого сильного воина, удар был так силен, что лезвие на локоть вышло из спины, разодрав двойную кольчугу. Не успел еще враг упасть, как Ивар схватил с его пояса меч и обрушился на соседа.
У Байгура выбили из рук секиру. Он не растерялся, прыгнул на рыжебородого силача и впился зубами ему в горло. Рыжебородый завопил, как свинья под ножом повара. Байгур вырвал из его горла кусок мяса, кровь хлынула фонтаном. Отшвырнув жертву, Байгур обратил страшный лик на уцелевших бойцов Торира. Те попятились и вдруг… стали отступать, все быстрее и быстрее.
Кто-то подобрал стяг Гуннхильд. Орм кинулся на этого человека и разнес древко в щепки. Следующий удар у них получился одновременно. Двое богатырей сшиблись с такой силой, что отлетели друг от друга.
— Звереныш, иди сюда! — Астрид вцепилась Дагу в плечо, ее хватка оказалась неожиданно сильной.
— Не мешай мне! — Северянину не терпелось ринуться в бой и помочь Торольву.
— Стой рядом, ты должен охранять меня! — приказала вдова конунга.
— Сколько вам заплатили, гадюки? — выкрикивал Вшивая Борода. — Вам заплатили, чтобы убить законного наследника?!
Торольв отступал под ударами коренастого плосколицего дренга, чем-то похожего на финского охотника Тойво. Наверное, этот человек был наполовину из саамов. Он дрался правильно, нанося длинные косые удары от плеча, и даже давал раненому противнику время на ответный замах. Но старик заметно ослаб, его оружие лишь высекало искры из кольчуги. Еще двое таких же полукровок-саамов теснили Коля и уцелевшего клейменого мужичка. Еще немного — и эта троица снова подберется к малышу!
Даг неожиданно для самого себя перехватил меч двумя руками, пригнулся и со всего маху всадил в не защищенную железом ногу саама. Меч проткнул ногу вместе с сапогом и ушел в землю. Плосколицый дренг заорал и попытался дотянуться до Дага. Северянин отступил назад, потерял равновесие и шлепнулся в снег. Топор просвистел над ним. В следующий миг Торольв одним размашистым движением срубил сааму нос и челюсть. Тот упал навзничь, так и не сумев освободить ногу от меча Дага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
