корабля следовало искать где-то в его центральных областях, так она оказывалась наиболее защищенной от всех внешних воздействий. Туда и направился. Персонально для себя гравитацию было не трудно при помощи магии создать. Ногами намного привычнее было, чем летать пытаться.
Очередной вскрытый отсек удивил сохранившимся освещением и атмосферой, быстро выходящей через проделанное нашим героем отверстие в переборке. Этак есть шанс и на выживших наткнуться. Вот только вопрос, как быть с атмосферой? Местную он при проделывании проходов выпускает, а смогут ли инопланетяне земным воздухом дышать — вовсе не факт. Решил в следующий раз попытаться переходный тамбур сделать, чтобы местную атмосферу полностью не терять. Правда, удастся ли дверь после ее вскрытия и прохождения через нее обратно герметично закрыть? Но попытаться, все же, можно.
Сам удивился, но все вполне неплохо получилось. Небольшая часть атмосферы, конечно же, улетучилась, но именно, что небольшая. Зато проход точно герметично закрыл. Наглухо запаял. Магия земли рулит, хотя и вовсе на каком-то синтетическом материале, а не на камне сработала.
Первый труп попался едва ли не сразу, как смог ту дверь заварить. Внешне, так ничем от человека не отличался. Европеец, если в земные расы переводить. Часть лица кровью залита, очевидно, от встряски в результате драконьей атаки об переборку разбился. Или еще какая-то другая травма была. Целительство у Александра так и осталось на зачаточном уровне, диагностику у себя провести мог, и у других с пятого на десятое, но только у живых, а тут труп, он весь для диагностического заклинания в черно-красные тона тяжелых и смертельных повреждений раскрашен.
Дальше трупы стали чаще попадаться. Очевидно, что к важной части корабля приближается. А вот живых так и не было.
Корабельную рубку Александр определил по толщине двери, закрывавшей в нее проход. Хотя, если точнее не рубку, а то, что помещение за дверью представляет из себя что-то очень важное. Очень серьезная дверка, если ее обычным механическим способом вскрывать, только он же не механически, а магически ее открывал. И тут магия земли выше всяких похвал отработала. Даже еще проще, чем на тонких переборках. Концепт открытия прохода среди скал опирался, помимо всего прочего, на толщину основания, в котором проход проделывался, толстенные, словно в банковском сейфе, створки только вжикнули, разъезжаясь по сторонам. И тут же стробоскопом зарябила плюющаяся плазмой внутренняя защитная турель. Недолго. Не дожидаясь, пока его защитные поля разрядятся, маг смахнул ее телекинезом со стены, откуда только столько силы для этого почти бытового заклинания отыскалось!
Рубка. Очередные мертвецы, куча непонятных приборов, экраны, большей частью погасшие, но парочка вполне рабочих, какие-то схемы высвечивали. И как только ему могла прийти в голову мысль, отыскать в сооружении совершенно чуждой цивилизации хоть какую-то понятную информацию?! Вот он на месте и что? Пожав плечами, отправился в обратный путь. Малым порталом, встроенным подобно Пространственному хранилищу в саму его ауру, он, конечно, разжился у тех же оборотней клана Ррхнехр, при случае, но все же не его это профиль, не тренировался, как следует. Портал в его исполнении всего на пару сотен метров мог перемещать, а тут Александр явно прошел расстояние в несколько раз дальше. Благо, все двери, за исключением той, заваренной, открытые, вернуться легко будет. И ману на лишние порталы тратить не придется.
Уже подходил к выходу из рубки, когда сзади чей-то голос раздался.
— …, - понятно, что язык незнакомый. Александр на месте крутанулся, не понимая, как он смог живого человека не определить среди той кучки мертвецов, что в креслах перед дисплеями развалились.
Уф! От сердца отлегло, не просмотрел он, нет там живых, это искусственный интеллект с ним пытается коммуникацию наладить. Александр чисто для проформы перебрал знакомые языки, сказав по фразе не каждом. Инопланетяне же, откуда тут могут быть знакомые языки? Неожиданно корабельный разум оживился, разразился в ответ несколькими предложениями. Иванов не сразу, но признал в них образчик все того же санскрита, только сильно искаженного, отличающегося от известного ему примерно как язык сочинителя «Слова о полке Игореве» отличается от современной версии русского языка. Ну, знаете, где «мысью по древу». Вроде, оба слова очень узнаваемо звучат, но вот мысь из текста — это ни разу не то, чему оно созвучно. Древние славяне так белку звали. Вот и в общении с искусственным разумом возникли подобные коллизии. Только еще более сложные. В языке древних ариев просто не было большинства понятий, которые они обсудить на нем пытались. С пятого на десятое все же достигли понимания, что корабль в Солнечной системе транзитом пролетал, не было у него задачи ее исследовать. Слишком далеко расположена местная звезда от всех центров галактической цивилизации. Но теперь шалишь, сигнал о нападении отправлен, не сразу, но на него прореагируют, когда корабль к месту назначения вовремя не прибудет. В последнем Иванова не нужно было убеждать, сам помнил, что в прошлый раз небольшая эскадра пришла на третий год после уничтожения первого звездолета.
Между тем, корабельный искусственный интеллект, даром, что искусственный, оказался не чужд любопытства. Захотел получить информацию, что тут у них происходит и что за странное чудовище их корабль уничтожило. Вот только языковая проблема этому сильно мешала. Искин и предложил человеку до медсекции сходить. Там, мол, есть специальный прибор, предназначенный как раз для записи в мозг диких аборигенов языка просвещенных галактов. Ну, Александр именно так его понял, все же их разновременной санскрит подходил в качестве языка для общения чуть лучше, чем совсем никак.
До медсекции Иванов дошел по световым указателям. Искин дорожку подсветил. А уже в медсекции, следуя еле понятным указаниям все того же искина, отыскал какой-то странный шлем, одел его на голову и нажал кнопку. Спросите, с какого перепугу Александр вдруг врагу поверил и непонятные манипуляции над собой совершать начал? Так интуиция его в таких действиях ничего опасного не усмотрела. Напротив, всеми виртуальными конечностями только «за» голосовала.
Очевидно, все же отключался Иванов в процессе перекачки к нему языка пришельцев, но ненадолго. Очнулся от воплей Духа в своей голове:
«Ну, давай же, приходи в себя, неженка»!
К себе, на Землю, Александр Иванов вернулся к вечеру. Подал сигнал, на который супруга вновь портал открыла. А на месте корабля пришельцев беззвучная вспышка расцвела. У искина твердый императив прошит был, в случае гибели всего экипажа и невозможности возвращения в место приписки, включить механизм самоуничтожения. Единственная лазейка и существовала, чуть отсрочить этот подрыв на время составления наиболее полного отчета о происшествии, чем искин и воспользовался. Но только не Иванова искин расспрашивал о боевых возможностях землян, а сам в
