Такой вот ультраконтрастный душ с утра подвезли, не обессудьте, товарищ Игорь. Настроение упало в ноль и вырасти хотя бы до приемлемых значений не обещало. А потом я вошел на кухню и обнаружил там маленький сюрприз. На столе стояло блюдо, накрытое миской вроде той, в которой попкорн подают. Рядом нашлась записка. Я взял клочок бумаги и вгляделся в знакомый почерк:
«Ты наверняка проспишь, поэтому не трать время на готовку. Если вдруг остынет — разогрей в микроволновке. До встречи. М.» Завершалось послание маленьким сердечком. Поневоле морда сама по себе разошлась в улыбке. Неужели жизнь для разнообразия решила перестать херачить мне по голове разводным ключом?
Когда снял миску, настроение еще улучшилось. На блюде во всей красе покоилась глазунья из двух яиц и два куска поджаристого хлеба. Сюда бы еще колбаски какой-нибудь… краковской или докторской. Хотя Моника же вегетарианка, о таком она и не подумает.
Яичница, конечно, успела подостыть, но я не обратил на это особого внимания — так нечеловечески хотел жрать. Потом свежим кофе отполировал, и совсем хорошо стало. В самый раз. После завтрака немного разморило, но я себя одернул. Рассиживаться нельзя, щас Саёри уже зайдет, а у меня еще не в шубе рукав.
В учебники я даже не заглядывал — алгебра, химия, обществоведение, история… так, а это что за кирпич? С обложки на меня глянул страхолюдный глаз. Однако вместо ужаса он вызвал только укол чего-то неясного… стыда, что ли? Юри наверняка ждет, что я прочитаю эту книжку, а я все забиваю и забиваю на нее. Надо бы как-то собрать в кулак все свои скиллы по технике чтения и одолеть этот шедевр современной беллетристики. Не забыл и про мангу Нацуки. Боже, надеюсь, что они сегодня меня не порвут.
Саёри сегодня была необычайно тиха и задумчива, что на нее совсем не похоже. Вернее, на ее, так сказать, публичную личность. Пару раз она порывалась меня о чем-то спросить, но никак не решалась. Что ж, придется самому пластырь сорвать.
— Что такое, Сайка? Опять твои тучки набежали? — поинтересовался я.
Она смущенно улыбнулась.
— Да нет, Гару, я их под контролем держу, в этих, как его, ежиных рукавицах, вот!
— Ежовых, — усмехнулся я, — а чего мнешься тогда все утро? Давай выкладывай, я тебя не укушу.
(если ты сама об этом не попросишь, хихихихи)
Саёри смутилась еще сильнее.
— Понимаешь, об этом… об этом не очень прилично говорить…
Ого. Неужто созрела для того, чтоб я ей про пестики и тычинки рассказал? Интересный поворот событий.
Я нахмурился, насупился и для пущей верности закатил глаза так, что снаружи остались только белки.
— Ты чего? — встревожилась Саёри.
— Да просто проверяю, не открылся ли мне случайно с утра навык телепатии. И похоже, что пока нет. Так что если тебе нужна помощь, придется словами говорить, по старинке.
На улице было довольно тепло, но Саёри все равно поежилась. Я тоже чувствовал себя не слишком комфортно. Щас как спросит что-нибудь в духе «а не спишь ли ты, дружок, с Моникой»? И что делать тогда?
(я ж говорю, тройничок, тройничок организуй, дурак!)
— Ты не мог бы помочь мне с компьютером? — промямлила Саёри.
Я ожидал чего угодно, любого личного вопроса. Но совсем не этого.
— Чё?
— Я… я, кажется, его сломала, — произнесла подруга с виноватым видом.
Когда услышал это, был готов расцеловать ее в обе щеки. Наконец-то дело, не связанное с минным полем человеческих отношенек, слава тебе, Макаронный Монстр.
— Каким образом? Давай во всех подробностях.
— Х-хорошо. В общем, я же говорила, что сегодня у нас по физике контрольная.
(к которой ты совершенно не готов)
Да и хер бы с ней. Учитывая, что здесь контрольные в виде открытых и закрытых тестов, это сущая халява.
— И когда я к ней готовилась, то решила… себя проверить. Зашла на один сайт, а там вылезла эта рекламка с предложением скачать разные типовые варианты с решениями. Я скачала, открыла архив, а потом экран взял и погас… — после этого она заговорила сбивчивее, — сначала подумала, что свет погас, но ведь лампа настольная даже не мигнула. Компьютер перезагрузился, но теперь там висит какая-то штука…
— Какая? — спросил я вкрадчиво. Хотя уже, в принципе, понимал. Скорее всего, вместо ответов на контрошку к Саёри приехал винлокер.
— Т-теперь там на весь экран висит картинка с накачанным мужиком в коже и подпись странная… что-то вроде «Привет, boy next door. Теперь ты наш fucking slave. Обычно мы не отпускаем таких слабаков, не накачав их по уши semen, но для тебя можем сделать исключение. Отправь взнос в качалку на этот криптокошелек. Размер взноса — three hundred bucks». И там еще таймер висит! Они грозят, что если я не переведу деньги за двадцать четыре часа, то меня ждет fisting! А я даже не знаю, что это такое! Помоги-помоги-помоги-помоги! — затараторила Сайка, хватая меня за рукав пиджака.
Я еле удержался от того, чтоб заверещать в голос. Неведомый взломщик-создатель локера оказался человеком высокой культуры. Правда, если он догадался не только смехуечки прикрутить к своему вирусу, но еще и шифровальщик туда засунул, то это беда. Навряд ли Саёри хоть раз в жизни бэкапы данных в облако делала.
— Зайду вечером и посмотрю, — вздохнул я, — разберемся.
(ммм, парень заходит к девушке переустановить винду, знаешь, чем это может закончиться?)
Даже если бы не знал, ты бы рассказал, я не сомневаюсь.
— Спасииииибо! — заорала Саёри на всю улицу и стиснула меня так, что кости в бедном теле Гару затрещали, — ты самый лучший!
Я улыбнулся и поправил ей бантик. Опять собиралась впопыхах, что ли? Нет, ей точно форму надо новую купить, эта уже настолько мала, что на груди буквально трещит. Решив вопрос с взятым в киберзаложники компом, Саёри приободрилась и защебетала обо всякой ерунде. Вывалила на меня гору сплетен про неведомую Ляну из театрального кружка, у которой живет дрессированный ученый кролик, и еще про кого-то. Я не слушал. Вчера отклонения от скрипта дошли до финальной точки, пожалуй. В эроге-то эта игра точно не должна была превращаться, по задумке автора. Надеюсь, за такие вольности меня не обнулят с концами.
(надо было раньше об этом думать. до того как ты Монику трахнул)
Что толку теперь об этом париться? Решаем проблемы по мере
