— А эту татуировку можно снять? — с надеждой спросила она.
— Увы, нет. Ее можно только перепосвятить другой сущности.
— А разница?
— Разница — быть рабыней у жестокого хозяина или у доброго. Маэл забыл упомянуть еще одну вещь.
— Данте, не надо.
— Надо! — строго сказал он. — Майя, извини, что я говорю жестокие вещи, но ты должна понимать свою судьбу. Печать Дара невозможно снять или отменить. И она сработает в любом случае, умрешь ли ты от ножа культиста на алтаре или от старости в своей постели. Итог один. После смерти твоя душа окажется в вечном рабстве, а все, что мы сможем сделать, — это убить тех, кто обрек тебя на эту участь. А также выбрать тебе доброго хозяина.
Майя опустилась на колени и горько заплакала.
— Молодец, — холодно сказал я Данте. — Обрадовал человека.
— Надо изменить ее татуировку, пока есть время, — спокойно сказал Данте.
— Ты уже сделал все, что мог, — сухо заметил я и опять перешел на старый язык. — Ты прекрасно знаешь, что последнее можно было не говорить. Она бы ничего не поняла.
— Клетка, даже хорошая, остается клеткой.
— Чем это отличается от того, что ждет нас после смерти?
На этот вопрос у Данте не было ответа. Я подошел к плачущей девушке и накинул на ее плечи халат:
— Не переживай, не все так плохо, как кажется, тебе повезло встретиться с нами. А мы тебе поможем.
Успокоив Майю и уложив спать, я вернулся в кабинет. Данте тем временем усилил защиту дома, добавив несколько новых слоев. Я подавил ненужное раздражение — это ведь было серьезным оскорблением — и поблагодарил его.
— Ситуация очень серьезная. Надо доложить Совету магов.
— Не стоит, — сказал я. — Автор Печати может быть среди членов Совета.
— Исключено.
— Я бы не зарекался, Данте. Наложить Печать может только маг, причем не каждый. Мне на создание полной Печати элементарно не хватит сил.
— Это ни о чем не говорит, — покачал головой брат. — Ни один член Совета не стал бы заниматься этим. Скорее всего, это дело рук отдельного мага.
— Данте, что с тобой, любимым сыном и наследником семьи, сделал бы отец, если бы ты занимался этим?
Брат выразительно посмотрел на меня. Мы оба знали, что случилось бы с любым из Ларанов, задумай он наложить Печать Дара.
— Это не мог быть один человек. Никак не мог. Это дело рук клана.
— Вот поэтому и надо доложить Совету магов. Ты сможешь справиться с целым кланом? Хотя бы с этими захудалыми Райхалдами? Я — нет.
— А что мы им скажем?
— Сообщим им, что кто-то наложил Печать Дара. Этого достаточно, чтобы они завтра поставили всю империю на уши. Все помнят, сколько семей погибло во время войны с древними. И все помнят настоящую причину войны, а не ту, которую ты изложил этой девчонке.
— Все равно рано об этом говорить всему Совету, Данте. Это то, чего от нас ждут.
— Тогда надо сообщить отцу.
— Тоже рано. Тем более что…
— Что?
— Ты уверен, что все члены Совета отнесутся к этому так же, как мы с тобой? Времена изменились, и не в лучшую сторону. Я думаю, те светлые маги легко бы записали нас в число темных.
— Ты прав. Но даже вдвоем мы не справимся с кланом магов.
— Данте, — я вздохнул и посмотрел на старшего брата, — думаешь, я этого не понимаю? Но что будет делать Совет магов?
— Перетрясет всю страну, но найдет отступников.
— Да? А может быть, в первую очередь он озаботится сокрытием тайны? О чем подумают в первую очередь члены Совета? О том, как бы не потерять репутацию. Они скорее предпочтут замять дело. А даже если нет, они только спугнут своими шумными действиями, облавами и проверками настоящих виновников дела.
— А ты докопаешься до сути? — скептически заметил Данте.
— Работа у меня такая. Ты, допустим, просто не привык анализировать все факты на ходу. Не то что не умеешь, а просто не привык.
— К примеру?
— Сложи исчезновение Марии, Печать Дара на теле Майи и появление новой полукровки.
Данте быстро растерял весь свой скептицизм и самоуверенность.
— Ты хочешь сказать…
— Что демоны, возможно, похитили человеческих девушек для того, чтобы породить полукровок. Пока это только версия.
— Ты думаешь, это все связано? — задумчиво произнес Данте.
— Я пока лишь предполагаю. Но если Совет магов разворошит все, узнать, так это или нет, уже будет нельзя. Теперь понятно?
— Чем мне тебе помочь?
Я встал и повесил на пояс ножны со шпагой и кобуру с пистолетом.
— Сейчас ты должен остаться здесь и охранять мой дом. Я передам тебе управление защитными заклинаниями.
— Серьезно?
— Снявши голову… — сухо ответил я.
Отдавать, даже брату, контроль над защитой дома я не хотел, но выбора нет.
— Ты пойдешь сейчас? Не поздно? — Данте посмотрел на часы, они показывали девять вечера.
— Я хотел бы пойти раньше, но сначала надо было ввести тебя в курс дела.
— Один справишься?
— Кто тебе сказал, что я буду один? Арья, ты отдохнула?
Домой я вернулся только после завтрака. Ночная прогулка оказалась успешной. Я нашел склад, где держали Майю. Вернее, то, что от него осталось. Понимая, что убрать все следы они не смогут, склад попросту сожгли. Но зато я нашел свидетелей, которые видели, кто приезжал на этот склад.
Я разбудил Мелиссу и поднял всех своих людей, которые у меня оставались в городе. А сам проверил еще несколько складов, которые охраняли незадачливые налетчики на мой дом. Никаких улик там не было, но зато я опять же узнал, кто поставлял туда товар. Этих людей нашли плавающими в порту, но убийцу убрать не успели. Мелисса оказалась быстрее.
Так началась гонка. Кто быстрее, я или они? Невидимый паук обрывал одну нить за другой. А я пытался их перехватить. Одновременно в разных районах Райхена загорелись дома и склады. Проверить их я не успел, но мои люди схватили и допросили поджигателей. Человека, отдавшего им приказы, убили, однако его допросила Арья и нашла его убийцу. Он быстро сознался, кто ему отдал приказ. Это оказался огненный волшебник, который предпочел покончить жизнь самоубийством.
Мои люди тем временем хватали и допрашивали десятки человек. Сеть оказалась хорошо законспирированной, но слишком большой. Враг не успевал перерезать все нити. Правда, к утру пятерых моих человек нашли мертвыми в одном из переулков Нижнего города. Но зато к завтраку на руках у меня уже была почти полная схема их сети в Райхене. И я знал, куда идти дальше.
Майя была лишь одной из множества девушек, похищенных из колоний. Их усыпляли и доставляли в Райхен не через порт, а тайно выгружали в небольших бухтах поблизости. А затем хранили, как вещи, на складах Райхена. Это было возможно потому, что их погружали в сон, напоминающий зимнюю спячку некоторых животных. Люди, охраняющие склады с грузом, не знали, что в них лежит. Но люди — не животные, время от времени их надо было будить, кормить и заново усыплять. Для этого их доставляли на тайные квартиры к волшебникам и колдунам. Схема работала как часы и до побега Майи сбоев не давала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
