— Именем Ассамблеи дворян Райхенской империи вы обвиняетесь в противодействии официальному расследованию! — громко сказал я. — У вас есть что сказать в свое оправдание?
— Какого рода расследование вы проводите?
— Это вас не касается. В моей карете опасный преступник. И вы мешаете доставить его в тюрьму.
Волшебники переглянулись. Они не ожидали такого отпора. Я подозревал, что им наплевать на их должности в Совете магов и что работают они не на него. Но полностью игнорировать возможность наказания они не могли.
— Это все отговорки, пройдемте с нами. Если вы правы, мы принесем свои извинения.
Я оглянулся. Последний свидетель нашей перепалки сверкал пятками в конце улицы. Дураков, желающих попасть под бой волшебников и магов, не было. Хорошо, что еще кучер не сбежал.
— Гони! — крикнул я и ударил вокруг воздушным кольцом.
Повозки, коляски, мусор и растерявшихся волшебников снесло одним ударом. Устоять на ногах смог только тот волшебник, что говорил со мной. Но кучер от души хлестнул лошадей, и он остался позади. Брошенное им нам в спину наспех сплетенное заклинание я легко отбил.
Узнав обо всем случившимся, Данте нахмурился. Больше всего ему не понравилось то, что попытавшиеся остановить меня волшебники были из Совета магов. Теперь он не настаивал на том, чтобы дать делу официальный ход.
— Долго мне еще здесь сидеть? — недовольно спросил он, когда я опять собрался уезжать.
— До вечера, — честно сказал я. — Мне некому больше доверить защиту дома и охрану свидетелей.
— Что изменится вечером?
— Увидишь. Пока мы опережаем наших врагов, надо действовать.
— Как ты собираешься арестовать Валерия? Это тебе не контрабандист из порта.
— У меня есть свои методы, — уклончиво ответил я.
— Обратишься за помощью к императору?
— Да, но не сейчас.
Тирион, как и Данте, грыз локти. Сидеть дома он не хотел, но я его заставил. Ему не было никакой необходимости охранять дом. Данте мог спокойно остановить практически любую атаку. Но мне бы Тирион только помешал.
Арестовать сенатора оказалось куда более проблематичным делом, чем я думал. Даже при том, что у меня на руках были реальные доказательства. А именно протоколы допроса Джона Мельника и нескольких других людей. Их мне быстро и без формальностей оформили в жандармерии. И дело даже не в том, что Валерий использовал свои связи, а в обычной бюрократической волоките.
Хуже всего то, что, когда я все-таки получил ордер на задержание и допрос Валерия Итара, его уже не было. Или он сам скрылся, поняв, что дело плохо, или его убрали. Скорее всего, последнее. Сенатор был нужен только как прикрытие сверху. Теперь, когда все раскрылось, он не нужен и слишком много знает.
Но зато я поговорил с Реджинальдом Малькольмом. Я рассказал ему обо всем, правда, без нескольких подробностей. Но главное он понял.
— Вот, значит, как. Опять восток.
— Опять? — переспросил я.
— Да, я хотел тебе рассказать, да как-то вылетело из головы, старость не радость, — вздохнул адмирал. — Поведали мне недавно, что в море возле побережья Восточной области перехватили корабль кунакцев. Полный корабль хорошего стрелкового оружия.
— Понятно.
— Что творится на востоке? — прямо спросил адмирал.
— Если бы я знал. Собирают оружие, угнетают местных жителей, готовится полномасштабное восстание. Хотел бы я понять только, почему они до сих пор не начали.
— Они еще не готовы, — предположил он.
— К чему? Восстание уже готово, оно может начаться в любой день. Скорее, наоборот, каждая спокойная неделя играет нам на руку. Мы накрываем их группировки, находим склады оружия, разбираемся с племенами кочевников. А они все ждут.
— Я поговорю кое с кем в Адмиралтействе. Пусть крейсера начнут патрулирование океана вдоль побережья Восточной области. И надо поднять вопрос о строительстве опорного поста флота.
— Почему его до сих пор там нет?
— Никогда не было необходимости в этом. Побережье там очень сложное, без хороших бухт. Сплошные рифы и скалы. К тому же ни одного портового города, даже рыбацких деревушек мало. Торговых путей там тоже нет. В общем, защищать там нечего.
— Все ясно.
— Валерий та еще скотина, но от Мельника я такого не ожидал, — покачал головой Реджинальд. — Сколько лет все это продолжается?
— Три года.
— Это дело нельзя так оставлять. Надо собирать заседание Ассамблеи.
— Ты хочешь все предать огласке?
— А ты против?
— Да, в этом случае огласка только повредит. Слишком много неприглядных фактов выплывет наружу.
— Я имел в виду не полное заседание, — объяснил адмирал, — а нескольких людей. Я все устрою, тебе надо будет только прийти и рассказать обо всем.
— Хорошо, но сначала надо разобраться с этим делом.
— Да, жаль, что тогда мы не могли избавиться от Валерия. Ладно, ошибки никогда не поздно исправлять.
— Не все ошибки можно исправить, — глухо ответил я.
Перед тем как пойти домой, я зашел в один маленький скромный храм. Сейчас сложное время для любых религий. Редкий проповедник может собрать сотню прихожан на службу. Люди верят в прогресс и в магию, а не в богов. Даже крупным культам тяжело, а этот маленький храм и вовсе едва не закрылся не так давно.
Пройдя через заснеженный двор, я тихо открыл дверь и зашел внутрь. Арья осталась на улице, она не любила храмы. Ни прихожан, ни жриц не было. Внутри здания было чисто и уютно. Из украшений были только цветные витражи и статуя богини за алтарем. Я подошел к статуе пожилой женщины в простом плаще с капюшоном и склонил перед ней голову.
Через несколько минут появилась жрица, молодая русоволосая девушка. Она тихо встала недалеко от меня, не желая мешать.
— Мир вам, — тихо сказал я.
— Мир вам, сэр Маэл. Вы давно не заходили к нам.
— Дела, — ответил я. — А где сударыня Варна?
— Мама приболела, и я не стала ее беспокоить. Позвать ее?
— Нет, пусть отдыхает. Что-то серьезное?
— Нет, просто простуда.
— В ее возрасте и это серьезно. Врача или целителя вызывали?
— Мама отказалась, — вздохнула девушка. — Она сказала, что все в руках богини.
— Через пару дней я приведу к вам девушку. Она, наверное, другой веры, но ей нужна помощь.
— Конечно, сэр, мы будем рады ей помочь.
— И все-таки вызови целительницу. Мне понадобится помощь твоей матери через пару дней. Передай ей, что мне надо провести ритуал посвящения. Она поймет.
— Хорошо, сэр.
— Хватит уже называть меня сэром, — недовольно сказал я. — Здесь я гость, а не хозяин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
