Помимо официальных встреч на ежемесячных завтраках и различных дипломатических приемах, члены ассоциации собирались иногда в «частном» порядке. Это обычно приурочиваюсь к Рождеству или Новому году. Каждый участник такой встречи приносил с собою, помимо бутылки национального напитка (водка, виски, коньяк, джин, сливовица), какую-нибудь безделушку. Все это складывалось в мешок, и какой-либо доброволец Дед Мороз с шутками и песнями оделял пляшущих вокруг елки официальных шпионов, выполнявших повседневно далеко не христианскую миссию, пряниками, хлопушками, после чего устраивалась грандиозная пьянка с песнями, играми и танцами. Почти как на вечеринке в гарнизоне где-нибудь под Тулой или Благовещенском, с пением гимна пьяных «Шумел камыш». На такие торжества приглашались обычно и офицеры КЭ. Дамы отсутствовали, получалось нечто вроде мальчишника.
С женами собирались не менее двух раз на балы. Один раз у министра обороны Швеции и на ответном в честь гостеприимного хозяина и шведских генералов и офицеров.
Толпа офицеров и генералов в красочных парадных мундирах и разодетых в вечерние туалеты дам, казалось, сошла с театральных подмостков, на которых ставилась немыслимая оперетта. Балы обычно проводились в здании пехотного училища — древнем замке, в котором учились еще соратники Карла XII. Перед входом выстраивался почетный караул шведских солдат в кирасах и киверах. В назначенное время гости рассаживались за стол. Начинался торжественный обед по всем правилам — с водкой под закуску, белым вином под рыбу, красным под мясо, шампанским к десерту. После обеда от чопорности дам и их кавалеров не оставалось и следа. Начинались танцы, которые открывал министр обороны Свен Андерсон со своей супругой. Веселье продолжалось далеко за полночь. Министр, который и сам не дурак выпить, спиртного не жалел, и некоторые «активисты» набирались, как говорится, до положения риз. Расторопные солдаты-официанты деликатно сводили их в автомашины и отправляли домой. Обстановка создавалась самая непринужденная. Гостеприимный хозяин и его супруга были душой общества. Он успевал потанцевать с десятком жен ВАТ, побеседовать с мужьями, выпить за мир и дружбу в порядке общих тостов, сказать несколько коротких, но умных речей, стараясь не задеть ни Востока, ни Запада, и все это без шпаргалок, без суфлеров, экспромтом. В кулуарах за кофе с коньяком собирались группы уставших от танцев дам и военных. Начинались шутки, создавались благоприятные условия и для деловых бесед.
Здесь, как на всех собраниях ассоциации, пользовались в основном английским языком. Министр и все шведские генералы и офицеры хорошо владеют им, Андерсон, кроме того, неплохо говорит по-немецки. Странно, но на таких вечерах услышать шведскую речь было невозможно. Из ВАТ никто, кроме датчанина, финна и норвежца, язык страны пребывания не знал и не считал нужным его изучать. Зато английским владели все. И шведы, и западные коллеги всегда удивлялись хорошему знанию шведского языка моими помощниками полковником Н.И.Неборачко и капитаном 2-го ранга Л.Н.Коноваловым. При этом не обходилось без ехидных намеков и двусмысленных вопросов: «Во всех ли военных училищах дают в СССР такие хорошие познания в шведском языке?» Старшее поколение шведской интеллигенции, и военной в том числе, прекрасно знало немецкий язык, но сейчас предпочтение отдавалось английскому — времена изменились.
Любопытно, что в Стокгольме одно время ВАТ и ВМАТ США были соответственно полковник Шмидт и капитан 3-го ранга Лауф, ВАТ Франции полковник Фукс, ВМАТ Аргентины капитан 2 ранга Циммерман, ВАТ Финляндии подполковник Хейнрикс. Все они прекрасно говорили по-немецки и были потомками натурализовавшихся германских предков.
В процессе общения с коллегами на официальных встречах в ассоциации, приемах в посольствах нередко создаются реальные возможности получения весьма интересной информации. Нужно только уметь использовать эти случаи, руководствуясь народной мудростью: «Под лежачий камень вода не течет». Важно с первых дней своего пребывания в обществе военных атташе показать себя знающим специалистом, веселым, общительным, интеллигентным человеком, с которым любому собеседнику интересно поговорить, памятуя и то, что в личной беседе, наедине, симпатизирующий ему лично иностранец может сообщить сведения, которые по нашим понятиям составляли бы какую-то часть государственной и военной тайны. При этом о своей стране и армии этот иностранец будет сохранять молчание, но иногда охотно поделится своими сведениями о стране пребывания или армии третьей страны.
Шведские власти с большим мастерством и изобретательностью пытаются занять иностранных военных представителей различными мероприятиями, носящими чисто увеселительный или спортивный характер, с тем, чтобы оторвать их от серьезной работы по изучению страны и ее армии. На их проведение тратятся, вероятно, значительные средства, но, очевидно, цель их оправдывает. Летом для ассоциации ВАТ устраиваются частые выезды на соревнования в ориентировании с бегом по пересеченной местности. Эти ристалища проводятся с соблюдением всех правил. ВАТ и их помощники вывозятся в закрытой автомашине в глухую лесистую местность, где всем участникам пробега даются карты с указанием азимутов 5–6 контрольных точек. Эти точки нужно найти, занести в отчетную карточку их маркировку и, при правильной ориентировке, по замкнутому кругу протяженностью в 5 км вернуться в исходное положение.
Занимательно было наблюдать разношерстную вереницу уже достаточно пожилых людей, перелезающих через бурелом, прыгающих по кочкам, задыхающихся в стремлении обогнать друг друга. Как ни странно, но даже у стариков элементы соревнования пробуждали азарт, старание не ударить лицом в грязь перед иностранными коллегами, показать себя здоровым, сильным, умелым. По окончании соревнований КЭ давала в честь атташе обед, вручались призы, и участники, за исключением настоящих спортсменов, которых бывало не так много, на 2–3 дня выходили из строя.
Соревнования в «ориентеренге» у шведов весьма популярны среди школьников, в хемверне и армии. Они учат пользоваться картой, компасом, закаляют физически, но для пожилых военных дипломатов приобретение таких навыков обычно было нужно как рыбе зонт.
Для ВМАТ организовывались гонки на яхтах, соревнования по плаванию. Все сотрудники ВАТ часто приглашались на товарищеские встречи по стрельбе из армейской винтовки, пистолета, автомата, пулемета. В них принимали участие и шведские офицеры, демонстрировавшие весьма приличные стрелковые успехи. И такие соревнования заканчиваются традиционным обедом, на котором хозяева победителей, занявших первые 15–20 мест, рассаживали в порядке поощрения с дамами по принципу: чем лучше результаты стрельбы, тем сановнее дама. Занявший первое место обычно усаживался с женой командующего и т.д. Плохие стрелки дам не получали и сидели в мужском обществе, являясь объектом насмешек всей компании. Первое место в таких соревнованиях занимал обычно швейцарский военный атташе полковник Рейнольд Галузер, которого мы в шутку звали Вильгельмом Теллем. Многие из вояк совсем не умели стрелять. Рекорд в этом отношении побивал почти всегда итальянский ВАТ контр-адмирал Феррари, который умудрялся вообще не попадать в мишень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
