— Ты умирал несколько раз, — посмотрел на него двойник. — И возрождался снова. В битве при Пенхолде тебя поразили собственные солдаты, не готовые больше сражаться за человека, повинного в столь многих смертях и жестокости. Вернувшись, ты сотворил такое тело, которое считал идеальным. Старался воспроизвести пропорции античной статуи.
— Мне стоит напомнить, что у античных статуй был маленький член? — с важным видом поинтересовался Эммерих.
— Нет, — ответил двойник бесстрастно.
Аматрис даже не обернул головы. Лишь пристально смотрел на свою копию. В его голове возник шум — эхо криков, треск пламени, звон металла. Воспоминание о выстреле из силового посоха, прожигающем его собственное тело. Он пошатнулся, но устоял на ногах.
— Ты ведь не демон Обрыва, не так ли? — спросил Кеган.
— С тобой говорит искусственный интеллект восьмого поколения модели Протектор B2G87KJ. Я предназначен для сбора и анализа данных, поступающих с орбитальных военных и разведывательных спутников. Ни один из аппаратов, с которыми я был прежде связан в единую сеть, не функционирует уже полторы тысячи лет по моему локальному хронопотоку. Однако в моих базах данных имеется весь объём информации, накопленной цивилизацией Дейдры за всё время её существования. Также я получаю данные от сетей протовидения и радио, существующих в этом мире сейчас.
— Искусственный интеллект? Лады, — протянул странник. — А чего шкурку такую выбрал? Может, покажешь кого посимпатичнее Аматриса?
— Я могу принять любую внешность из имеющихся в моей памяти. Облик Кегана Аматриса был выбран, чтобы снизить возможное недоверие перед моими словами.
По фигуре, стоящей перед ними, вновь пробежала рябь. Короткое колебание — черты лица преобразились, рост уменьшился, плечи стали более узкими. Теперь перед ними стояла Марта Доннер — пилотесса Деметалловой Девы, героиня агитационных плакатов Красмор. На девушке была чёрная кожаная куртка, в кобуре на бедре — пистолет.
— Она, как и ты, присутствовала здесь, когда старому миру пришёл конец, — теперь искусственный интеллект разговаривал уже другим голосом.
— Подожди со своим [разговором], — оживился Ландони. — А ты можешь раздеться? Это очень повысит доверие!
— Для внесения подобного рода изменений тебе необходимо получить разрешение от системного администратора, — ответила голограмма и вновь повернулась к Аматрису. — Ты умирал здесь, Принц Пламени. На площади перед Белым Дворцом. Элегия вырвалась — и пожрала твой мир. То, что раньше называлось Дейдра. Умирая, ты и Марта Доннер смогли сохранить остатки. Вы направили силу, рвущуюся извне, и соединили Дейдру с иным миром. Дали начало реальности, в которой мы пребываем сейчас.
— Вы с Кеганом, похоже, базарите на одном языке, — буркнул Эммерих. — Аматрис, переведи.
В памяти снова вспыхнули образы — башни, рушащиеся у него на глазах. Земля, пожираемая нахлынувшей пустотой. Девушка, лежащая рядом, на каменных плитах. Её ладонь, сжатая в его собственной.
— Человек, вызвавший катастрофу, хотел использовать элегию для победы в войне, которая тогда велась, — тяжело дыша, объяснил Аматрис. Перед глазами проступил нечёткий силуэт, сжимающий силовой посох. — Он… или она, я не помню точно… обратился к Пустоте… к элегии. Всё вокруг начало разрушаться. Мы попытались остановить нашего противника. — Фигура в чёрном взмахивает силовым посохом. Прах вьётся, окружая её. Марта вскидывает пистолет и стреляет. — Но было уже поздно. Поток элегии бил из Пустоты, уничтожая планету. Мы… я и Марта… объединились в подобии связи, как… катализатор и оператор, и успели перехватить его, попытались спасти хотя бы что-то. Кажется, у нас получилось. Мы нашли этот мир и объединили с ним Дейдру. Дальше… ничего не помню. Холод и серое небо над головой.
Колени подогнулись, и Нина рванулась, удерживая Кегана и не давая ему упасть.
— Вижу, — проговорил искусственный интеллект, — твоя жена вновь с тобой.
— Мы не женаты, — растерялась Нина, — твои датчики, похоже, сбоят.
— Сейчас не женаты, — согласился их собеседник. Его облик опять преобразился — теперь перед ними стоял Патрик Телфрин, одетый в кожаную куртку, моложе себя привычного и с жёстким лицом. — Однако, поскольку цикл повторяется, я оцениваю вероятность вашей новой близости как достаточно высокую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Папа?.. — меж тем Эммерих потрясённо разглядывал голограмму. — А… как так-то?..
Двойник Патрика улыбнулся.
— Этот человек, как и прочие, присутствовал в Тельгарде незадолго до его падения и был зафиксирован моими сенсорами. Я сделал вывод, что воспроизведение его облика может оказаться уместным. Граф Телфрин был знаменитым пиратским капитаном своего времени и боевым товарищем Принца Пламени. Также он был прямым потомком дома Аматрис через младшего брата принцев Кегана и Аргоса, Люмена.
Уголки рта Эммериха дрогнули в подобие улыбки. Он открыл рот, но не издал ни звука.
— Это многое объясняет, — вдруг ровно произнёс странник и потянулся. — Значит, граф, пират… и наверняка снова алкаш. Лады, а что насчёт меня? Видел ли ты меня на Дейдре?
— Тебя в моих базах данных нет, — с лёгкой неуверенностью сообщил компьютер. — Возможно, ты никогда не рождался на Дейдре.
— Конечно. Меня там никогда не было, — точно убедившись в чём-то, Ландони удовлетворённо кивнул и поправил воротник куртки. — Лады, тогда сами болтайте с этой штуковиной, у меня вопросов больше нет.
Странник с невозмутимым видом встал у стены и закурил, думая о чём-то своём. Аматрис уже не так уверенно вновь обратился к искусственному интеллекту:
— Мы ищем одну вещь. Предмет, называемый эголетсо. Ты что-нибудь знаешь о нём?
— Да. Мои сенсоры зафиксировали его в пределах города после слияния миров — в настоящий момент он находится в королевской резиденции, носившей имя Белый Дворец.
— Ты очень помог нам, — проговорил Кеган.
— Тебе предстоит много открытий, Принц Пламени. Не все из них будут приятными, — их собеседник исчез.
Аматрис бросил взгляд на стоящую рядом Нину. Ему показалось, что он помнит её совсем другой, в бальном платье с открытыми плечами, влекомой им в танце. Затем он увидел девушку сидящей на скамейке под ночным небом. Рядом возник ещё один человек, с короткими чёрными волосами и с бурдюком вина в руках. Черты его лица напоминали самого Кегана, незнакомец широко улыбался. Видение изменилось, и теперь они втроём пробирались погружённым в полумрак коридором. Нина сжимала в руках револьвер, мужчина лучевую винтовку наподобие тех, что производились на Дейдре.
— Он сказал, мы были женаты. Я, кажется, помню что-то такое. Во всяком случае, я помню тебя, — признался Кеган. — Ты мне снилась… неоднократно, хотя всего я вспомнить пока так и не смог.
— Эээ… серьёзно? — Нина от удивления округлила глаза. — А чего ж ты раньше не сказал?
— Это прозвучало бы как подкат, — мужчина качнул головой, — а… подкатить, если говорить прямо, я хотел и без этого. Не потому, что видел тебя во снах. А потому, что вижу здесь и сейчас.
— Это… очень мило, — Нина от неожиданности смутилась, и сердце её забилось чаще.
Аматрис, стушевавшись, кивнул.
— Романтика, как видишь, не моя сильная сторона, но… Я рад, если тебе не показалось это ультра стрёмным, — выдохнул. — Ладно, пойдёмте во дворец. Я вроде знаю, где это. Тут недалеко, минут двадцать.
— Я до последнего думал, ты гонишь, когда рассказывал, что тусил раньше в Тельгарде, — сообщил Эммерих и нахмурился. — Кстати, а как ты объяснишь, что вы с компом помните Нину как, эмм, твою жену, и при этом Кемром утверждает, что слышал о ней в прошлом Воплощении? Может, это просто у тебя фетиш на златоглазых брюнеток?
— Не знаю, — сказал Аматрис после короткой паузы. — Теоретически, так быть не должно. Дейдра и мир Высот существовали отдельно. Обитатели Дейдры вновь родились на Высотах — но я не понимаю, как Нина могла одновременно жить в обоих мирах до их слияния.
— Может, просто совпадение, — девушка пожала плечами. — Ну, имя, внешность.
