— Но…
Он взял ее за руку и, не обращая внимания на сидящих в комнате, нежно прикоснулся к ее щеке.
— Мы вернемся… вместе с Сарой Энн.
— Я поеду с вами, — предложил стоявший рядом Каллум Трапп.
— Нет, — покачал головой Бен. — Вы должны немного отдохнуть, а утром возглавите поиски.
Каллум принялся было протестовать, но Бен не стал даже слушать. Он пошел к двери и успел услышать слова Элизабет, которая прикоснулась к руке Каллума:
— Он прав.
Через минуту они Дрю Камероном уже скакали по дороге, ведущей в Глазго.
Элизабет всю ночь не отходила от Генри, которого она перенесла в свою спальню. Остальные разошлись по комнатам, а Каллум ушел к себе — в комнатку, примыкающую к конюшне.
Она оставила Генри всего на несколько минут, чтобы сходить проведать Аннабел. Та при виде Элизабет немедленно спрыгнула с кровати Сары Энн и принялась тереться о ноги. Элизабет подумала, что кошка чувствует что-то неладное и ощущает себя покинутой. Подумав, она взяла Аннабел на руки и понесла в свою спальню.
Там кошка пришла в страшное возбуждение и принялась вылизывать Генри, а затем притихла и только жалобно мяукала, поджав хвост.
Элизабет очень хотелось быть сейчас вместе с Беном и Дрю. Ей ужасно хотелось помогать, делать хоть что-то. Она пыталась понять причину похищения Сары Энн. Ей до сих пор не верилось, что кто-то мог так поступить с ребенком. Особенно если этот кто-то — человек, которого она знает. Не дай бог — кто-то из их семьи. От этой мысли ей становилось не по себе.
Только заботы о Генри спасали ее от мрачных мыслей. Она была нужна ему сейчас. А Бен… Элизабет верила, что Бен вернется днем. И, может быть, вместе с Сарой Энн. Он все же ошибся. Ее не похитили. Сара Энн просто заблудилась. Заблудилась. А конюх? Конюх, очевидно, испугался тяжелой работы и просто-напросто сбежал. Бывает. Совпадение, вот и все. Элизабет никак не могла поверить, что все может оказаться иначе.
* * *
Бен и Дрю достигли Глазго днем, загнав своих лошадей и остановившись лишь однажды — чтобы взять пару свежих в доме, где хорошо знали Дрю. Переговоры были успешными и недолгими, а лошади оказались вполне приличными.
Если похититель направился в Глазго, он имел целый день выигрыша во времени. Хотя, с другой стороны, он не мог ехать слишком быстро со спящим ребенком на руках. Так что в лучшем случае он мог приехать в Глазго ранним утром. За время пути Бен и Дрю подружились — их дружба возникла легко и естественно, как и должна начинаться настоящая мужская дружба, не признающая ни расчета, ни светских условностей.
В городе Дрю с Беном сразу же направились в Брумилоу, где чаще всего швартовались суда. Здесь им без труда удалось узнать, что на сегодняшний вечер намечено отправление трех рейсов в Америку. Еще с дюжину судов работало на прибрежных линиях.
До отправления первого рейса оставалось еще целых четыре часа, и друзья отправились по ближайшим гостиницам. Но, увы, никто не видел ни девочки, ни парня, похожего на пропавшего конюха. Бен начинал уже думать, что Дрю ошибся. Может быть, похититель все-таки предпочел Эдинбург, чтобы скрыться из него в одном из многочисленных поездов, уходящих из города по всем направлениям. Затем его осенило.
— Кабаки, — сказал Бен. — Поищем там, а потом будем разговаривать с капитанами отплывающих судов.
Если конюх решил увезти Сару Энн из Шотландии, ему нужно отсидеться где-то до самого отплытия и взойти на борт в последнюю минуту — так, чтобы его не успели занести в список пассажиров. Так где же сейчас и быть похитителю, как не в кабаке, чтобы набраться храбрости после побега из Калхолма.
— Разделимся, — сказал Бен и снова был прав. Вдвоем они смогут обойти гораздо меньше заведений, чем поодиночке. Если похититель сидит в кабаке, вряд ли девочка вместе с ним. Слишком примечательной парой они были бы. Многие запомнят. А это значит, что Сара Энн надежно спрятана до поры до времени в каком-то укромном месте. Правда, это возможно только, если похититель направился в Глазго. Так ли это? Пока — вопрос. Но Бен верил, что они с Дрю не ошиблись. Он чувствовал это.
Похищение было хорошо продумано и спланировано. Если Сара Энн не убита — а Бен и подумать об этом не смел, — похититель должен покинуть Шотландию как можно скорее. Ведь Сара Энн не настолько глупа, чтобы не позвать на помощь или не рассказать о том, кто она и откуда. Так что единственной надеждой для преступника оставалось судно, где Сару Энн можно будет держать подальше от всех в отдельной каюте.
Кто? Этот вопрос ни на секунду не покидал Бена. Когда он найдет этого человека, он прежде всего разберется с ним. И сделает это сам. Бен не чувствовал сейчас себя защитником закона.
Итак, они разделились, предварительно еще раз припомнив приметы пропавшего конюха, данные им Каллумом: маленький, не более пяти футов роста, черноволосый, с бледно-голубыми глазами, нервный. Бен видел того парня всего один раз возле конюшни, но был уверен, что сумеет узнать его при встрече. Дрю же вообще не мог припомнить, видел ли он того человека.
На протяжении всего девятнадцатого века Глазго бурно развивался, становясь типичным промышленным городом — с грязными улицами и вечным смогом, висящим в воздухе. Толпы рабочего люда, в том числе и с верфей, расположенных на реке Клайд, переполняли бесчисленные кабаки, расположенные на каждом шагу в припортовом районе. Бен побывал уже в трех заведениях и понял, что отыскать нужного человека будет труднее, чем иголку в стоге сена. Они с Дрю выделили на поиски один час. Затем они договорились встретиться и отправиться с визитом на отплывающие сегодня суда.
Нужного человека Бен обнаружил в четвертом по счету кабаке. Собственно, тот сам выдал себя. Увидев входящего Бена, конюх вскочил, опрокинув стул, и бросился бежать.
Улизнуть ему не удалось. В несколько шагов Бен догнал его и опрокинул на пол. Парень заорал. Посетители кабака — по большей части уже изрядно подвыпившие — окружили их.
— Он хочет ограбить меня! — отчаянно закричал конюх с сильным шотландским акцентом. — Это иностранец!
По залу прокатился шумок, и к лежащей на полу паре приблизились двое.
— Отпусти его, — сказал один из них, огромный верзила.
За поясом Бена был пистолет. Он ловко выхватил его одной рукой и сжал в кулаке, продолжая удерживать другой рукой своего царапающегося, извивающегося пленника.
— Отойдите, — скомандовал Бен.
Верзила испуганно попятился назад. Шум усилился, и Бен увидел, как из толпы вышел еще один человек — с явным намерение вмешаться.
— Поднимайся, Бакстер, — сказал Бен конюху. Поднял тщедушного человека на ноги и поставил его между собой и толпой, направив на стоящих зевак ствол пистолета. — Где моя девочка?
