В отношениях с окружающими они отстраненные, сдержанные, держатся на расстоянии, неразговорчивы и индифферентны до холодности. Шизоиды часто кажутся странными, обособленными, чудаками, «белыми воронами», непредсказуемыми в своих реакциях или вызывающими недоумение. С ними можно быть давно знакомыми, но по-настоящему не знать их. Сегодня нам кажется, что мы имеем с этим человеком хороший контакт, а завтра он ведет себя так, как будто мы с ним никогда не виделись. Достигнутая ранее близость внезапно и резко прерывается, появляется непонятная, необоснованная агрессивность или враждебность, оскорбительная для нас.
Избегание доверительной близости, отмечает Ф. Риман (1999), возникает из страха перед вами, перед открытостью самоотдачи и делает лиц с шизоидными чертами изолированными и одинокими. Их страх усиливается при необходимости приблизиться к другим или при приближении других. Чувство симпатии, нежности и любви к другому в скором времени оставляет этих людей и сменяется переживанием опасности. Это объясняет, почему они уклоняются ситуаций близости, могущих вызвать у них враждебность. Они внезапно прекращают близкие отношения, прерывают достигнутый контакт с другим и возвращаются назад, не стремясь более к установленной связи.
Между ними и окружением зияет глубокая пропасть в контактах, которая с годами расширяется и делает шизоидов все более изолированными. Шизоид склонен к подозрениям и заблуждениям в межличностных отношениях и потому относится к людям с глубоким недоверием, так как его впечатления и представления об окружающих, в конечном счете, являются скорее проекцией его предположений и воображения, чем реальной действительности. Вследствие ограничения контактов с миром человеческих взаимоотношений его суждения основаны на впечатлениях и переживаниях, в них всегда имеется элемент сомнения, как действительность он рассматривает лишь фантазии, соответствующие его внутреннему миру, и предпочитает ту картину мира, которую создал сам, считая взгляды других насмешкой над ним. Был ли сегодня начальник холоден и враждебен по отношению ко мне, был ли он другим, чем раньше, или мне это только кажется? То, что люди с иронией смотрят на меня, что-нибудь означает, или это мне только кажется?
Эта неуверенность может достигать такой степени выраженности, что вызывает перерастание недоверчивости в подозрительность и переход к собственно бредовому восприятию и бредовым обманам восприятий, при котором внутреннее и внешнее смешиваются между собой, и эта путаница является для шизоидов проекцией действительности.
Полные недоверия, вытекающего из их глубокой незащищенности, независимо от того, является ли она первичной или следствием недостаточности межличностных контактов, лица с шизоидными чертами характера развивают у себя такие функции и способности, которые помогают им ориентироваться в мире. Это восприятие через познание сущности, познавательный интеллект, сознание, рациональность. Будучи неуверены во всем, что связано с эмоциональностью и чувственным познанием, они стремятся к «чистому» познанию, чьи результаты тем выше, чем больше они могут отрешаться от непосредственного созерцания. Шизоиды стремятся к точным знаниям, которые гарантируют их безопасность и отгороженность от источников субъективных переживаний.
В противоположность развитию этой рациональной стороны личности, эмоциональная жизнь шизоидов остается прежней – это относится как к отношениям с партнером, так и к эмоциональным связям и взаимоотношениям. Для этих людей часто характерно выдающееся интеллектуальное развитие при эмоциональной недостаточности – эмоциональные переживания неразвиты, а иногда бедны и скупы. Это придает значительную неуверенность при контактах, что создает множество трудностей в повседневной жизни: помимо недостатка или отсутствия деликатности и умеренности в человеческих взаимоотношениях, шизоиды не чувствуют своих партнеров, не понимают скрытого смысла высказываний, не умеют читать между строк, не нюансируют свои взаимосвязи, что может создавать проблемы даже при самых элементарных попытках установить с ними контакт.
Таким образом, в целом для шизоидной личностной структуры характерна обособленно-созерцательная позиция, аналитический склад мышления; при этом склонность к раздумьям, как правило, превалирует над чувствами и действенной активностью. Преобладает абстрактно-аналитический стиль восприятия, проявляющийся в способности воссоздавать целостный образ на основании минимальной информации с обращением особого внимания на субъективно значимые аспекты, больше связанные с миром собственных фантазий, чем с реальностью. При хорошем интеллекте данные личности отличаются творческой ориентированностью, оригинальностью высказываний и суждений, своеобразием интересов и увлечений.
Отмечается определенная избирательность в контактах, субъективизм в оценке людей и явлений окружающей жизни, независимость взглядов, склонность к абстракции, то есть к обобщениям и к информации, отвлеченной от конкретики и повседневности. Выявляется выраженная потребность в актуализации своей индивидуалистичности. Личностям этого круга труднее адаптироваться к обыденным формам жизни, прозаическим аспектам быта. Индивидуальность у них настолько выражена, что прогнозировать их высказывания и поступки, сравнивая с привычными стереотипами, фактически бесполезно. У них недостаточно сформирована реалистическая платформа, базирующаяся на житейском опыте, они больше ориентируются на свой субъективизм и интуицию. В силу того, что они скорее рациональны, чем эмоциональны (больше опираются на свои суждения, чем на чувства), и в то же время оторваны от реальности окружающего мира, их следует отнести к рациональным ирреалистическим личностям (Собчик Л. Н., 2003). Ситуация, субъективно расцениваемая ими как стресс, вызывает состояние растерянности. Защитный механизм, проявляющийся при трансформации тревоги, – интеллектуальная переработка и уход в мир мечты и фантазий. Для них характерен профессиональный тропизм к видам деятельности свободного творческого стиля, они стремятся к избеганию любых формальных рамок, режимных видов труда. Часто это лица, тяготеющие к поискам новизны, проявляющие интерес в сферах психологии, психиатрии, теософии и богословия. Лицам данного типа свойственна императивная потребность в свободе субъективного выбора в принятии решений, в отсутствии временных ограничений, что может затруднять их трудовую адаптацию при недостатке терпимости у окружающих и отсутствии у руководителей дифференцированного индивидуально-личностного подхода. В отличие от личностей другого типа, их индивидуалистичность лишь усугубляется при противодействии окружения.
Шизоидные черты, выраженные в крайней степени, характеризуют личность больного шизофренией. В этом случае контуры шизоидной личности можно очертить по основным симптомам шизофрении. Обращает на себя внимание эмоциональная сфера таких больных. Эмоции больного шизофренией по мере развития заболевания как бы постепенно угасают, наблюдается своеобразное эмоциональное снижение с выравниваем эмоциональных проявлений и реакций на внешние события. Эмоции становятся бедными, скудными, маловыразительными. Эмоциональная обедненность сочетается с эмоциональной амбивалентностью: больные шизофренией склонны одновременно проявлять прямо противоположные чувства к какому-либо объекту или человеку («люблю и ненавижу»). В ряде случаев может проявляться эмоциональная парадоксальность: больной смеется в ответ на известие о смерти близкого человека.
При шизофрении наблюдается также искажение процессов обобщения в мыслительной деятельности. Страдающей шизофренией вследствие нарушения селективности информации перестает различать главное и второстепенное, существенное и не существенное. Принимая какой-либо несущественный, подчас скрытый признак предмета в качестве основного, он строит ход рассуждения, опираясь на этот случайный признак. Поэтому мышление шизофреника заполнено отдаленными ассоциациями, соскальзываниями, решением задач с опорой на несущественные признаки, что делает его рассуждения странными, необычными, причудливыми. Больным свойственна утрата логической последовательности мыслей. На основе свободно возникающих ассоциаций у них происходит перескакивание от одной мысли к другой. Способ мышления кажется странным и хаотичным, ответы на вопросы бывают совершенно неадекватными. Иногда ассоциативные нарушения могут быть утонченными и трудно заметными.
Личность больного носит черты аутизма. Больной шизофренией настолько погружен в субъективный мир мечтаний и фантазий, настолько оторван от реальности, что подчас может утратить адекватность своих рассуждений и поступков. Эта оторванность от реальности с уходом в себя и носит название аутизм. Аутизм проявляется как на уровне личности в форме сосредоточенности на глубинных внутриличностных феноменах, так и на уровне мышления как чрезмерный субъективизм, когда в центре рассуждений становятся индивидуально-значимые цели и ценности. Субъективизм рассуждений проявляется и в индивидуализированности слов и выражений, когда становится трудно понять, о чем говорит клиент. Такой индивидуальный словарь указывает на аутистичность мышления.
