задание на конкурсе — никого не волнует, как ты себя чувствуешь, какое настроение, выспалась ты или нет. У тебя график съёмок — будь добр, отработай. Ты же не придёшь к судьям и не скажешь: «Я себя плохо чувствую, давайте завтра». У тебя нет второго шанса. Ты принимаешь условия игры или просто не участвуешь.
— Множество раз попасть на «отсев» для тебя было стрессом?
— «Отсев» выбивает почву из-под ног. Плюс отсутствие людей, которые находились бы рядом с тобой и поддерживали. Это угнетает. Самым сложным был «отсев», когда ушёл Беркер. Я думала, что никогда не смогу оправиться.
— Как-то себя настраивала?
— Безусловно, я себя настраивала. Меня поддерживали семья, лучшая подруга, некоторые знакомые, они писали мне, что всё получится. В какой-то момент я хотела всё бросить и уйти. В день ухода Беркера после съёмки я заперлась в своей комнате. Первый раз за несколько недель, когда я ничего не делала, ни с кем не переписывалась, не читала. Сидела, смотрела в потолок и думала о том, почему здесь нахожусь. Наверное, это был день перезагрузки. Потом я собралась, отбросила все ненужные мысли, поняла, что если я преодолела такой сложный путь, я просто не имею права сдаться.
Я немного лукавила, отвечая на этот вопрос, но в целом чувствовала, что говорю всё правильно.
Настало время главного вопроса. Я не ожидала его услышать, однако, эта тема стала вполне известной. Пришлось отвечать, сохраняя самообладание.
— Твоё участие вызвало неоднозначные отзывы в Сети. Пишут, что ты высокомерная, неискренняя, говорят гадости в сторону участников. Что думаешь об этом?
— Я знаю, что есть неоднозначные отзывы, — сказала я после короткого молчания, — но люди вправе выражать своё мнение. Я рада, что им есть о чём поговорить после выхода нового выпуска — может, они отвлекались от своих проблем, обсуждая меня. Плохая реклама — это тоже реклама. Обо мне говорят, и не важно как… не важно что.
— В целом, стараетесь не читать, что пишут под постами?
— В самом начале я читала, некоторым отвечала. Если писали, что я ужасная. Я отвечала: «Да, я такая». А однажды написали: «Найджела, меня от вас тошнит». Я посоветовала обратиться к врачу. Смешно читать о том, что меня якобы тянули судьи…
Один из них, если и делает что-то подобное, то без моего ведома. Меня это не касается. Вслух я этого не сказала, хотя язык чесался.
И вмиг я словно прозрела. А, собственно, почему я должна молчать? Франко слишком развязный, а я ведь тоже не промах.
Глянув в объектив, я широко улыбнулась.
Я была готова сказать, то, из-за чего штаны Франко наполнятся до отказа. Он меня до конца жизни не забудет…
98
Жареная треска с зелёным конопляным соусом и мини-овощами помогла Бернардо набрать высокий балл и оказаться в финале вторым.
На следующий день мы наблюдали приготовление триумфального блюда знаменитого шеф-повара из Австралии, друга Джеймса. Сальтимбокка буквально означает «прыгни в рот», так что мы не сомневались, что это очень вкусно. Но повторить это блюдо удалось только Андриусу, который набрал самый высокий балл, а в следующих турах мы его переплюнуть не смогли.
Последнее место разыгрывалось между мной, Эмилем, Мерти, Зельдой и Рико. Только один из нас выйдет в финал. Остальные покинут шоу полуфиналистами.
Но прежде чем начнётся наша игра, сделаю небольшое отступление.
Кто же нас судил после скандального увольнения Франко Руиса? Гордон и Джеймс остались на своих местах, а место Руиса до конца проекта занял Илья Гуфо. Он не просто победил в прошлом году, но стал успешным шеф-поваром. Судьи ему доверяли.
В день, когда разгорелся скандал и было принято решение убрать Руиса, с моей души упал огромный груз. Франко понёс наказание за то, что манипулировал участниками. В своём интервью я никоим образом не упоминала родство Франко и Бернардо. Почему-то решила, что Бернардо такая же жертва своего сводного братца, как и я.
Ту часть интервью в эфир не пустили, однако, руководство начало расследование и встал вопрос о том, чтобы исключить меня из «Мастер на все руки». Я отнеслась к такой угрозе равнодушно. «Пожалуйста. Но это не клевета».
Шоу приостановили на пять дней. Именно столько времени потребовалось, чтобы доказать вину Франко.
Свидетельство участников, некоторые кадры со съёмок шоу и просто разговоры мало что доказывали. Но я предоставила им доказательство — вытащила туз из рукава. В последнюю ночную встречу с Франко я записала наш разговор. Я положила телефон на колено, включив камеру. Картинки не было — лишь чёрное пятно. Но наши голоса звучали громко, речь Франко слышалась отчётливо.
Руководство, адвокат, Ёся и судья проекта Гордон и Джеймс услышали следующее:
— Итак, что за предложение? — спросила я уверенным тоном.
— У тебя не большая семья, так? Мама, сестра и брат.
— Брат с нами не живёт. Причём тут моя личная жизнь, моя семья?
— Не торопись. Всему своё время, — приговаривал Франко. — Для начала хочу напомнить, что победителям выплатят хорошую сумму денег. Твоя мама нуждается в деньгах, у вас много неоплаченных задолженностей. Но пока ты пребывала на шоу, кое-что случилось. И твоя мама не хотела тебя беспокоить, поэтому ты ничего не знаешь.
— О чём вы?
— Твой брат попал в серьёзную аварию, ему требуется операция. А это огромные деньги. Только твоя победа спасёт ему жизнь и поставит на ноги. Давай так: ты делаешь всё, что я тебе говорю. Абсолютно всё. Я довожу тебя до финала, ты побеждаешь, забираешь деньги и… спасаешь брата от пожизненной инвалидности.
Это было страшно. Удар меня не хватил, я с братом в плохих отношениях. Но всё равно новость опечалила. Я задумалась.
— Подумай. Не спеши. Я дам время, не волнуйся.
— Под словом «всё» что подразумевается?
— Мои инструкции.
— Ещё?
— Хм. А ты смекалистая. Ладно, не буду лукавить, хочется с тобой… попробовать.
— Хотите переспать со мной, несмотря на то, что я полюбила участника этого шоу, и у нас всё серьёзно?
