Были намечены наиболее уязвимые позиции противника. По ним и готовились удары с целью вклиниться в глубь территории, захваченной мятежниками.
В соответствии с замыслом Теруэльской операции командование ВВС производило перегруппировку авиационных частей и подразделений, нацеливая их на поддержку наземных войск и на борьбу с авиацией противника.
Глава 9. Арагонский фронт
Не числом, а умением. — Федор Конев, его трагическая участь. — Наша достойная смена. — Последние дни в небе Испании. — Оставляем частицу своих сердец. — Счастья тебе, сражающийся народ!
Хорошо знакомая нам Ла-Сенья встретила нас буйной весной. Все побережье напоминало колоссальный цветущий сад. Он протянулся, насколько хватал глаз, на север — в сторону Барселоны, и на юг, к Картахене, вплотную подступая к морю, и уходил в сторону гор, откуда мы прилетели из зимней стужи высотного аэродрома. Тонкий аромат миндальных и апельсиновых деревьев слегка кружил голову. Легкие, как глубоко ни вдыхай, казалось, не наполнялись до предела а требовали, требовали еще и еще этого невесомого, чуть пьянящего, восторженного воздуха. Восторженного от весны, буйного цветения, полуденного моря.
Пожалуй, лишь теперь летчики почувствовали всю меру утомления, усталости от беспрерывных более чем двухмесячных боев на теруэльском направлении. Я говорю не о себе. Мне-то волей-неволей пришлось отдохнуть в госпитале, а ребята работали на пределе. Несколько дней почти полного отдыха вернули им силы. Устали не только люди, но и машины, механизмы, сталь.
В первых числах марта взлетало по тревоге дежурное звено. В его составе был летчик Александр Семенов. Машины вырулили на полосу, и тут во время разбега на самолете Семенова разрушилось колесо. Охромевший «ястребок» резко развернулся, и с мотором, работающим на полную мощность, Семенов врезался в деревья, окружавшие аэродром. Летчик не то чтобы не успел, а не мог ничего предпринять ни для спасения себя, ни для сохранения машины. Деревья самортизировали и ослабили силу удара. Самолет все же оказался полностью разбит, а летчик тяжело ранен.
Наш инженер Лопес весьма подробно и пространно объяснил нам, как и отчего в стали возникает явление, известное под названием «усталость металла». Это же подтвердила и авторитетная комиссия.
Жора Шубин, весельчак и балагур, когда разъяснения были закончены, тихонько толкнул в плечо своего друга Соборнова и достаточно громко резюмировал:
— Вот так, Женечка, напрасно ты говоришь, что надо иметь стальную волю. Сталь-то, видишь, устает. Крык — и взятки гладки.
— Когда это я говорил? — удивился Соборнов.
— Говорил, говорил. Наедине. Только, понимаешь, в чем дело… Металл, та же сталь к примеру, имеет право уставать. А вот мы — нет. Или Семенов Саша. Ранен, крепко его прижало. Но не сломался он. Верю — выкарабкается! Что ж тут говорить — сталь произведение несовершенное. Другое дело — человек, боец.
— Разве ж я спорю? — снова удивился Соборнов.
— Конечно, спорить смешно.
Подобные стычки происходили между закадычными друзьями по десять раз на день. Но шутки шутками, а мы верили, что, действительно, Саша Семенов выкарабкается и еще полетает, хотя врачи с сомнением пожимали плечами. А правы оказались мы.
Пробыв в госпитале больше месяца, Семенов по направлению врачей уехал на дальнейшее лечение в СССР. Много и долго пришлось ему маяться по госпиталям и санаториям, чтобы окончательно поправиться и вернуться к летной работе. Опыт, приобретенный в Испании, еще пригодился ему. Ведь в Теруэльской операции А. Ф. Семенов участвовал по крайней мере в тридцати, если не больше, воздушных боях. Лично сбил один и в группе с другими три самолета врага. На многих примерах мы убедились, что Александр — отличный воздушный боец-истребитель, прекрасный товарищ. В дальнейшем Семенов участвовал в белофинской кампании 1939–1940 годов. За героизм и мужество, умелое командование авиационным подразделением Семенову было присвоено звание Героя Советского Союза. Ныне А. Ф. Семенов — генерал-лейтенант.
В те мартовские дни, совершая разведывательные полеты, выходя навстречу бомбардировщикам врага, мы замечали, как противник концентрирует силы на арагонском участке. А вскоре, мы перебазировались на фронтовой аэродром. Пауза между ударами противника по республиканским войскам оказалась непродолжительной. Мятежники быстро восполнили потери, понесенные в Теруэльской операции. И немудрено. Гитлер и Муссолини снабжали фашистов всем необходимым.
Чтобы подавить республиканскую авиацию и завоевать господство в воздухе, необходимое для эффективной поддержки и прикрытия своих войск, враг сосредоточил на Арагонском фронте более 350 самолетов. Кроме того, более сотни итальянских бомбардировщиков находилось на Балеарских островах. В их задачу входило еще до начала наступления систематически наносить бомбовые удары по Барселоне, Реусу, Таррагоне, Тортосе, Сагунто, Валенсии и другим городам на побережье. Враг считал, что планомерные бомбежки, не говоря о материальных потерях и гибели сотен мирных жителей, должны прежде всего подавить в испанском народе дух сопротивления, вызвать панику и растерянность, вытравить из сознания республиканцев саму мысль о возможности победы.
Авиации мятежников и интервентов республиканцы могли противопоставить немногим более 150 самолетов-истребителей. Для этого пришлось снять почти всю истребительную авиацию с побережья и, по сути дела, оставить его без прикрытия. Огромное пространство от границ Франции до Картахены защищало всего 30 потрепанных машин. После одного-двух вылетов их приходилось ремонтировать. На них летали пилоты, выздоравливающие после ранения, и те, кому врачи запрещали летать из-за усталости и истощения нервной системы. Естественно, подобное прикрытие не могло при всем горячем желании пилотов обеспечить выполнение задач, которые перед нами ставили.
А в это время новые, последней модификации самолеты-истребители и летчики для республиканской армии по-прежнему находились во Франции, поблизости от испанской границы. Французское правительство отказывалось пропустить через кордон оружие, закупленное в Советском Союзе правительством Испанской республики, и испанцев, окончивших летные школы в СССР, а также летчиков-добровольцев.
Противник начал наступление на Арагонском фронте 9 марта 1938 года. Цель его не вызывала сомнений. Он стремился прорвать фронт, смять противостоящие части и соединения республиканцев. Затем, быстро продвигаясь вперед, выйти на побережье Средиземного моря, расколов республику надвое. Потом, используя значительное превосходство в живой силе, технике и авиации, разгромить и уничтожить основные силы сопротивления. И как итог, заставить республику капитулировать, поставить народ на колени, победоносно завершить войну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
