Решение жить в таких тяжелых условиях было принято Дартом и его женой, чтобы на себе испытать хотя бы толику из тех страданий, которые выпали на долю вьетнамских детей. Когда Дарт вернулся в Соединенные Штаты, он стал активным борцом за права людей с ограниченными возможностями, начал за свой счет ездить по стране, проводить встречи с людьми в различных городах.
Член Республиканской партии, выходец из Техаса, Дарт во время президентства Рональда Рейгана стал членом Национального совета по делам людей с ограниченными возможностями. Он активно продвигал первый вариант Закона о защите прав граждан с ограниченными возможностями. В 1990 г., будучи уже председателем Президентского комитета по вопросам трудовой занятости людей с ограниченными возможностями, он добился принятия этого закона{185}.
В ходе телеконференции с индийскими активистами Хойманн подчеркивала значимость законодательных инициатив. Она убеждала индийских собеседников в необходимости признания их правительством того факта, что дискриминация людей с ограниченными возможностями существует и именно правительство обязано положить ей конец. Дарт добавил к сказанному, что правительство все равно не сможет обеспечить полное равноправие. Это может сделать только «неустанная бдительность» людей, которые стремятся к нему. И заметил, что самого его на активные действия подвигла книга Махатмы Ганди «Автобиография: Мои эксперименты с Истиной» (My Experiments With Truth). Тем самым он как бы напомнил индийским участникам о вкладе их лидера в развитие движения в защиту гражданских прав в США, которое, в свою очередь, послужило фундаментом для движения за права людей с ограниченными возможностями{186}.
Когда телеконференция завершилась, индийские участники стали обсуждать услышанное. «Почему у нас нет подобного движения? Почему мы не проводим сидячих забастовок, не выходим на улицы? – сказал Абиди. – Давайте что-то делать!»
Не все присутствующие согласились с ним. Тем не менее две недели спустя состоялась встреча активистов, на которой было принято решение о создании Группы по защите прав людей с ограниченными возможностями[16] – первой организации в Индии, которая объединила под своими знаменами все категории таких людей. На это их вдохновил пример Фонда просвещения и защиты прав людей с ограниченными возможностями, который под руководством Патриши Райт перенес борьбу непосредственно в Вашингтон и перевел дискуссию из плоскости проблем медицинского обслуживания и благотворительности в плоскость борьбы за права человека{187}.
Абиди и другие активисты осознавали, что в Индии нет последовательного, скоординированного, охватывающего все категории людей с ограниченными возможностями движения, подобного тому, что действует в США. Пионером в этой области призвана была стать DRG. Это будет внепартийная организация, организованная на добровольной демократической основе. Эта организация сосредоточится на широком круге вопросов, в первую очередь – на политических аспектах проблемы. Слишком долго индийские организации по защите прав людей с ограниченными возможностями, желая получать гранты, воздерживались от критики в адрес правительства.
В течение последующих полутора лет благодаря усилиям DRG борьба за права людей с ограниченными возможностями разгорелась во всей Индии. Организация стала налаживать контакты с политическими партиями, отдельными министрами, журналистами. Абиди с удивлением для себя узнал, что подавляющее большинство политиков – весьма восприимчивые люди. «Впервые люди, занимающие такие посты в правительстве, встретились с группой людей с ограниченными возможностями, – вспоминает он, – и они искренне пытались понять и оценить наши проблемы».
Соня Ганди была верным союзником организации. Она лично убедила премьер-министра Нарасимха Рао в необходимости ускорить принятие проекта Закона о людях с ограниченными возможностями. В декабре 1994 г. 500 активистов DRG провели марш по улице Сансад-Марг (Парламент-стрит) в Дели. Его освещали все ведущие СМИ страны{188}. Проведение шествия впоследствии породило волну митингов, встреч, статей в прессе, телеинтервью. По всей стране стали возникать организации в защиту прав людей с ограниченными возможностями. Движение набирало обороты. В августе 1995 г. Министерство социального обеспечения представило в Парламент комплексный проект Закона о людях с ограниченными возможностями.
Теперь, после того как было приложено столько усилий, во вторник, 19 декабря 1995 г., когда до завершения зимней сессии оставалось всего три дня, работа парламента оказалась заблокированной. Абиди подумал: «Мы должны немедленно что-то предпринять». Он снял телефонную трубку и позвонил коллеге по DRG.
– Нам нужно выйти на улицы, – сказал он. – Мы должны организовать митинг протеста.
– Чего мы добьемся этим протестом? – спросил коллега. – Это же политика.
– Мы должны заявить о себе, – настаивал Абиди. – Если вы построили дом, кирпич за кирпичом, и видите, что он горит, вы будете спокойно сидеть и смотреть на это? Давайте протестовать. Попытка– не пытка.
– Что это может изменить?
– Это может изменить многое, – ответил Абиди.
Он сделал еще несколько звонков. «Это может изменить многое, – повторял он. – Давайте не будем сдаваться без борьбы».
Вскоре весть о планируемом протесте распространилась по всему Дели. На следующее утро возле здания парламента собралось несколько сотен людей с ограниченными возможностями. Бывалые демонстранты, они заранее проинформировали о своей акции прессу. У них уже был разработан план наступления.
Джавед Абиди (в центре с поднятой рукой) на ночной демонстрации, призванной привлечь внимание к проблемам людей с ограниченными возможностями, 1995 г.
Вот только чего не могли предусмотреть организаторы акции, так это реакции со стороны СМИ. Спустя пару часов журналистов на демонстрации было не меньше, чем самих участников. Приближались выборы, и они хотели получить хороший материал для репортажей на политическую тему. Демонстранты им его предоставили.
Как и планировалось, в конце своего шествия демонстранты уселись на землю и заявили, что не сдвинутся с места, пока к ним не выйдет лидер оппозиции Атал Бихари Ваджпайи (позже он станет премьер-министром Индии). Прошло три часа. И тут Ваджпайи позвонил. Он сообщил, что готов выйти к протестующим.
«Почему так важно принять этот законопроект именно сейчас?» – спросил Ваджпайи у собравшихся.
