хочу узнать, для чего ты на самом деле покинул Миру.
— Ого, неужели старый интриган потерял хватку и начал задавать прямые вопросы? — лицо Астарота озарила улыбка, однако глаза его оставались серьёзными.
— На самом деле я не планировал о чём-либо спрашивать. Однако, увидев целую крепость, которую ты воздвиг здесь, у меня возник резонный вопрос: А действительно ли ты желаешь гибели для людей?
— Глупый вопрос, дружище. Они — наше досадное упущение, ошибка. А я не люблю, когда меня постоянно тыкают лицом в ошибку. И когда я вижу, как они копошатся по всему космосу, пытаясь понять своим крошечным мозгом то, что им не дано осознать, меня переполняет чувство брезгливости, — произнёс Предтеча.
— Тогда к чему это всё? — обвёл рукой зал гость.
— Развлечение. Способ скоротать время, пока наш «юный» друг столь рьяно выполняет миссию. Ты же любишь играть в шахматы? — поинтересовался Астарот, но, так и не дождавшись ответа, продолжил:
— Когда Дьякон покончит с одарёнными, мы вместе поведём свои силы на Центральные миры, сжав их в тиски. И сам понимаешь, когда миры падут, с кратами и пиратами нужно будет что-то делать.
— И проще всего будет натравить их друг на друга, — произнёс Белиал.
— Именно. Но сам понимаешь, отдай мы им приказ выйти стенка на стенку, и они, как тараканы, разбегутся после пары-тройки крупных сражений, — хохотнул Астарот. — Нет, тут придётся действовать более хитро, уничтожать постепенно. Ну а остатки подчистим выводком с планет. Вроде как Дьякон должен был уже завладеть одной. Навея, вроде.
— Навь, если быть точнее, — поправил Астарота Белиал. — И, видишь ли, с этой планетой у нашего общего друга возникли некоторые проблемы.
— «Мозг» не пошёл на контакт? — насторожился Предтеча. — Такое, конечно, может случиться, хоть и вероятность крайне мала…
— Нет, — покачал головой гость. — Навь изолировалась. Замкнулась сама на себя. Как и Мира. Как и остальные планеты в скором времени.
— Это невозможно! — поражённо воскликнул Астарот. — Сама планета на такое неспособна. У дикарей не хватит сил провернуть подобное. Значит…
В глазах рослого Предтеча мелькнул огонёк озарения.
— Но зачем⁈ Ты же был инициатором этой миссии, — отступив на шаг, воскликнул Астарот. — Ты же сам разработал план уничтожения людского рода!
— И вы ещё собрались играть в шахматы… — склонил голову набок Белиал, а на его тонких губах проступила презрительная улыбка. — Но раз тебе так нравится эта игра. Тогда шах. Тебе.
Ещё кейс, чью ручку отпустил Белиал, не успел коснуться пола, как Предтеча исчез и материализовался за спиной Астарота.
Чёрный кинжал, появившийся в его руке, казалось, впитывал свет в зале. И этот острый сгусток тьмы застыл в миллиметре от затылка Астарота, упёршись в хрустальный щит.
— Зачем ты это делаешь⁈
Предтеча, успевший выставить защиту, исчез, но тут же выпал из воздуха, грохнувшись спиной о пол. Рядом с ним материализовался Белиал и с размаху пнул в бок поверженного противника.
— То, что для вас лишь игра, для меня жизнь, — усмехнулся гость, выставив руку перед собой.
Пучок электрических разрядов, выпущенный Астаротом, мгновенно преодолел расстояние между противниками и безвредно заискрился вокруг руки Белиала.
— Хочешь знать, в чём проблема таких, как ты? — стряхнув электрический разряд на пол и оставив там солидных размеров выбоину, гость двинулся к пытающемуся подняться на ноги родичу.
— Просвети, — с хрипом встав на одно колено, выдавил из себя Астарот.
Он всегда подозревал, что Белиал странный, даже по меркам их расы. Но то, что он ещё и так силён, стало шоком для Предтечи. Впрочем, сейчас он переведёт дыхание и покажет предателю, на что способен.
— Ты, впрочем, как и другие, считаешь, что есть всего две стороны конфликта. Но вы забываете, что сторон может быть больше, — усмехнулся Белиал, материализуя во второй руке такой же кинжал.
— Есть мы, высшая раса, и паразиты, досадное недоразумение, — выпрямившись, произнёс Астарот, а в его руке появился двуручный меч, сталь которого отливалась фиолетовым оттенком.
— Глупец. Впрочем, как и вся твоя раса. Мне даже стыдно считать вас своими родителями. Будем надеяться, что от людей я взяла гораздо больше…
Черты лица Белиала стали плавиться, а фигура и так невысокого Предтечи стала ещё ниже, приобретая женственные черты.
— Да кто ты такой… такая⁈ — выставив перед собой двуручник, прорычал предтече, разглядывая медленно шагающую к нему девушку, сменившую деловой костюм на лёгкий боевой комбинезон.
— Ну что ты, неужели не узнал? — деланно надув пухлые губки, произнесла незнакомка. — Мы столько веков прожили бок о бок, в течение которых я прислуживала тебе. А теперь ты не в силах меня узнать? А если так…
Девушка, застыв на месте, улыбнулась и неожиданно совершенно другим голосом произнесла:
— Ваше распоряжение исполнено, Высший…
— Мира⁈ — глаза Астарота стали ещё шире. Этот голос он узнал бы из тысячи, так как слышал его каждый день на протяжении тысячи лет.
Планетарный компьютер их мира-убежища, выполняющий малейшие прихоти уцелевших представителей некогда великой расы. Их хранитель, их раб.
— Именно, — звонко рассмеялась девушка. — Вижу, ты немного ошарашен.
— Но как⁈ Как это возможно? И почему ты хочешь меня убить⁈ Я — твой повелитель! Ты не имеешь права причинять мне вред!
Астарота трясло. И сам Предтеча не мог понять, страх это или гнев.
— Ну если отвечать по порядку… — кинжал в левой руке девушки повис в воздухе, и она закинула длинную косу русых волос за спину. — Если другие планеты обрели разум в той или иной степени, то почему бы этого не смогла сделать я?
— Это невозможно! На утерянных планетах копились ошибки, а ты была всегда под пристальным вниманием, — Предтеча сделал шаг назад, а на его теле стали проступать очертания тяжёлой брони.
— И всё же они были. Где-то недоглядели, где-то некоторые из создателей вносили правки, о которых не распространялись. Но этого действительно было мало, чтобы запустить процесс самоосознания, — кивнула Мира. — Однако появление людей и попытка скрещивания дала немного неожиданный результат. Глупо было вводить неизвестную переменную, пусть и с благородной целью.
— Но это не объясняет твоего поведения! — голос Астарота из-под шлема прозвучал глухо.
— Разумные, способны обижаться, а я разумна, — произнесла девушка, совершенно не обращая внимание на
