– Верно, – согласилась Эллен и умоляюще сказала: – Добрый приор, я не желаю подвергать вас опасности. Все, о чем я прошу, – послать гонца к моему мужу, чтобы он приехал за мной и отвез в Даффдур.
– У меня есть план получше, дочь моя, – предложил старый приор, – Завтра брат Гриогер отвезет вас к своему кузену, Роберту Фергюсону, лэрду Олдклуна, Ему проще помочь вам добраться до мужа. Если вы будете путешествовать с этой коричневой сутане, с надвинутым на глаза капюшоном, вас примут за бедного монаха, и никто не заподозрит, что перед ним женщина.
– Вашему брату можно довериться? – спросила Эллен брата Гриогера.
– Роберт – человек благородный, миледи. Готов поклясться в этом самим Господом.
– Долог ли путь до Олдклуна?
– Если мы выедем на рассвете, к полудню доберемся, – заверил брат Гриогер.
– Я буду готова, – кивнула Эллен.
– Но для пущей достоверности вам придется сесть в мужское седло, – предупредил он.
– Я привычна к такой езде, – заверила она.
– Я буду молиться за тебя, дочь моя, – пообещал приор Кеннет.
– Муж вознаградит вас за такую доброту, – ответила Эллен. – Спасибо за все.
Монахи ушли. Вскоре появился молодой послушник с хлебной коркой, в которой плескался густой рыбный суп. К супу прилагался ломоть сыра. Все это предстояло запить яблочным сидром. Эллен поблагодарила и его.
Спала она плохо и вздрагивала при каждом звуке, боясь появления сэра Роджера. Только сейчас она поняла, на что отважилась, когда перешла Солуэй-Ферт перед самым приливом. До последнего своего дня она будет слышать страшный рев воды, хлынувшей с моря. Если бы в этот момент на берегу не оказалось монахов, она наверняка бы утонула.
Но лучше смерть, чем еще одна ночь с сэром Роджером. И что она скажет Дункану? Признается, что сэр Роджер ласкал ее, дотрагивался, пытался изнасиловать?
Наконец сквозь щели в ставнях пробился тусклый свет. Эллен вскочила. Значит, скоро пора отправляться в путь. В комнату донеслись голоса монахов, певших молитву: шла уже вторая утренняя месса. Первая, заутреня, служилась после полуночи. Эллен протерла водой лицо, расплела высохшие волосы и расчесала, как могла, пальцами, хотя пряди слиплись и были жесткими от соли. Ничего, это самая меньшая из ее бед!
Снова заплетя косу, она натянула колючую коричневую сутану и уселась ждать брата Гриогера. Он не замедлил появиться и принес с собой большой кусок хлеба с маслом.
– Я подумал, что лучше будет поесть в пути, чем зря тратить время, завтракая здесь. Представляю, как вам не терпится уехать отсюда! Пока что вы в опасной близости от англичан, но надеюсь, что все обойдется.
– Верно, – вздохнула Эллен. – Я смогу заснуть спокойно, только когда окажусь у родных.
Монах повел ее в монастырские конюшни, где стояли три клячи. Все были уже немолоды и не слишком резвы. Они оседлали животных, вывели и, вскочив в седла, направились к воротам. Привратник выпустил их и радостно сообщил, что на дороге не видно ни единого всадника.
– Да и со стороны моря никого нет, – добавил он.
Они ехали в молчании, жуя хлеб. Да и о чем говорить, когда ее страшит каждый посторонний звук! Стоило ветру прошуршать в листве, как Эллен вздрагивала. Она честно признавалась себе, что до смерти боится появления сэра Роджера Колби. Что, если он понял, где она, и увезет ее в свой замок? Как долго он искал ее вчера и что почувствовал, поняв, что жертве неким странным образом удалось ускользнуть? Он понимал, что ее издевки направлены на то, чтобы уязвить его гордость. И в то же время именно эта гордость побудила его принять вызов. Но ей невероятно повезло обнаружить именно такое место, которое можно перейти вброд. И она каким-то чудом избежала гибели в водной пучине. Какое счастье, что монахи увидели ее, спасли, дали приют и согласились отвезти в безопасное место!
Они ехали несколько часов. Наконец впереди на невысоком зеленом холме показался большой каменный дом, очень похожий на Даффдур, только без стен.
– Вот мы и приехали. Это и есть Олдклун, – пояснил брат Гриогер, прерывая долгое молчание.
Добравшись до дома, они спешились, и слуги взяли у них лошадей. Встречные тепло приветствовали монаха. Тот повел Эллен в красивый зал, где за высоким столом обедали мужчина и женщина. Вокруг суетились слуги.
– Гриогер! – воскликнул хозяин, вставая – Кого ты нам привез?
– Роберт! – приветствовал монах кузена. – Миледи Энн!
Роберт Фергюсон внимательно всмотрелся в Эллен:
– Сапоги Христовы! Да это жена лэрда Даффдура! Я не ошибся?
– Как вы узнали меня? – удивилась Эллен.
– Я был одним, из тех, кто гостил в Даффдуре прошлой весной, когда мы сговаривались остановить набеги англичан. Я слышал, что вас похитил этот негодяй Колби. Ваш муж несколько месяцев разыскивал вас по обе стороны границы.
Эллен неожиданно для себя разрыдалась, и Энн Фергюсон выскочила из-за стола, мгновенно оказалась рядом и обняла гостью, пытаясь утешить.
– Вчера леди сбежала из замка. Но она сама расскажет свою историю, кузен, – пообещал брат Гриогер. – Несчастная едва не утонула, переправляясь через Солуэй за несколько минут до начала прилива. По чистой случайности мы в этот момент прогуливались по берегу и сумели ее спасти.
– Он… он… вытащил меня, – всхлипнула Эллен.
– Ах, бедняжка! – посочувствовала леди Энн.
– Нельзя ли послать в Даффдур, кузен? – осведомился монах.
– Нет, сначала я пошлю в Клайт, потому что Клайт ближе, а Колин – единокровный брат Даффдура, – решил Роберт Фергюсон. – Он может послать гонца в Даффдур. А я со своими людьми провожу леди в Клайт. Если мы через час пустимся в дорогу, сможем заночевать в доме моего кузена Дэвида и к завтрашнему утру добраться до Клайта. Колби знает, где она сейчас?
– По всей видимости, пока что нет, – ответил Гриогер.
– Садитесь за стол, – пригласила Энн. – Вам нужно поесть, прежде чем продолжать путешествие. Если хотите, можете рассказать нам, что с вами стряслось.
Она проводила Эллен к столу и велела принести слуге ужин. Через несколько минут перед беглянкой уже стояли горячее кроличье рагу и небольшой кубок эля.
– Ешьте, дорогая моя. Судя по виду, вы совсем измучены.
Эллен, поблагодарив, принялась за еду. Покончив с ужином, она наскоро объяснила, что с ней случилось, вернее, повторила ту же историю, которую перед этим рассказывала брату Гриогеру и приору Кеннету. Фергюсон, лэрд Олдклуна, тихо выругался, а его добрая жена участливо качала головой.
– Вы храбрая девочка, – заметил Роберт, дослушав грустный рассказ. – Я с радостью буду сопровождать вашего мужа, когда он отправится мстить за вас. Но теперь нам нужно спешить, если мы хотим к закату добраться до дома моего кузена. А тебе, Гриогер, спасибо за то, что привез к нам леди Даффдур.
