– Что, во имя святого Эндрю, заставило вас пересечь Солуэй-Ферт за несколько секунд до начала прилива? – рассерженно спросил незнакомец.
– Я не знала о приливе. И у меня было только два выхода: либо идти по дну, либо умереть на другом берегу, – прохрипела Эллен и с трудом села, оглядывая собравшихся вокруг мужчин. Все были одеты в коричневые сутаны. – Вы Божьи служители? – спросила она.
Ее спаситель улыбнулся.
– Брат Гриогер, миледи, – представился он, опуская подол сутаны. – Мы из монастыря Святого Эндрю, того, что на холме.
– Я Эллен Макартур, жена Дункана Армстронга, лэрда Даффдура. Англичанин похитил меня несколько месяцев назад и до сегодняшнего дня держал в плену. Но мне удалось перехитрить моего похитителя и сбежать. Увидев, как невелико расстояние между английским и шотландским берегами, я решила перейти залив вброд. Я впервые увидела море, только когда меня привезли сюда, и ничего не знала о приливах. Благодарю вас, добрый брат Гриогер, за то, что помогли мне выбраться. Но я должна молить вас о милости. Не могли бы вы приютить меня и послать известие моему мужу в Даффдур, чтобы он приехал за мной? Я живу в постоянном ужасе, опасаясь, что англичанин вновь придет за мной, ибо он часто совершает набеги на шотландскую сторону границы.
– Давайте сначала вернемся в монастырь, – предложил брат Гриогер. – Решение должен принять наш приор, но он добрый человек и обязательно вам поможет.
Встав, он помог подняться Эллен. При этом монах старался не смотреть на нее: мокрая ткань сорочки льнула к телу, не оставляя простора воображению. Вместе с тремя спутниками брата Гриогера они поднялись на холм, в монастырь Святого Эндрю.
Эллен поместили в крохотном странноприимном доме, и вскоре брат Гриогер вернулся с чистой сухой одеждой: рубашкой и коричневой шерстяной сутаной.
– Вряд ли вы сможете предстать перед приором в таком виде, как сейчас, миледи, – улыбнулся он. – Я вернусь с ним через час. Достаточно ли у вас времени, чтобы привести себя в порядок?
Эллен проглотила смешок.
– Да, и спасибо вам, – поблагодарила она.
После его ухода она первым делом стащила мокрую насквозь рубашку. Тело было липким от соли, поэтому она взяла оставленные ей жесткую тряпочку и кувшин с водой и принялась обтираться, после чего натянула сухую рубашку и сутану. Она оказалась слишком длинна. Пришлось подпоясать ее узловатой веревкой. А вот с волосами ничего нельзя было сделать без расчески. Поэтому она выжала воду из косы и оставила все как есть.
В дверь постучали.
– Войдите! – крикнула Эллен.
Порог переступили брат Гриогер и седовласый немолодой монах.
– Это приор Кеннет, – пояснил монах. – Я уже рассказал ему вашу историю.
Приор Кеннет шагнул к Эллен.
– Вы должны понять, миледи, что находитесь в мужском монастыре. Женщинам запрещено в нем появляться, поэтому мне пришлось идти к вам.
Он уселся на один из двух стульев у очага и показал ей на второй стул.
– А теперь поведайте, кем был тот злодей, что умыкнул вас у мужа.
– Это сэр Роджер Колби. Последние два года он причинил немало бед приграничным жителям. По требованию его короля Генриха Тюдора он жег деревни и поля, угонял скот и уводил женщин. Наконец мой муж, с помощью лорда Босуэлла и с одобрения короля, собрал большой отряд из членов разных кланов, и все вместе они совершили несколько свирепых набегов на англичан, после чего шайка сэра Роджера разбежалась, в страхе за свои дома и скот. Из-за этого сэр Роджер лишился благосклонности своего короля и поклялся отомстить моему мужу.
Приор кивнул. Все, что рассказывала женщина, он уже слышал сотни раз, в той или иной форме. В непрерывных набегах с той и другой стороны не было ничего нового. Но все это, разумеется, огромная трагедия.
– Продолжай, дитя мое, – попросил он. – Как случилось, что тебя похитили?
– Летом в нашей местности распространилась болезнь. Однажды я лечила семью, живущую в самом дальнем конце деревни. Тогда и появился сэр Роджер. Пригрозил бедной женщине, хозяйке дома, что убьет ее и детей, если я подниму тревогу. Ее старшая дочь спала с англичанами за деньги. Именно она предала меня.
Приор сокрушенно пощелкал языком и покачал головой. Есть ли пределы подлости человеческой?!
– Тебя отвезли в Англию?
– В замок Колби, где меня с тех пор и держали, – вздохнула Эллен.
– Скажи, как ты одурачила своего тюремщика, что он позволил тебе сбежать? – спросил приор, втайне гадая, почему она не сделала этого раньше, если пробыла в замке несколько месяцев.
Видя сомнение и тревогу в его взгляде, Эллен задумалась, как лучше все объяснить.
– Сначала меня долго держали в подземной темнице, – начала рассказывать она. – Оттуда не было выхода. Наконец, видя, что я медленно умираю, сэр Роджер приказал привести меня в башню. Двери в мои покои держали запертыми в любое время суток. Я не видела никого, кроме служанки, приносившей еду, и сержанта замкового гарнизона. Но потом сэр Роджер стал навещать меня, в надежде обольстить и сделать своей любовницей. Я отвергла его, напомнив, что была и остаюсь верной женой и матерью.
И приор, и брат Гриогер неловко поежились и, переглянувшись, отвели глаза, но Эллен спокойно продолжала:
– Наконец сегодня утром меня привели в зал, где сэр Роджер сказал, что я должна лечь в его постель. Похоже, он был уверен, что, обесчестив меня, сможет по достоинству отомстить Дункану, моему мужу. Тогда я стала издеваться над ним, назвала трусом, сказала, что у него не хватит храбрости вывести меня за ворота, дать час форы, а потом начать охоту. Заявила, что ему ни за что меня не догнать. Он человек гордый и поэтому согласился. Но при этом настоял, чтобы я бежала босая и в одной рубашке.
Эллен тихо рассмеялась.
– Он не знал, что я уроженка гор и, пока не приехала ко двору, редко носила туфли. А еще я запомнила, как дед рассказывал мне, что любое животное может перехитрить охотника, если побежит по воде. Сэр Роджер наверняка решил, что я поверну к границе. Но я вместо этого вошла в воды залива и помчалась в обратном направлении.
Приор с улыбкой кивнул:
– Очень умно с вашей стороны, миледи. Но похититель наверняка увидел бы ваши следы на песке, стоило ему появиться на берегу.
– Я набрала травы и, спускаясь с обрыва, стирала отпечатки ног, – пояснила Эллен. – К этому времени сэр Роджер, несомненно, сообразил, куда я девалась, но ему придется проехаться по берегу в обоих направлениях. Однако не знаю, что он станет делать, когда не обнаружит меня.
– Очевидно, он очень коварен, – заметил приор.
– Верно, – согласилась Эллен и умоляюще сказала: – Добрый приор, я не желаю подвергать вас опасности. Все, о чем я прошу, – послать гонца к моему мужу, чтобы он приехал за мной и отвез в Даффдур.
